Михаил Сабинин – подвижник Грузинской Церкви

Михаил (Гоброн) Павлович Сабинин — один из известнейших церковных деятелей и просветителей XIX века. Родился в 1845 году (по всей вероятности, в Тифлисе). По некоторым источникам, его отец был тверским священником, женившимся на грузинке. Одно из неопубликованных писем Сабинина позволяет установить имя его матери — Екатерина. Фамилия ее доподлинно не известна. Принято считать, что она была Мирзашвили; но аналогичная фамилия ее зятя (мужа сестры самого Сабинина) позволяет подвергнуть это положение сомнению.

Приблизительно в 60-е годы XIX века Михаил потерял отца, и мать вторично вышла замуж за тифлисского почтового чиновника Г. Панова. Известно также, что у Михаила были брат и сестра.

В начале 60-х годов мальчик был отдан в Тифлисскую классическую гимназию, где проучился до 1868 года. Уже в ученические годы Михаил проявил свои незаурядные способности и пристальный интерес к истории Грузии. Он много ездил по стране, собирая церковные древности, записывая древние легенды и сказания, копируя росписи старинных церквей и монастырей.

В фонде канцелярии экзарха Грузинского Экзархата (Центральный государственный архив Грузии) хранится один чрезвычайно интересный документ, из которого явствует, что 20 октября 1867 года, будучи еще учащимся гимназии, Сабинин составил рапорт на имя экзарха Грузии Евсевия, где ходатайствовал о благоустройстве часовни святого мученика Або Тбилисского подле церкви Метехи в Тбилиси, на месте мученического подвига святого. Михаил настойчиво требовал создания подобающей атмосферы возле будущей часовни, а именно — упразднения бакалейных лавок и «ретирадных» (отхожих — В. К.) мест. Также Сабинин принял активное участие в создании новой иконы святого Або. Архивное дело констатирует довольно неблагоприятную реакцию тифлисского благочинного Иоанна (Басхарова), недовольного как самим ходатайством, так и его поддержкой в лице главного священника военного ведомства Стефана Гумилевского.

Довольно странным выглядит тот факт, что такой энергичный и разносторонне одаренный ученик, как Михаил Сабинин, не смог выдержать выпускных экзаменов в гимназии. Скорее, разгадка этого феномена кроется не в недостаточных знаниях, что маловероятно, а в прямом и неуступчивом характере самого Сабинина — по всей вероятности, критиковавшего руководство гимназии.

Сабинин продолжил учебу в Петербургской духовной академии. Однако он не имел права получить диплом без документации об окончании гимназического курса. Бюрократические законы не давали ему права одновременно сдавать выпускные экзамены и гимназии, и Академии. В благоприятную сторону вопрос разрешился только лишь после непосредственного вмешательства Петербургского митрополита Исидора (Никольского), бывшего экзарха Грузии, близко знакомого с талантами молодого ученого и покровительствовавшего ему. Получив возможность сдать все экзамены, Сабинин представил на соискание степени кандидата богословских наук свой труд «История Грузинской Церкви с древнейших времен до VI века» и успешно защитил его в 1874 году.

Согласно предположениям некоторых биографов Сабинина, в последний год учебы он принял постриг с именем Гоброн — в честь великомученика X века Михаила-Гоброна, замученного арабами.

Во время учебы в Петербурге Сабинин вошел в круги грузинской петербургской диаспоры, близко сойдясь с такими известными грузинскими деятелями, как представитель царского рода царевич Иоанн Багратиони, лексикограф Давид Чубинашвили и др. В этот же период им был издан собственный перевод на русский язык житий грузинских святых, вышедший в 1871-73 годах в трех томах и до настоящего времени остающийся одним из наиболее известных и популярных трудов о грузинских святых на русском языке.

К «петербургскому» периоду его жизни относятся также работа над переводом полемического трактата святого Арсения Сапарского (X-XI века) «О разрыве Картли с Арменией» (издан в журнале «Домашняя беседа» за 1874 год, № 17), издание в 1882 году на грузинском языке капитального труда «Рай Грузинской Церкви», до сих пор не потерявшего своей актуальности, где были представлены агиографии пятидесяти грузинских святых. Книга была блестяще проиллюстрирована литографическими изображениями, общая схема и первичная обработка которых принадлежат автору.

Однако некоторые представители русского и грузинского духовенства обструкцировали «Рай Грузинской Церкви». В личном письме своему другу, историку Захарии Чичинадзе, Сабинин с горечью писал, что «грузины сомневаются в его искренности, а русские считают его предателем, хотя он не сделал зла ни одному из народов».

В 1883 году в Петербурге М. Сабинин и В. Мачабели организовали для грузинских студентов театральное представление на исторические темы, а доходы распределялись среди неимущих студентов. Возвратившись на Родину, Сабинин счел своим долгом вплотную заняться делом благоустройства самых почитаемых святых мест Грузии. Собранные им пожертвования со всей России позволили в 1888 году восстановить обитель Бодбе, где был возобновлен женский монастырь, а также устроено мраморное надгробие над гробницей святой равноапостольной Нины. По его заказу и эскизу была написана икона святого Або Тбилисского, установленная в устроенной в одноименной скале подле Метехи часовне. Также стараниями Сабинина была перестроена гробница святого Шио Мгвимского в монастыре Шио-Мгвиме близ Мцхета, обновлен иконостас монастыря Зедазени. Интересно отметить, что колокол для этого монастыря был выслан по просьбе Сабинина святым Иоанном Кронштадтским.

Но особое попечение проявлял Михаил о Давид-Гареджийской лавре, для которой выписал из Москвы и Петербурга дубовые иконостасы, мраморные трапезы, золототканые покрывала и облачения, бронзовые паникадила, драгоценные предметы церковной утвари и др. Средства, по его же собственному признанию в письме епископу Александру (Окропиридзе), Сабинин собрал у «зажиточных людей по всей России» (например, он приводит имя одного из меценатов — московский купец 3-й гильдии Байков), которым испрашивал у епископа возможности выслать в знак признательности и отличия, награду грузинской Церкви крест святой Нины. Однако, судя по всему, его просьба так и не была выполнена.

До наших дней дошел сильно поврежденный надгробный мраморный камень с гробницы святого Давида Гареджийского. Камень хранится в Армазском филиале Государственного исторического музея Грузии и содержит надпись на грузинском языке заглавным письмом: «Завидуем тебе, достойный отец Давид, и воздаем дань святой памяти (твоей)! Предводитель монахов, с ангелами пребывающий, помилуй Сабинина в ссылке! (1893)» (перевод – В. К.). Дважды, в 1890 и 1898 годах, по представлению Экзархов Грузии Владимира и Флавиана, считавших его «ненадежным элементом», Сабинина высылали из Грузии. Однако и в ссылке он не забросил своих занятий.

Особо следует отметить заслугу Михаила Сабинина перед Грузинской Церковью — разработку сюжета и, видимо, создание черновика иконы «Слава Грузинской Православной Церкви». Икона была отпечатана типографским способом в 1889 году в Лейпциге, в 1895 году — в Берлине, и быстро разошлась по всей Российской империи. Икона была создана на основе уже имеющейся в Патриаршем храме Светицховели во Мцхета иконы, но усовершенствована и дополнена деталями. В центре композиции расположен Животворящий Столп, поддерживаемый в воздухе Ангелом. Непосредственно над Столпом расположена фигура благословляющего Христа, по правую сторону от Которого стоят Богоматерь и св. вмч. Георгий Победоносец, а по левую — свв. апп. Андрей Первозванный и Матфий. По обе стороны от Столпа — грузинские святые, под ним, в корнях срубленного дерева лежит святая Сидония с Хитоном Господним. Известный современный духовный писатель архимандрит Рафаил (Карелин), служащий в русской Александро-Невской церкви в Тбилиси, сравнивает значение этой иконы с такими ключевыми событиями истории Грузинской Церкви и Грузии, как основание Патриаршего собора Светицховели во Мцхета и создание рукописного свода грузинских летописей «Картлис Цховреба» (Житие Картли).

В 80-е годы XIX века Сабинин был избран попечителем грузинского монастыря Ивирон на Афоне. В 1897 году, как сообщали газеты того времени, Сабинин намеревался издать на французском языке «Историю Грузинской Церкви», однако неизвестно, было ли осуществлено это намерение.

Но жизнь этого неутомимого деятеля на пользу Грузинской Церкви была омрачена нескончаемыми гонениями и клеветами. Его обвиняли в стяжательстве, присвоении грузинских церковных рукописей и ценностей и так далее. Его обличали как отдельные церковные деятели (например, протоиерей Давид Гамбашидзе, издатель церковного журнала «Пастырь»), так и официальные представители Экзархата. Однако на протяжении всей своей жизни Сабинин пользовался нескончаемым доверием и поддержкой епископа Кириона (Садзаглишвили), в будущем Католикоса-Патриарха всея Грузии (прославлен в лике святых в 2002 г.), и протоиерея (позже епископа) Петра (Кончошвили) — авторитетнейших и честнейших грузинских церковных деятелей.

В 1898 году Сабинин был выслан из Грузии без права возвращения. Ему было предъявлено обвинение «в неблагонадежности и неподчинении духовным и гражданским властям». Последние годы жизни он провел в Петербурге и Москве. Глубоко измученный и оскорбленный, свои невзгоды он излагал в маргинальных надписях в грузинских рукописях. В одной такой приписке на полях Псалтыри 1828 года (ныне хранится в Рукописном отделе Российской государственной библиотеки), Сабинин жалуется на то, что сильно болен, совершенно одинок и измучен кознями противников.

Сабинин скончался в Москве 10 мая 1900 года от воспаления легких и был погребен в Свято-Даниловом монастыре. Последнее желание — быть похороненным в земле Давид-Гареджийской лавры — так и не было исполнено. Ныне место его могилы утеряно.