Храм над Просной

В 1866 г. генерал-лейтенант Краснокутский получил в наследственное владение от императора Александра II ряд фольварков в Велюньском повяте, среди которых был и Хрусьцин. Царь щедрым даром выразил ему благодарность за самоотверженное участие в подавлении Январского восстания 1863 г. Факт этот составлял предмет гордости для новых владельцев – потомков генерала. Памятную доску, извещавшую о царском даре, еще в 1930-е годы можно было увидеть на стене усадебного строения. Настоящими же хозяевами имения стали дочь генерала Татьяна и ее муж, тоже генерал, Иван Лопухин, происходивший из старинного российского рода. У супругов сложились добрые отношения с местным населением. Многие коренные жители поляки работали в имении, Лопухины хорошо к ним относились, говорили с ними по-польски и обучали этому языку своих детей.

Именно Лопухины построили в своем имении в последней четверти XIX века каменный усадебный дом в стиле эклектики, окруженный парком, – его называли «замок», – а метрах в двухстах возвели небольшую домовую церковь, которую посещали также православные работники имения и солдаты расположенной поблизости части, охранявшие границу. Местные крестьяне вспоминали потом о Татьяне Лопухиной, как о женщине глубоко верующей. Они видели, как она ежедневно ходила в церковь и молилась там в уединении. Храм был ухоженным. Незадолго перед первой мировой войной его расписали. Со стен на молящихся взирали святой Георгий, сражающийся со змием, евангелисты и ангелы. Дата, 22 сентября 1913 года, упомянутая в одном из письменных источников, как день освящения церкви, вероятнее всего, относилась ко дню освящения росписей.

Церковь в Хрусьцине строилась прежде всего как родовая усыпальница. Лопухины заранее оборудовали в ней крипты – места своего вечного упокоения. В одной из них был похоронен их сын. Мальчик утонул в болоте при невыясненных обстоятельствах; произошло это, вероятнее всего, в 1903 году. В его поисках приняли деятельнейшее участие местные жители, в том числе и участники добровольной пожарной дружины из Болеславца, которую возглавлял Лопухин. Татьяна Лопухина, в благодарность пожарным, за то, что они обнаружили тело ее сына, собственноручно вышила для них знамя с изображением святого Флориана. Служило оно вплоть до 1957 года, а теперь хранится с уважением к памяти его создавшей.

Имения Лопухиных, к счастью, не были разграблены или бессмысленно уничтожены после революции. В независимой Польше в замке был размещен детский дом, а затем интернат сельскохозяйственного училища для девочек. Церковь вплоть до начала Второй мировой войны посещала горстка православных, сюда изредка наезжал «поп с Велюня».

Война также не принесла с собой никаких разрушений, в замке разместили дом отдыха для немецких офицеров-фронтовиков. После освобождения в нем открыли школу. В 1952 году был организован дом для престарелых, который действует до сих пор. Церковь стали использовать как часовню для умерших. Только в 1970-х годах какой-то чиновник заявил, что нельзя направлять государственные деньги на поддержание церковных строений, тем более, неизвестно кому принадлежащего храма. Церковь, находившуюся в хорошем состоянии, с сохранившимся иконостасом и церковной утварью, забросили. Даже не заперли дверей. Ее не разграбили, не опустошили – просто так и оставили медленно разрушаться. Разобрали деревянный забор на кирпичном фундаменте, звонница обрушилась сама по себе. Была она тоже деревянной, колокола с неё сняли немцы еще в 1918 г. От православного кладбища при церкви не осталось ни одного надгробного памятника, да и контуры самих могил уже едва прослеживаются. Из самой церкви постепенно исчезали иконы, которые забирали с собой блуждающие «экскурсанты». От иконостаса остался один металлический каркас. В окнах – выбиты стекла. Даже настенные росписи претерпели ущерб: на высоту поднятой руки их покрыли бесчисленные глупые и оскорбительные надписи. Кто-то в поисках каких-то церковных сокровищ разбил плиты, покрывавшие крипты. Казалось, храм уже ничто не спасет, все равнодушны к его судьбе.

К счастью, в Болеславце нашлось несколько неравнодушных людей, забивших тревогу. Ведь на глазах у всех гибнет удивительный памятник прошлого, какого нет нигде в окрестности. Люди опомнились - в июне 1989 года церковь вошла в реестр памятников старины, и на ее дверях повесили замки. Прежде объект был исследован и описан в индивидуальной карточке. Из нее мы узнаем, что церковь имеет полезной площади 44,39 кв. метра, крыта жестью. Составитель карточки шаг за шагом описывает все утраты, какие нанесли время и люди – на стенах, сводах, лестницах, дверях и окнах, утверждая все же, что их можно восстановить. Храм требует прежде всего ремонта – только вот кто должен за это заплатить?

Православная Церковь в Польше, естественный опекун святыни, до недавнего времени ничего не знала о существовании храма. В изданной несколько лет назад книге К. Сокола и А. Сосны «Купола над Вислой», посвященной православным церквям в Царстве Польском, говорится, что часовня в лесу «не сохранилась до нашего времени».

Известие о ней дошло до отца Мирослава Драбюка, к приходу которого относится и территория храма, довольно необычным образом. Ему показали открытку, изданную сельскохозяйственно-туристическим предприятием пана Рышарда Туза из Хрусьцина. Как одна из исторических достопримечательностей, на ней красовался фасад церкви. Требовалось только пойти по указанной тропе.

Оказалось, у церкви много друзей, давно проявлявших заботу о ее сохранении; среди них, наряду с Р. Туза, который водит к церкви группы туристов и старается вызвать среди них понимание важности проблемы, есть также Уршула Дели, директор Дома престарелых в Хрусьцине-Замку (так теперь пишется название местности). После пожара 1993 года она старательно восстановила здание Дома и его интерьеры. Упомянем также Петра Заваду, историка и директора школы в соседних Жджарах, хранящего память о прошлом этой местности, войта гмины Болеславец Стефана Петраса. Каждый из них сообщил ценную информацию о церкви, замке и семействе Лопухиных, каждый хотел бы вернуть церкви ее прежний облик и ее истинную роль. И что с того, что в окрестностях на расстоянии нескольких десятков километров живет только несколько православных верующих. Храм над Просной сам по себе сокровище.