Между контрабандой и пропагандой

Одна из первых кампаний СМИ сразу после падения коммунистического режима была направлена против нетрадиционных религиозных обществ и сект, которые в то время все в большем количестве появлялись в Болгарии. В начале 1990-х годов эти общества приобретали новых последователей, потому что имели не только готовые ответы на все жизненно важные вопросы, но и прекрасно оформленную религиозную литературу. Они также бесплатно раздавали Библию на болгарском языке. Тогда же началась и публичная критика Болгарской Православной Церкви, которую обвиняли в том, что у нее не хватает воли и сил, чтобы противостоять «вторжению сект».

Но исторические документы свидетельствуют, что с конца 60-х и особенно на протяжении 70-х годов прошлого столетия Священный Синод Болгарской Православной Церкви целенаправленно работал над подготовкой нового издания Библии, ведь последнее, датированное 1925 годом, к тому времени давно уже закончилось. При этом сама Церковь для своей ежедневной деятельности не располагала даже основной богословской литературой. Усилия высшего духовенства формально увенчались успехом в 1982 году, но при тогдашних условиях это издание не могло дойти до своих потенциальных читателей.

В коммунистической Болгарии Священное Писание было одной из запрещенных книг. Издание Библии имело для режима прежде всего символическое значение, поэтому в документах об этом говорится как о «сложном идеологическом вопросе», в решении которого принимал участие ряд государственных учреждений: Центральный комитет БКП, Комитет по вероисповеданиям, Министерство иностранных дел и VI управление Комитета государственной безопасности.

В то же время ввоз Библии в страну был неофициально запрещен, что делало ее объектом, по терминологии Комитета госбезопасности, «контрабанды литературы». В изданной в 1984 году пропагандистской книге «Под прикрытием религии» подробно рассказывается о ряде случаев срыва «контрабандного» ввоза религиозной литературы, самый крупный из которых имел место в 1971 году, когда при попытке ввоза в страну было конфисковано 4274 экземпляров Библии. Автор этой книги – Бончо Асенов, в то время являвшийся сотрудником VI управления КГБ по работе с православным духовенством и получивший известность в 1990-е годы как автор множества книг о госбезопасности и деятельности сект в Болгарии.

То, как осуществлялось издание Библии, красноречиво иллюстрирует характер взаимоотношений Церкви и государства, показывает, как тоталитарное государство может лишить реального содержания любую осмысленную идею Священного Синода, формально не накладывая запрета на ее реализацию и не используя открытых репрессивных методов. Этот конкретный случай показателен и как иллюстрация расстановки сил в Священном Синоде в начале 1970-х годов, поскольку стал одним из первых испытаний, которым подвергся избранный в 1971 году не без проблем новый патриарх Максим.

Издание Библии: положительные и отрицательные следствия

В политике болгарского коммунистического государства в 1970-е годы едва ли можно найти нечто принципиально отличающее отношение к Православной Церкви от отношения к другим религиозным общностям. Однако Православная Церковь привлекала все же больше внимания, поскольку, представляя самое крупное вероисповедание в стране, она могла угрожать идеологии режима, особенно в первой половине 70-х годов, когда государство испытывало серьезные опасения из-за возрождения авторитета Церкви. Контролем над этим процессом были заняты тогдашние председатели Комитета по вероисповеданиям – недолго занимавший этот пост Стойко Барымов и заместивший его в 1978 году Любомир Попов. В исследовании, проведенном в 1974 году, Комитет по вероисповеданиям делает неожиданное заявление об усиливающейся финансовой независимости Церкви: «Православная Церковь в последние годы приняла ряд мер для улучшения своего финансового положения… Только в течение последних трех лет в бюджете БПЦ было зарегистрировано 900 000 левов излишков. Проведенная в этом году ревизия выявила сознательное сокрытие этих излишков, целью которого было накопление средств для нового издания Библии и ведомственного строительства. В последнее время Синод настойчиво требует разрешения на новое строительство стоимостью свыше 3 000 000 левов и издания Библии огромным тиражом».

Идея нового издания Библии появилась еще в 1960-е годы. Ее продвигал митрополит Варненский и Преславский Иосиф, под чьим руководством Священный Синод создал комиссию, которая должна была подготовить современный перевод Библии. Комиссия закончила работу в 1975 году, когда Синод впервые запросил официальное разрешение на ее издание. По признанию председателя Комитета по вероисповеданиям Стойно Барымова, эта идея не была реализована в 1975 году, «поскольку Синод изменил под нашим давлением свою позицию касательно готовящегося текста. Это был более современный перевод, выполненный под руководством митрополита Варненского и Преславского Иосифа, сейчас же подготовлен текст первого издания, но по новым нормам правописания».

Это была первая уступка Синода. В 1975 году отпадает вариант подготовки более современного перевода Библии, и под давлением государства начинает готовиться текст, переписанный со старого издания 1925 годы, но с современной орфографией. В документах не упоминаются мотивы этого требования Комитета по вероисповеданиям, но очевидно нежелание допустить издание Библии на доступном языке и недоверие государства к митрополиту Иосифу, который был избран членом Синода еще до 1944 года.

При этом в том же 1975 году Комитет по вероисповеданиям начинает зондировать мнение партийного руководства. Это видно по исключительно интересной докладной записке Стойно Барымова заведующему отделом пропаганды и агитации ЦК БКП Стояну Михайлову от 15 апреля 1975 года. Этот документ определяет политику государства в отношении издания Библии, поскольку установленные в нем принципы остаются в силе до 1982 года. Это предложение фактически лишает смысла идею нового издания Библии, при этом не запрещая его: «Издание Библии – сложный вопрос в идеологическом отношении. При его решении надо иметь в виду возможные последствия, как положительные, так и отрицательные.

Социологические исследования религиозности в нашей стране показывают, что она выражается прежде всего в своем традиционном аспекте. Ее теоретическое обоснование в сознании верующих постоянно ослабевает. Религиозные книги читают постоянно только 3,07 % верующих, а время от времени – 13,68 %».

В документе проводится анализ возможных положительных и отрицательных последствий издания Библии. Среди отрицательных факторов ведущим является опасность повышения интереса к религиозной литературе как среди верующих, так и в других группах граждан, что «неблагоприятно отразится на… процессе преодоления религиозности. Определенные сложности возникнут в связи со снобистскими увлечениями интеллигенции, что сейчас является одним из факторов, определяющих повышенный интерес к деятельности Церкви».

Несмотря на эти негативные замечания, документ в принципе поддерживает идею издания Библии. Это предложение дает толчок к появлению новых тенденций в отношении к Церкви, которую государство хочет использовать в качестве доказательства наличия в стране основных гражданских свобод: «Ожидаемые положительные результаты от издания Библии связаны, прежде всего, с политическим вопросом о свободе вероисповедания в нашей стране и нашим ответом на спекуляции по этому поводу за границей.

Руководителям международных христианских организаций известно о подготовке нового издания Библии…

Не секрет, что организаторы идеологической диверсии против нашей страны хотят воспользоваться отсутствием Библии в продаже, чтобы оправдать посылки религиозной литературы и беседы на религиозные темы по радио. Имеются сведения, что на Западе отпечатано 6 миллионов отдельных частей Библии на болгарском языке, в основном Евангелия, и в данный момент ведется поиск путей пересылки их к нам».

Наибольший интерес представляет заключение этого документа, где Комитет предлагает так организовать издание, чтобы укрепить позиции государства, причем оно не должно достигнуть своих потенциальных читателей: «С одной стороны, можно в известной степени сократить отрицательные результаты, с другой – увеличить положительные, если правильно маневрировать с организацией продаж. Можно повысить цену, выпустить небольшой тираж, примерно 20 000 экземпляров, пустить его в продажу не весь сразу. Часть тиража могут составить подарочные издания, которые будут посылаться на Запад и дариться гостям БПЦ».

В заключение Комитет предлагает ЦК одобрить издание Библии в количестве 12 000 обыкновенных и 5 000 подарочных экземпляров. Готов и ответ на вопрос, где взять бумагу для печати: «Мы могли бы воспользоваться бумагой, предложенной Объединенными библейскими обществами… Это не следует расценивать как послабление БПЦ, поскольку она является членом Всемирного совета Церквей, регулярно платит членский взнос и активно участвует в его работе».
Но в 1975 году предложение потонуло в архивах секретариата ЦК – с его стороны так и не поступило на него ответа.

«Пока будет этот тираж, а дальше посмотрим»

Вопрос об издании Библии вновь становится актуальным два года спустя. 8 января 1977 года глава Министерства иностранных дел Петр Младенов, в чьем ведении находился Комитет по вероисповеданиям, внес в Секретариат ЦК новое предложение, мотивировка которого почти дословно повторяла доводы, представленные в 1975 году. Разница заключалась в том, что на этот раз предложение было согласовано и с отделами пропаганды и агитации, внешней политики и международных отношений ЦК БКП. Единственным новым моментом была детальная разработка вопроса тиража и способа распространения Библии: «Тираж не будет большим. Будет напечатано 12 000 обычных экземпляров и 5 000 подарочных. Официально можно заявить больший тираж с целью использования полученной бумаги на другие нужды. Цену можно сделать высокой, а распространяться Библия будет под контролем Комитета по церковным вопросам».

И опять предложение пропадает в секретариате ЦК, на этот раз на год. В конце концов 9 февраля 1978 года секретариат ЦК БКП принимает решение № 133, в котором говорится: «Синодальное издательство может издать Библию тиражом в 12 000 обычных и 5 000 подарочных экземпляров. Бумагу получить у ВСЦ».

Однако это было не концом, а началом настоящих споров между Церковью и государством по этому вопросу, поскольку Синод остался недоволен разрешением напечатать лишь 17 000 экземпляров. Следующий год становится годом сражений между Синодом и Комитетом по вероисповеданиям, причем Синод и лично патриарх Максим прикладывают всю административную мудрость, которой научились за время многолетнего сосуществования с коммунистическим государством. 19 июля 1978 года Священный Синод излагает Комитету по вероисповеданиям свои аргументы в пользу значительного увеличения нового тиража. Кроме того, что предполагаемые 17 000 экземпляров не будут достаточны для священнослужителей и верующих, Синод приводит в свою пользу и тот аргумент, что новые издания Библии были изготовлены Русской и Румынской Православными Церквями, так что издание в Болгарии не будет прецедентом среди социалистических стран. Синод завершает свое обращение конкретной просьбой: «Просим разрешить печать Библии тиражом 100 000 экземпляров на основе выпуска 1925 года, причем 1 000 экземпляров будут художественно оформлены как подарочные для представительских целей».

Комитет по вероисповеданиям официально ответил только 8 декабря 1978 года, уведомив Синод, что «считает целесообразным издание Библии в количестве 12 000 обычных и 5 000 подарочных экземпляров».

Однако спустя лишь 20 дней Комитет изменил свою позицию: 28 декабря 1978 года Любомир Попов посылает члену политбюро и секретарю ЦК БКП Александру Лилову письмо, в котором предлагает «увеличить тираж – обычное издание до 20 тысяч и подарочное до 7 тысяч, в целом до 27 тысяч». 30 декабря Александр Лилов ставит на предложении резолюцию «согласен».

В чем причина изменения позиции Комитета по вероисповеданиям? Ответ мы находим в «Справке о некоторых вопросах работы с Болгарской Православной Церковью» от 26 декабря 1978 года. Поводом к ее написанию послужило «предложение тов. Тодора Живкова принять для беседы патриарха Максима после посещения США церковной делегацией». Среди нерешенных вопросов в ней указана и проблема тиража Библии, причем приводятся аргументы патриарха Максима в пользу большего тиража: «Патриарх поставил вопрос об увеличении тиража до 30 000. Он мотивирует это тем, что изданием будут пользоваться и другие христианские конфессии – католики и протестанты, которые уже обратились к нему по этому поводу. Он подчеркивает и то обстоятельство, что Библия не издавалась 53 года и что после того как он объявил разрешенный к печати тираж Синоду, то подвергся критике со стороны митрополитов, в частности Иосифа Варненского.

Патриарх заявил председателю Комитета, что обратится с этим вопросом к тов. Тодору Живкову.

МИД имеет отрицательное мнение по поводу требования патриарха».

Позиция Министерства иностранных дел и Комитета госбезопасности ясна из стенографического протокола проведенного 16 декабря 1978 года совещания Комитета по вероисповеданиям. Кроме представителей этого комитета, Славянского комитета и Министерства иностранных дел, в заседании принял участие и сотрудник VI управления ГБ и его будущий начальник Антон Мусаков, который занимался и делами православного духовенства. Основной темой совещания была судьба болгарских епархий в США и Канаде, однако под конец Л. Попов поднял вопрос об издании Библии: «Вчера приходил патриарх. В Синоде сильно критикуют тираж Библии. Он говорит: “Я в затруднительном положении…” Я бы хотел, чтобы высказался тов. Мусаков…».

Ответ Мусакова многозначителен и показателен как иллюстрация отношения представителей режима к патриарху: «В случае с Библией всегда будет недовольство. Мне кажется, что Максим использует точку зрения Иосифа, чтобы выразить свое собственное мнение. Так что это не только мнение Иосифа, но и Максима. Я считаю, что мы не должны делать уступки. И не только потому, что готовое решение уже есть. Мы скажем им так: “Пока будет этот тираж, а дальше посмотрим”».

В конце концов председатель Комитета по вероисповеданиям под угрозой рассмотрения вопроса более высокими инстанциями все же увеличивает тираж до 27 000 экземпляров. Поэтому в справке о подготовке встречи патриарха Максима с Тодором Живковым от 19 января 1979 года вопрос об издании Библии перенесен в графу «Поставленные и решенные вопросы».

К концу 1979 года уже определены и технические вопросы издания Библии: будет использована бумага, подаренная Объединенными библейскими обществами, объем ее составит 65 тонн, а печататься Библия будет на полиграфическом комбинате им. Георгия Димитрова.

Однако лишь на первый взгляд эти события можно расценить как победу Синода над тоталитарным режимом. Высший клир едва ли подозревал, что у него не будет контроля ни над ценой, ни над распространением Библии. Эти вопросы решались исключительно Комитетом по вероисповеданиям, причем ставилось целью, чтобы в Болгарии издание было полулегальным, а за рубежом использовалось в пропагандистских целях. Намерения Комитета видны по его переписке в 1982 году с отделом пропаганды и агитации ЦК БКП. В августе 1982 года Комитет информирует ЦК, что предстоит выход в продажу нового издания Библии, цена которого составит 20 левов для обычного издания и 25 для подарочного. В начале документа создается ложное представление о том, что речь действительно идет о свободной продаже, хоть и по достаточно высокой для начала 1980-х годов цене. Но следующие строчки говорят об ином: «Предлагаем не пускать Библию в свободную продажу в книжных магазинах, а распространить по митрополиям, через священников 7 000 экземпляров из обычного издания. 1 000 экземпляров предоставить Католической и Протестантским Церквям после согласования с Комитетом количества экземпляров для каждой из отдельных Церквей. 1 000 экземпляров предоставить Синоду БПЦ для продажи по спискам, составленным Комитетом. Этими экземплярами будут удовлетворены потребности Болгарской академии наук, деятелей науки и культуры, публицистов, общественных деятелей и др. Остальные 11 000 экземпляров останутся на складе под контролем с целью использования в будущем, при условии согласования с Комитетом.

Подарочное издание не будет пущено в продажу ни по каким каналам. Оно будет использоваться для подарков от патриарха и митрополитов при посещениях делегаций. Каждому митрополиту выдать 50 экземпляров.

3 000 экземпляров будут предоставлены ВТО “Хемус” для продажи за границей. “Хемус” будет осуществлять продажи через священников и церковные общины БПЦ за рубежом, в том числе через общины Болгарской епархии Американской Православной Церкви».
К этому документу приложена справка о том, как устанавливалась цена издания, в которой имеется следующий курьез: «Несмотря на то, что бумага получена бесплатно из-за границы, является целесообразным подсчитать ее стоимость».

Еще более комично звучит заявление отдела пропаганды и агитации ЦК, подписанное тогдашним заведующим отделом Лазаром Причкаповым. Отдел одобряет предложенный способ распространения, но делает такое добавление: «Комитет по вопросам БПЦ и религиозных культов должен получить от издательства Синода и предоставить Комитету печати 53 экземпляра Библии для номенклатурных кадров в установленном порядке».
В архиве Комитета по вероисповеданиям сохранились поименные рукописные списки конкретных людей и институтов, которые подали официальную заявку и получили по экземпляру Библии. Среди получателей – престижная гимназия и популярный в то время посол Болгарии. По этим спискам можно заключить, что в начале 1980-х годов считалось престижным иметь в своей библиотеке экземпляр нового издания Библии, это было признаком близости к правящим кругам. В конечном счете издание Библии в 1982 году в гораздо большей степени удовлетворяет стремлению государства продемонстрировать известное свободомыслие, чем решить проблему недостатка религиозной литературы, на чем настаивала Церковь.

Описанный случай с изданием Библии в 1982 году – это только один из многочисленных примеров конфликтов между Священным Синодом БПЦ и Комитетом по вероисповеданиям в коммунистической Болгарии; в то же время это доказательство бессилия Церкви проводить активную политику по какому бы то ни было вопросу. В конце 70-х и начале 80-х годов прошлого века коммунистический режим представлял собой уже хорошо отлаженный механизм, который мог не через явные репрессии, а через административные препятствия не допустить реализации любого проекта, не вписывавшегося в идею строительства «социалистического общества». Что касается Библии, то при таком ограниченном тираже и избирательном методе распространения она оставалась основным объектом «контрабанды литературы» и в 80-е годы XX-го века, а недостаток религиозной литературы и культуры сразу же после падения коммунизма превратили болгарское общество в плодотворную среду для развития всяческих нетрадиционных вероисповеданий. В масштабах этого вторжения не стоит, однако, обвинять только высшее духовенство Православной Церкви. Ответственность за это несут и люди и институты, которые в коммунистические годы систематически мешали Православной Церкви распространять главную книгу каждого христианина – Священное Писание.

Перевод с болгарского Федора Калайдова/ Специально для Православие.Ru