Болгарская Православная Церковь. Часть 1.

Современное положение

В настоящее время юрисдикция БПЦ распространяется на территорию Болгарии, а также на православные болгарские общины Западной Европы, Северной и Южной Америки и Австралии. Высшая духовная власть в БПЦ принадлежит Священному Синоду, в который входят все митрополиты во главе с Патриархом. Полный титул предстоятеля: Святейший Патриарх Болгарский, митрополит Софийский. Резиденция Патриарха находится в Софии. В малый состав Синода, постоянно работающий, входят 4 митрополита, избираемые сроком на 4 года всеми архиереями Церкви. Законодательная власть принадлежит Церковно-Народному Собору, членами которого являются все служащие архиереи, а также представители духовенства и мирян. Высшая судебная и административная власть осуществляется Синодом. При Синоде имеется Высший Церковный Совет, в ведении которого находятся хозяйственные и финансовые вопросы БПЦ. Председателем Высшего Церковного Совета является Патриарх; Совет состоит из 2 священнослужителей, 2 мирян как постоянных членов и 2 заместителей, избираемых на 4 года Церковно-Народным Собором.

БПЦ состоит из 14 епархий (митрополий): Софийская (кафедра в Софии), Варненская и Преславская (Варна), Велико-Тырновская (Велико-Тырново), Видинская (Видин), Врачанская (Враца), Доростольская и Червенская (Русе), Ловчанская (Ловеч), Неврокопская (Гоце-Делчев), Плевенская (Плевен), Пловдивская (Пловдив), Сливенская (Сливен), Стара-Загорская (Стара Загора), Американско-Австралийская (Нью-Йорк), Центрально-Западноевропейская (Берлин). На 2002 год в БПЦ действовали по официальным данным, около 3800 храмов, в которых служили более 1300 священнослужителей; более 160 монастырей, где подвизались около 300 монахов и монахинь.

Богословские дисциплины преподаются в государственных учебных заведениях (богословский факультет Софийского университета «Св. Климента Охридского»; богословский факультет и факультет церковного искусства Велико-Тырновского университета; кафедра богословия Шуменского университета).

Учебные заведения БПЦ: Софийская Духовная Семинария во имя преподобного Иоанна Рильского; Пловдивская Духовная Семинария.

Церковная печать представлена следующими изданиями: «Църковен вестник» (официальный орган БПЦ), «Духовна култура» (ежемесячный журнал), «Годишник на Духовната Академия» (ежегодник).

Церковь в период I Болгарского царства (IX — начало XI века).

Принятие христианства в Болгарии произошло в правление святого князя Бориса. Оно было обусловлено ходом внутреннего развития страны. Внешним толчком послужили военные неудачи Болгарии, окруженной сильными христианскими державами. Первоначально Борис и поддерживавшая его группировка знати склонялись к принятию христианства от Западной Церкви. В начале 60-х годов IX века Людовик Немецкий, король Восточнофранкского государства, сообщил папе Римскому об обращении в христианство многих болгар и о том, что сам их князь намерен принять крещение. Однако в 864 году под военным нажимом Византии князь Борис был вынужден заключить с ней мир, обязавшись, в частности, принять христианство из Константинополя. Болгарские послы, прибывшие в Константинополь для заключения мирного договора, были крещены и вернулись в столицу Болгарского государства Плиску в сопровождении епископа, множества священников и монахов. Князь Борис крестился вместе со всем семейством и приближенными, приняв христианское имя Михаил, в честь правящего византийского императора Михаила III.

Относительно точной даты крещения Болгарии в историографии существуют различные точки зрения с 863 по 866. Многие ученые относят это событие к 865 году; такова и официальная позиция БПЦ. В ряде исследований также приводится 864 год. Предполагают, что крещение было приурочено к празднику Крестовоздвижения 14 сентября или к субботе Пятидесятницы. Поскольку крещение болгар представляло собой не единовременный акт, а длительный процесс, различные источники отразили разные его этапы. Решающим моментом стало крещение князя и его двора, что означало признание христианства государственной религией. За этим последовало массовое крещение народа в сентябре 865года. Вскоре в 10 областях Болгарии вспыхнуло восстание против введения новой религии. Оно было подавлено Борисом, и 52 знатных предводителей мятежа были казнены в март 866 года.

Крещение болгар усложнило и без того напряженные отношения между Римом и Константинополем. Борис в свою очередь стремился добиться независимости Болгарской Церкви и от византийской, и от папской администрации. Еще в 865 году он отправил Константинопольскому Патриарху святителю Фотию письмо, в котором высказал пожелание об учреждении в Болгарии Патриархата, подобного Константинопольскому. В ответ Фотий направил послание «Славнейшему и знаменитейшему, возлюбленному во Господе духовному сыну Михаилу, от Бога архонту Болгарии», фактически отказав болгарам в праве на церковную автокефалию.

В 866 году к королю Людовику Немецкому в Регенсбург было отправлено болгарское посольство с просьбой, прислать епископов и священников. В то же время другое болгарское посольство отправилось в Рим, куда прибыло 29 августа 866 года. Послы передали 115 вопросов князя Бориса папе Николаю I. Текст вопросов не сохранился; об их содержании можно судить по дошедшим до нас 106 ответам папы, составленным по его личному указанию Анастасием Библиотекарем. Болгары хотели получить не только ученых наставников, богослужебные и вероучительные книги, христианский закон и тому подобное. Они также интересовались также устройством самостоятельной Церкви: позволительно ли им поставить себе Патриарха, кто должен рукополагать Патриарха, сколько истинных Патриархов, кто из них является вторым после римского, откуда и как получают миро и тому подобное. Ответы были торжественно вручены 13 ноября 866 года Николаем I болгарским послам. Папа призывал князя Бориса не торопиться с поставлением Патриарха и трудиться над созданием прочной церковной иерархии и общины. В Болгарию были отправлены епископы Формоз Портуанский и Павел Популонский. В конце ноября папские посланцы прибыли в Болгарию, где развернули энергичную деятельность. Князь Борис изгнал из своей страны греческих священнослужителей; крещение, совершенное византийцами, было объявлено недействительным без «утверждения» его латинскими епископами. В начале 867 года в Болгарию прибыло большое германское посольство, состоявшее из пресвитеров и диаконов во главе с епископом Германарихом Пассауским, но вскоре оно вернулось назад, убедившись в успехах посланцев Рима.

Сразу после прибытия римского духовенства в Болгарию в Константинополь направилось болгарское посольство, к которому присоединились римские послы — епископ Донат Остийский, пресвитер Лев и диакон Марин. Однако посланцы папы были задержаны на византийской границе во Фракии и после 40 дней ожидания вернулись в Рим. В то же время болгарские послы были приняты в Константинополе императором Михаилом III, который вручил им письмо князю Борису с осуждением перемены болгарской церковной и политической ориентации и обвинениями в адрес Римской Церкви. Соперничество за церковное влияние в Болгарии усугубило обострение отношений между Римской и Константинопольской кафедрами. Еще в 863г. папа Николай I отказался признать законность поставления Фотия на Патриарший престол и объявил его низложенным. В свою очередь Фотий подверг резкому осуждению насаждавшиеся в Болгарии догматические и обрядовые традиции Западной Церкви, в первую очередь учение о Filioqre. Летом 867г. в Константинополе был созван Собор, на котором были анафематствованы «новшества» Западной Церкви, а папа Николай был объявлен низложенным.

Тем временем епископ Формоз Портуанский, получивший от князя Бориса неограниченные полномочия в церковных делах, ввел в Болгарии латинский обряд богослужения. Чтобы получить папское благословение на поставление Формоза предстоятелем Болгарской Церкви, во 2-й половине 867года в Рим вновь были отправлены болгарские послы. Однако Николай I предложил Борису выбрать будущим архиепископом одного из 3 епископов посланных к нему: Доминика Тривентского и Гримуальда Полимартийского или Павла Популонского. Посольство папы прибыло в Плиску в начале 868 года уже при новом папе Адриане II. Князь Борис, узнав, что его просьба не удовлетворена и Формозу приказано вернуться в Рим, отправил назад присланных папой кандидатов и Павла Популонского и просил в письме возвести в сан архиепископа и прислать в Болгарию знакомого ему диакона Марина или какого-нибудь кардинала, достойного возглавить Болгарскую Церковь. Папа отказался рукоположить диакона Марина, решив поставить во главе Болгарской Церкви своего приближенного — иподиакона Сильвестра. В сопровождении епископа Леопарда Анконского тот прибыл в Плиску, однако был выслан назад в Рим с требованием Бориса - прислать Формоза или Марина. Адриан II направил письмо Борису, призывая его назвать любую кандидатуру, кроме Формоза и Марина. Однако к этому времени, в конце 868 года, князь Борис уже решил вновь переориентироваться на Византию.

Византийский император Василий I Македонянин, пришедший к власти в 867 году, сместил с Патриаршего престола Фотия. Князь Борис повел переговоры с восстановленным Патриархом св. Игнатием, и болгарам дали понять, что пойдут на любые уступки, если Болгарская Церковь вернется под покровительство Византии. На Константинопольском Соборе 869–870 гг. болгарский церковный вопрос не рассматривался, однако 4 марта 870 года — вскоре после последнего заседания Собора (28 февраля) — иерархи в присутствии императора Василия I выслушали послов Бориса, задавших вопрос, кому должна подчиняться Болгарская Церковь. Состоялась дискуссия между папскими легатами и греческими иерархами, в результате которой болгарским послам было передано решение о том, что территория Болгарии находится в церковной юрисдикции Константинополя, как бывшее владение Византийской империи. Латинское духовенство во главе с Гримуальдом было вынуждено покинуть Болгарию и вернуться в Рим.

Папа Иоанн VIII (872–882) дипломатическими мерами пытался вернуть под власть Рима болгарский диоцез. Однако князь Борис, не разрывая отношений с Римской курией, не согласился принять предложения папы и по-прежнему придерживался положений, принятых в 870 году. На Константинопольском Соборе (конец 879 — начало 880) папские легаты вновь подняли вопрос о церковной юрисдикции над Болгарией. В итоге было принято решение, имевшее важное значение для истории БПЦ: с этого момента Болгарская архиепископия не должна была фигурировать в списках епархий Константинопольской Патриархата. По существу решения этого Поместного Собора были выгодны Константинополю и Болгарии, архиепископ которой фактически получал права автономии по отношению к Константинопольской Церкви. Одновременно это означало окончательную неудачу политики Рима в болгарском вопросе. Папа не сразу осознал это, поначалу истолковав соборное постановление как уход византийского духовенства из Болгарии и выход Болгарской архиепископии из юрисдикции Константинополя. В 880 году Рим попытался активизировать контакты с Болгарией при посредстве хорватского епископа Феодосия Нинского, но его миссия не увенчалась успехом. Посланное папой в 882 году письмо Борису также осталось без ответа.

Церковное устройство

Пока вопрос о статусе и титуле главы Болгарской Церкви оставался объектом переговоров между папами и болгарским князем, церковное управление осуществлялось епископами, возглавлявшими римскую миссию в Болгарии (Формоз Портуанский и Павел Популонский в 866–867, Гримуальд Полимартийский и Доминик Тривентский в 868–869, единолично Гримуальд в 869–870). Неясно, какие полномочия были даны им папой, однако известно, что они освящали храмы и алтари и рукополагали низшее духовенство болгарского происхождения. Поставление первого архиепископа откладывалось из-за разногласий относительно личности конкретного кандидата. Эти разногласия, а также желание римских первосвященников как можно дольше сохранять полный контроль над болгарским диоцезом привели к отказу болгар от принадлежности к римской церковной организации.

Решение о переходе Болгарской Церкви под юрисдикцию Константинополя, принятое 4 марта 870 года, положило начало организационному оформлению Болгарской архиепископии. Традиционно считается, что первый болгарский архиепископ Стефан, имя которого зафиксировано в «Сказании инока Христодула о чудесах великомученика Георгия» начало X века (в одном из списков он назван Иосифом), был рукоположен Константинопольским Патриархом свт. Игнатием и принадлежал к византийскому духовенству; едва ли это рукоположение могло состояться без согласия князя Бориса и его приближенных. По новейшей гипотезе, у истоков создания Болгарской Церкви в 870–877гг. стоял Николай, митрополит Гераклеи Фракийской. Возможно, он получил в управление новообразованную болгарскую епархию в составе Константинопольского Патриархата и рассылал на места своих представителей, одним из которых был его племянник, неизвестный по имени монах и архидиакон, скончавшийся в Червене 5 октября 870 года. В 70-х годах IX века в столице Болгарии Плиске развернулось строительство Большой базилики, призванной стать главным кафедральным собором страны. Местом постоянного пребывания Болгарских архиепископов Плиска стала, по-видимому, около 878 года при архиепископе Георгии, который известен по посланию папы Иоанна VIII и моливдовулам. Когда в 893 году столица Болгарии была перенесена в Преслав, туда переместилась и резиденция предстоятеля БПЦ. Кафедральным собором стала Золотая церковь св. Иоанна во внешнем городе Преслава.

В отношении внутреннего управления болгарский архиепископ был независим, лишь формально признавая юрисдикцию Константинопольского Патриарха. Избирался архиепископ Собором епископов, по всей видимости, даже без утверждения его Константинопольским Патриархом. Решение Константинопольского Собора 879–880 годов не включать Болгарию в списки епархий Константинопольской Патриархии фактически закрепляло за архиепископом Болгарии права автономии. По своему положению в византийской церковной иерархии предстоятель БПЦ получал независимый статус. Особое место, которое занимал болгарский архиепископ среди глав других Поместных Церквей, засвидетельствовано в одном из списков епархий Константинопольского Патриархата, где он вместе с архиепископом Кипрским поставлен вслед за 5 Патриархами перед митрополитами, подчиненными Константинополю.

После 870 года одновременно с созданием Болгарской архиепископии началось и формирование подчиненных ей епархий. Количество созданных в Болгарии епархий и местоположение их центров не поддается точному определению, но, несомненно, их было множество. В письме папы Иоанна VIII князю Борису от 16 апреля 878 года упоминается епископ Сергий, кафедра которого была расположена в Белграде. На Константинопольском Соборе 879–880 годов присутствовали представители БПЦ епископы Гавриил Охридский, Феоктист Тивериопольский, Мануил Проватский и Симеон Девельтский. Рукоположенный во епископа около 893 года свт. Климент Охридский возглавил первоначально 2 епархии — Драгувития и Велики, а позже под его духовный надзор была передана треть болгарской державы (Экзархат юго-западных земель). Между 894 и 906 годами епископом Преслава стал один из крупнейших болгарских церковных писателей Константин Преславский. Вероятно, после 870 года были восстановлены и епархии, существовавшие на Балканском полуострове до заселения его славянскими племенами, с центрами в Средеце, Филиппополе, Дристре и другие. Папа Иоанн VIII в письмах в Болгарию утверждал, что болгарских епархий стало так много, что их количество не сообразуется с нуждами Церкви.

Широкая внутренняя автономия позволяла БПЦ самостоятельно устанавливать новые епископские кафедры в стране в соответствии с ее административно-территориальным делением. В Житии св. Климента Охридского говорится, что в правление князя Бориса в пределах Болгарии существовало 7 митрополий, в которых были воздвигнуты соборные храмы. Местонахождение 3 из них известно точно: в Охриде, Преспе и Брегальнице. Другие, по всей вероятности, находились в Девельте, Дристре, Средеце, Филиппополе и Видине.

Предполагается, что канцелярия Болгарской архиепископии была создана по подобию Константинопольской Патриархии. При ней состояло множество служителей, помощников архиепископа, составлявших его свиту. Первое место среди них занимал синкелл, ведавший организацией церковной жизни; сохранились 2 свинцовые печати конца IX — начала X века, где упоминается «Георгий чернец и синкелл болгарский». Секретарем предстоятеля Болгарской Церкви, самым влиятельным лицом в архиепископской канцелярии, был хартофилакс (в Византии этим титулом обозначался хранитель архива). На стене Золотой церкви в Преславе сохранилась кириллическая надпись — граффити, сообщающая, что церковь св. Иоанна построена хартофилаксом Павлом. Экзарх был обязан следить за правильностью соблюдения и исполнения церковных канонов, разъяснять догматы и этические нормы Церкви духовным лицам, осуществляя высшую проповедническую, наставническую, миссионерскую и контролирующую деятельность. Должность экзарха занимал после 894 года известный церковный писатель Иоанн Экзарх. Болгарский книжник и переводчик Григорий, живший в правление царя Симеона, именовался «пресвитером и мнихом всех церковников болгарских церквей» (титул, отсутствовавший в Константинопольской Патриархии).

Высшее и низшее духовенство в основном было греческое, но, по всей видимости, в его среде встречались и славяне (например, Сергий, епископ Белградский). Долгое время византийское духовенство являлось основным проводником политического и культурного влияния империи. Князь Борис, стремившийся к созданию национальной церковной организации, отправил учиться в Константинополь болгарских юношей, в том числе своего сына Симеона, предполагая, что впоследствии тот станет архиепископом.

В 889 году святой князь Борис удалился в монастырь (видимо, при Большой базилике в Плиске) и передал престол старшему сыну Владимиру. Но из-за приверженности нового князя язычеству Борису пришлось отстранить его от власти и вернуться к управлению страной. Осенью 893 года он созвал в Преславе Собор с участием духовенства, знати и народа, который de jure низложил Владимира и передал власть Симеону. С Преславским Собором обычно связывают утверждение приоритета славянского языка и кириллической письменности.

Распространение славянской книжности и храмостроительство

Огромное значение для укрепления и распространения христианства в Болгарии имела деятельность славянских первоучителей равноапостольных Кирилла и Мефодия. По сведениям ряда источников, равноапостольный Кирилл проповедовал и крестил болгар на реке Брегальница (современная Македония) еще до официального принятия христианства князем Борисом. Данная легендарно-историческая традиция оформилась в период византийского владычества и на раннем этапе возрождения Болгарской державы в XII-XIII веках, когда главным очагом сохранения национальной культуры были юго-западные области.

После смерти архиепископа Мефодия в 886 году начались гонения латинского духовенства, поддержанные князем Святополком, на славянскую литургию и письменность в Великой Моравии, ученики славных апостолов - Ангеларий, Климент, Лаврентий, Наум, Савва; к их числу со всей очевидностью относится также Константин, будущий епископ Преславский, нашли убежище в Болгарии. В страну они попали разными путями: Ангеларий и Климент добрались до Белграда, принадлежавшего тогда Болгарии, на бревне, переправившись через Дунай; Наум был продан в рабство и выкуплен в Венеции византийцами; пути других неизвестны. В Болгарии они были с радостью приняты князем Борисом, нуждавшимся в просвещенных и не связанных напрямую ни с Римом, ни с Константинополем сотрудниках.

На протяжении примерно 40 лет с 886 по 927 книжники, прибывшие из Великой Моравии, и поколение их учеников путем переводов и оригинального творчества создали в Болгарии полноценную многожанровую литературу на понятном народу языке, составившую основу всех средневековых православных славянских, а также румынской литературы. Благодаря деятельности учеников Кирилла и Мефодия и при непосредственной поддержке верховной власти в Болгарии в последней четверти IX -1-й трети X века сложились и активно действовали 2 литературно-переводческих центра (или «школы») — охридская и преславская. По крайней мере, двое из учеников славных апостолов — Климент и Константин — были возведены в сан епископа.

Климент назван «первым епископом болгарского языка» в житии, написанном Феофилактом, архиепископом Охридским. Во время своей просветительской деятельности в области Кутмичевица в юго-западной Болгарии Климент обучил в общей сложности 3500 учеников (в том числе будущего Девольского епископа Марка).

Период расцвета болгарской культуры при царе Симеоне получил название «золотого века». Составитель «Изборника» царя Симеона сравнивает болгарского правителя с царем эллинистического Египта Птолемеем II Филадельфом (III век до Р. Х.), при котором был осуществлен перевод Септуагинты с еврейского на греческий язык.

В Х века, в правление царя св. Петра и его преемников, литературное творчество в Болгарии принимает окказиальный характер, свойственный всем литераторам региона «Slavia Orthodoxa» в средние века. От этого времени известны цикл поучений Петра черноризца (отождествляемого исследователями с царем, сыном Симеона) и «Беседа на новоявленную ересь Богумилову» Козьмы Пресвитера, содержащая наиболее полную картину нового еретического учения и характеризующая духовную и в особенности монашескую жизнь Болгарии в середине 2-й половины Х века. Почти все памятники, созданные в IX–X веках в Болгарии, рано попали на Русь, а многие из них (в особенности небогослужебные) сохранились лишь в русских списках.

Деятельность славянских книжников имела принципиальное значение для утверждения внутренней автономии БПЦ. Введение славянского языка способствовало постепенной замене греческого духовенства болгарским.

Строительство первых храмов на территории Болгарии началось, видимо, еще в 865году. По словам Анастасия Библиотекаря, оно приобрело значительный размах в период пребывания в стране римского духовенства с 866 по 870гг., освятившего «множество церквей и алтарей». Свидетельством этого является обнаруженная в Преславе латинская надпись. Церкви нередко сооружались на фундаментах разрушенных раннехристианских храмов, а также языческих святилищ протоболгар, например, в Плиске, Преславе и Мадаре. Данная практика зафиксирована в «Сказании инока Христодула о чудесах вмч. Георгия» начало X века. В нем повествуется о том, как князь Борис разрушил языческие капища и воздвиг на их месте монастыри и храмы.

Активная церковно-строительная деятельность продолжается с приходом в Болгарию учеников равноапостольных Кирилла и Мефодия. В Охриде свт. Климент основал на развалинах базилики V в. монастырь вмч. Пантелеимона и построил 2 церкви-ротонды. В 900 году преподобный Наум воздвиг на противоположном берегу Охридского озера монастырь во имя святых Архангелов на средства князя Бориса и его сына Симеона. Сочиненный Наумом Охридским канон в честь апостола Андрея Первозванного свидетельствует о его особом почитании учениками Кирилла и Мефодия.

По желанию князя Бориса комитом Тарадином был построен большой храм на Брегальнице в честь 15 Тивериопольских мучеников, пострадавших в Тивериополе (Струмице) при Юлиане Отступнике. В эту церковь были торжественно перенесены мощи мучеников Тимофея, Комасия и Евсевия. Это событие произошло 29 августа и было внесено в славянские календари (месяцесловы Ассеманиева Евангелия XI века и Струмицкого Апостола XIII века). Священнослужителями новопостроенного храма были поставлены ученики Климента Охридского. В царствование Симеона комит Дристр перенес из Тивероуполя в Брегальницу мощи святых Сократа и Феодора.

В житии 15 Тивериопольских мучеников сообщается об активном строительстве храмов и укреплении влияния Болгарской Церкви в правление князя Бориса: «С той поры стали поставлять епископов, во множестве рукополагать священников и воздвигать святые храмы, а тот народ, что раньше был племенем варварским, стал теперь народом Божиим.… И может отныне видеть человек, что умножаются числом церкви, а храмы Божии, которые названные выше авары и болгары разрушили, вновь построили добре и воздвигли от оснований». Строительство церквей осуществлялось также по инициативе частных лиц, о чем свидетельствует кириллическая надпись Х века: «Господи, помилуй раба Своего Иоанна пресвитера и раба Своего Фому, создавших храм святого Власия».

Христианизация Болгарии сопровождалась сооружением множества монастырей и увеличением числа монашествующих. Монашеский постриг принимали многие болгарские аристократы, в том числе члены княжеского дома (князь Борис, его брат Докс Черноризец, царь Петр и другие). Значительное число монастырей было сосредоточено в крупных городах (Плиске, Преславе, Охриде) и их окрестностях. Например, в Преславе и его пригородах, по археологическим данным, насчитывается 8 монастырей. Большинство болгарских книжников и церковных иерархов того времени вышли из числа насельников городских монастырей (Иоанн Экзарх, пресвитер Григорий Мних, пресвитер Иоанн, епископ Марк Девольский и другие). Одновременно стали появляться иноческие обители в горных и отдаленных районах. Наиболее известным пустынножителем того времени был св. Иоанн Рыльский († 946), основатель Рильского монастыря. Среди подвижников, продолжавших традиции аскетического монашества, прославились преподобные Прохор Пшинский (XI век), Гавриил Лесновский (XI век), Иоаким Осоговский (конец XI — начало XII веков).

Ряд источников (например, «Сказание инока Христодула о чудесах великомученика Георгия», начало X века) сообщают о большом числе странствующих иноков, не принадлежавших к братии определенной обители.

Учреждение Болгарского Патриаршества

В 919 году, после побед, одержанных над греками, князь Симеон провозгласил себя «царем болгар и ромеев»; царский титул его сына и преемника Петра (927–970) был официально признан Византией. В этот период БПЦ получила статус Патриархии. Относительно точной даты этого события имеются различные мнения. Согласно представлениям того времени, статус Церкви должен был соответствовать статусу государства, а ранг церковного главы — титулу светского владыки («нет царства без Патриарха»). Исходя из этого, было высказано предположение, что Симеон утвердил Патриаршество в Болгарии на Преславском Соборе 919 года. Этому противоречит факт переговоров, которые Симеон вел в 926 году с Римским папой Иоанном X о возведении болгарского архиепископа в сан Патриарха.

Традиционно считают, что Патриарший титул предстоятеля БПЦ был официально признан Константинополем в начале октября 927 года, когда между Болгарией и Византией был заключен мирный договор, скрепленный династическим союзом 2 держав и признанием Петра, сына Симеона, царем болгар.

Существует, однако, ряд серьезных аргументов, которые свидетельствуют о признании патриаршего достоинства БПЦ не в момент воцарения Петра (927), а в последующие годы его правления. 2-й сигиллий императора Василия II Болгаробойцы, данный Охридской Архиепископии (1020), говоря о территории и юридических правах БПЦ времен царя Петра, именует ее Архиепископией. «Тактикон Бенешевича», описывает церемониальную практику византийской империи двора около 934–944 гг., ставит «Архиепископа Болгарии» на 16-е место, после синкеллов Римского, Константинопольского и восточных Патриархов. Такое же указание содержится в трактате императора Константина VII Багрянородного (913–959) «О церемониях».

В «Списке архиепископов Болгарии», так называемый список Дюканжа, составленный в середине XII века и дошедший в рукописи XIII в., сообщается, что по приказу императора Романа I Лакапина (919–944) императорский синклит провозгласил Дамиана Патриархом Болгарии, а БПЦ признана автокефальной. Предположительно этот статус БПЦ получила в период, когда Патриарший престол в Константинополе занимал Феофилакт (933–956), сын императора Романа Лакапина. Именно с Феофилактом, своим свойственником, царь Петр поддерживал тесные связи и обращался к нему за советом и разъяснением относительно ереси богомильства — религиозно-социального движения, получившего распространение в Болгарии с середины XI века.

В правление царя Петра в Болгарской Церкви насчитывалось не менее 28 епископских кафедр, перечисленные в хрисовуле Василия II, (1020). Важнейшими церковными центрами были: в Северной Болгарии - Преслав, Доростол (Дристра, современная Силистра), Видин (Быдин), Моравск (Морава, античный Марг); в Южной Болгарии - Пловдив (Филиппополь), Средец - Триадица, (современная София), Брегальница, Охрид, Преспа и другие.

Имена ряда болгарских архиепископов и Патриархов упомянуты в Синодике царя Борила (1211), но хронология их правления остается неясной: Леонтий, Димитрий, Сергий, Григорий.

Патриарх Дамиан после взятия Доростола в 971 году византийским императором Иоанном Цимисхием бежал в Средец во владения комитопулов Давида, Моисея, Аарона и Самуила, которые стали фактическими продолжателями болгарской государственности. С образованием Западно-Болгарского царства в 969 году столица Болгарии была перенесена в Преспу, а затем в Охрид. На Запад переместилась и резиденция Патриарха: согласно сигиллиям Василия II — в Средец, затем в Воден (греческая Эдесса), оттуда в Моглен и, наконец, в 997году в Охридский список Дюканжа, не упоминая Средец и Моглен, называет в этом ряду Преспу. Военные успехи царя Самуила нашли своё отражение в сооружении в Преспе грандиозной базилики. В Преспу были торжественно перенесены мощи св. Ахиллия из захваченной в 986 году болгарами Лариссы. В конце алтаря базилики св. Ахиллия помещены изображения 18 «тронов» (кафедр) Болгарского Патриархата.

После Дамиана в списке Дюканжа указывается Патриарх Герман, кафедра которого первоначально находилась в Водене, а затем была перенесена в Преспу. Известно, что он окончил жизнь в монастыре, приняв схиму с именем Гавриил. Патриарх Герман и царь Самуил являлись ктиторами церкви св. Германа на берегу озера Микра-Преспа, в которой были похоронены родители Самуила и его брат Давид, о чем свидетельствуют надписи 993 и 1006 годов.

Патриарх Филипп, согласно списку Дюканжа, был первым, чья кафедра находилась в Охриде. Сведения об Охридском Патриархе Николае (в списке Дюканжа он не упоминается) содержатся в проложном Житии князя Иоанна Владимира († 1016), зятя царя Самуила. Архиепископ Николай являлся духовным наставником князя, житие называет этого иерарха мудрейшим и чудным.

Спорным остается вопрос о том, кто являлся последним Болгарским Патриархом,— Давид или Иоанн. Византийский историк Иоанн Скилица сообщает, что в 1018г. «архиепископ Болгарии» Давид был послан царицей Марией, вдовой последнего болгарского царя Иоанна Владислава, к императору Василию II объявить об условиях ее отречения от власти. В приписке Михаила Девольского к сочинению Скилицы сказано, что пленный Болгарский Патриарх Давид участвовал в триумфальном шествии императора в Константинополе в 1019 году. Впрочем, правдивость этого рассказа оспаривается. О Давиде ничего не известно составителю списка Дюканжа. В том же 1019 году в Охридской Церкви был уже новый предстоятель - архиепископ Иоанн, бывший игумен Дебарского монастыря, болгарин по происхождению. Есть основание считать, он стал Патриархом в 1018 году, а в 1019 году был низведен Василием II в ранг архиепископа, подчиненного Константинополю.

Церковь в эпоху византийского господства в Болгарии (1018–1187)

Завоевание Болгарии Византийской империей в 1018 году повлекло за собой ликвидацию Болгарского Патриархата. Охрид стал центром автокефальной Охридской Архиепископии, состоявшей из 31 епархии. Она охватывала прежнюю территорию Патриархата, о чем говорится во 2-м сигиллии Василия II (1020): «...нынешний святейший архиепископ владеет и управляет всеми болгарскими епископствами, которыми при царях Петре и Самуиле владели и управляли тогдашние архиепископы». После смерти архиепископа Иоанна около 1037, славянина по происхождению, охридскую кафедру занимали исключительно греки. Византийское правительство проводило политику эллинизации, болгарское духовенство постепенно заменялось греческим. Вместе с тем византийские иерархи стремились сохранить независимость Охридской Церкви. Так, архиепископ Иоанн Комнин (1143–1156), племянник императора Алексея I Комнина, нашел новое обоснование особого статуса Охридской архиепископии. В протоколе Константинопольского Поместного Собора (1143) он подписался не как «Архиепископ Болгарии» (что делалось прежде), а как «Архиепископ Первой Юстинианы и Болгарии». Отождествление Охрида с древним церковным центром Юстинианой Первой (современный Царичин-Град), основанной Юстинианом I и реально находившейся в 45км к югу от городе Ниш, было позднее развито охридским архиепископом Димитрием II Хоматианом (1216–1234) в теорию, с помощью которой Охридской Архиепископии удавалось сохранять независимость на протяжении более 5 столетий. В XII веке на этот титул претендовали также епископы Вельбужда.

В границах Охридского диоцеза церковные деятели греческого происхождения в определенной степени учитывали духовные потребности болгарской паствы. Это способствовало лучшему сохранению в рамках Охридской архиепископии славянской культуры по сравнению с Восточной Болгарией, непосредственно подчиненной Константинопольскому Патриарху, и обеспечило впоследствии ее возрождение (отсюда у болгарских книжников XII–XIII вв. возникло представление о Македонии как колыбели славянской письменности и христианства в Болгарии). С переходом в середине XI века архиепископского стола к грекам и эллинизацией социальных верхов общества происходит постепенное, но заметное снижение статуса славянской культуры и богослужения до уровня приходских церквей и малых обителей. Это не коснулось почитания византийцами местных славянских святых. Так, архиепископом Феофилактом Охридским (1090–1108) были созданы Житие Тивериопольских мучеников, пространное Житие Климента Охридского и служба ему. Георгием Скилицей написано Житие Иоанна Рыльского и целый цикл служб ему (около 1180). Димитрию Хоматиану приписывается установление празднования святых Седмочисленников (равноапостольных Мефодия, Кирилла и их пяти учеников), им также составлены краткое Житие и служба Клименту Охридскому.

Церковь в эпоху 2-го Болгарского царства (1187–1396). Тырновская архиепископия

Осенью 1185 (или 1186) г. в Болгарии вспыхнуло антивизантийское восстание, которое возглавили местные боляре братья Петр и Асень. Его центром стала сильная крепость Тырнов. 26 октября 1185 года там собралось множество людей на освящение церкви вмч. Димитрия Солунского. По сообщению Никиты Хониата, разнесся слух о том, что чудотворная икона св. Димитрия из разграбленной в 1185 году норманнами Фессалоники теперь находится в Тырнове. Это было воспринято как свидетельство особого покровительства вмч. Димитрия болгарам и вдохновило восставших. Воссоздание болгарской государственности в рамках 2-го Болгарского Царства со столицей в Тырнове имело следствием восстановление автокефалии Болгарской Церкви. Сведения об учреждении новой епископии в Тырнове во время восстания содержатся в письме Димитрия Хоматиана Василию Педиадиту, митрополиту Керкирскому, и в Синодальном акте Охридской архиепископии 1218 (или 1219) году. Осенью 1186 или 1187 года в новопостроенной церкви, где находилась икона вмч. Димитрия, болгарские вожди заставили 3 византийских иерархов (Видинского митрополита и 2 неизвестных архиереев) рукоположить во епископа иерея (или иеромонаха) Василия, который венчал на царство Петра Асеня. Фактически в центре восставшей территории появилась новая независимая епархия.

Вслед за учреждением епископии последовало расширение ее канонических полномочий; в 1203 году она стала Тырновской архиепископией. В период 1186–1203гг. в подчинение Тырновскому предстоятелю перешли 8 епархий, отпавших от Охридской архиепископии: Видинская, Браничевская, Средецкая, Вельбуждская, Нишская, Белградская, Призренская и Скопская.

Царь Калоян (1197–1207), брат Петра и Иоанна Асеня I, использовал сложное положение, в которое попали византийский император Алексей III Ангел (1195–1203) и Патриарх Иоанн V Каматир (1191–1206) в связи с 4-м крестовым походом и захватом в 1204 году Константинополя латинянами. Константинопольский Патриарх был вынужден признать Тырновского как церковного главу и предоставить ему право рукополагать епископов. Кроме того, Тырновский архиепископ, используя ситуацию, присвоил себе аналогичные права и в отношении Охридского диоцеза: архиепископ Василием были поставлены архиереи на вдовствующие епископские кафедры Охридской архиепископии.

Одновременно царь Калоян вел переговоры с Римским папой Иннокентием III о признании за ним царского достоинства. Условием коронации Калояна папа ставил церковное подчинение Риму. В сентябре 1203 года в Тырнов прибыл капеллан Иоанн Каземаринский, вручивший архиепископу Василию посланный папой палиум и возведший его в ранг примаса. В письме от 25 февраля 1204г. Иннокентий III подтвердил назначение Василия «примасом всей Болгарии и Валахии». Окончательное утверждение Римом Василия ознаменовалось его помазанием, совершенным 7 ноября 1204 года кардиналом Львом, и вручением ему знаков высшей церковной власти и «Привилегиума», определявшего каноническое состояние Тырновской архиепископии и полномочия ее главы.

Уния с Римом служила средством достижения определенных политических целей, и, когда в международном аспекте она стала препятствием дальнейшего повышения ранга Болгарской Церкви, от нее отказались. Большинство исследователей считает, что заключение унии представляло собой формальный акт и ничего не изменило в православной богослужебной и обрядовой практике Болгарии.

В 1211г. в Тырнове царем Борилом был созван Церковный Собор против богомилов и составлена новая редакция Синодика в Неделю Православия (Синодик царя Борила), которая неоднократно дополнялась и перерабатывалась в течение XIII–XIV веков и служит важным источником по истории Болгарской Церкви.

В связи с упрочением положения Болгарии в правление Иоанна Асеня II (1218–1241) встал вопрос не только о признании самостоятельности ее Церкви, но и о возведении ее предстоятеля в ранг Патриарха. Это произошло после заключения Иоанном Асенем II с никейским императором Иоанном III Дукой Ватацем договора о военном союзе против Латинской империи. В 1234 году, после смерти архиепископа Василия, болгарский Архиерейский Собор остановил свой выбор на иеромонахе Иоакиме. Выбор был одобрен царем, и Иоаким отправился в Никею, где была совершена его хиротония. Этим были продемонстрированы принадлежность Болгарской архиепископии к Восточной Церкви, каноническое общение с Вселенской Константинопольской Патриархией (временно находившейся в Никее) и окончательный разрыв с римской курией. В 1235 году был созван Церковный Собор в городе Лампсаке под председательством Константинопольского Патриарха Германа II, на котором за Тырновским архиепископа Иоакимом I было признано патриаршее достоинство.

Новому Патриарху помимо Тырновского и Охридского диоцезов были подчинены 14 епархий, 10 из которых возглавлялись митрополитами (митрополии Преславская, Червенская, Ловчанская, Средецкая, Овечская (Проватская), Дристрская, Серрская, Видинская, Филиппийская (Драмская), Месемврийская; епископии Вельбуждская, Браничевская, Белградская и Нишская). Воссозданию Болгарского Патриархата посвящено 2 летописных рассказа, современных событию: один в составе дополнений к Синодику Борила, второй в составе особой повести о перенесении мощей прп. Параскевы (Петки) в Тырнов. Такого обширного диоцеза Болгарская Церковь не имела ни до этого, ни после до конца 2-го Болгарского царства.

Скопская епархия в 1219 году перешла в юрисдикцию сербской Печской архиепископии, а Призренская (около 1216) вернулась в диоцез Охридской архиепископии.

В 1-й половине ХIII века Тырново превратилось в неприступный город-крепость. Он состоял из 3 частей: внешнего города, холма Царевец с царским и патриаршим дворцами и холма Трапезица, где находилось 17 церквей и кафедральный собор Вознесения. Болгарские цари ставили себе задачей сделать Тырново не только церковно-административным, но и духовным центром Болгарии. Они активно проводили политику «собирания святынь». После победы болгар над византийским императором Исааком II Ангелом среди трофеев был захвачен большой патриарший крест, который, по словам Георгия Акрополита, «был сделан из золота и имел в середине частицу Честного Древа». Возможно, что крест был сделан равноапостольным Константином. До конца 70-х годов XIII века этот крест хранился в тырновской сокровищнице в церкви Вознесения.

При Иоанне Асене I были перенесены из Средеца в Тырново мощи прп. Иоанна Рыльского и положены в построенную во имя этого святого новую церковь на Трапезице. Царем Калояном в Тырново перенесены мощи святых мучеников Михаила Воина, свт. Илариона, епископа Могленского, прп. Филофеи Темницкой и прп. Иоанна, епископа Поливотского. Иоанн Асень II воздвиг в Тырнове церковь 40 мучеников, куда перенес мощи прп. Параскевы Епиватской. При первых Асенях складывается концепция: Тырново — «Новый Царьград». Стремление уподобить столицу Болгарии Константинополю нашла отражение во множестве литературных произведениях той эпохи.

Синодик упоминает имена 14 Патриархов за период с 1235 по 1396 год; по другим сведениям, их было 15. Сохранившиеся сведения об их жизни и деятельности крайне отрывочны. В списках не упомянут архиепископ Василий I, который, хотя и не был официально признан Патриархом, назван таковым в ряде документов. Сохранилась свинцовая печать с именем Патриарха Виссариона, которую датируют 1-й четвертью ХIII века, полагая, что Виссарион был преемником примаса Василия и тоже униатом. Однако точно определить годы его Патриаршества не представляется возможным.

Св. Иоаким I (1235–1246), принявший монашеский постриг на Афоне, прославился своей добродетельной и постнической жизнью и был канонизирован сразу после смерти. Патриарх Василий II был членом регентского совета при малолетнем брате Калимана — Михаиле II Асене (1246–1256). Во время его Патриаршества был построен Батошевский монастырь Успения Пресвятой Богородицы.

После смерти Иоанна Асеня II территория Тырновского диоцеза постепенно сокращается: были потеряны епархии во Фракии и Македонии, затем Белградская и Браничевская, позднее Нишская и Вельбуждская епархии.

Патриарх Иоаким II упоминается в Синодике как преемник Василия II и в ктиторской надписи 1264/65 года скального монастыря святителя Николая около села Троица. Имя Патриарха Игнатия указано в колофонах Тырновского Евангелия 1273 года и Апостола 1276–1277 годов. Синодик называет его «столпом Православия», поскольку он не принял унию с Римом, заключенную на втором Лионском соборе (1274). В болгарской книжной традиции последней четверти XIII века отражено усиление антикатолической тенденций: в краткой редакции «Сказания о семи Вселенских Соборах», в «Вопросах и ответах о евангельских словесах», в «Сказании о Зографских мучениках», в «Повести о Ксиропотамском монастыре».

Преемник Игнатия, Патриарх Макарий жил в эпоху монголо-татарского нашествия, восстания Ивайла и междоусобиц между Иоанном Асенем III и Георгием Тертером I, который упомянут в Синодике как священномученик, но неизвестно, когда и каким образом он пострадал.

Патриарх Иоаким III (80-е годы ХIII века - 1300) был активным политиком и церковным деятелем. В 1272 году, еще, не будучи Патриархом, он имел беседы в Константинополе с Джироламо д’Асколи (впоследствии папа Николай IV) в присутствии императора Михаила VIII Палеолога. В 1284 году уже как Патриарх участвовал в болгарском посольстве в Константинополь. В 1291 году Николай IV отправил Иоакиму III (которого называл «archiepiscopo Bulgarorum») письмо, где напоминал, что при первой их встрече тот говорил о своем расположении к идее подчинения Римскому папе, то есть «к тому, к чему я побуждаю тебя сейчас». Царь Феодор Святослав (1300–1321) заподозрил Патриарха Иоакима III в сговоре с Чакой, сыном татарского правителя Ногая и претендентом на болгарский престол, и казнил его: Патриарх был сброшен с так называемой Лобной скалы на холме Царевец в Тырнове. Патриархи Дорофей и Роман, Феодосий I и Иоанникий I известны только по Синодику. Вероятно, они занимали Тырновскую кафедру в 1-й половине ХIV века. Патриарх Симеон участвовал в Соборе в Скопье (1346), на котором была учреждена Печская Патриархия и венчан на царство сербской короной Стефан Душан.

Патриарх Феодосий II (около 1348 - около 1360), принявший постриг в Зографском монастыре, поддерживал активные связи с Афоном (в Зограф им присланы в дар Толковое Евангелие Феофилакта, архиепископа Охридского, переписанное по заказу его предшественника, Патриарха Симеона, и Пандекты Никона Черногорца в новом переводе). В 1352 году он в нарушение канонов рукоположил Феодорита в митрополита Киевского после того, как это отказался сделать Константинопольский Патриарх Каллист. В 1359/60 году Патриарх Феодосий возглавлял в Тырнове Собор против еретиков.

Патриарх Иоанникий II (70-е годы XIV века) прежде являлся игуменом тырновского монастыря 40 мучеников. При нем от болгарского диоцеза отпала Видинская митрополия.

В XIV веке в Болгарии нашло благодатную почву и много последователей религиозно-философское учение исихазм. Воплотитель идей зрелого исихазма св. Григорий Синаит около 1330 года пришел в болгарские земли, где в местности Парория (в горах Странджа) основал 4 монастыря, крупнейший из них - на горе Катакекриомене. Царь Иоанн Александр оказал покровительство этому монастырю. Ученики и последователи Григория Синаита из Парории (славяне и греки) распространили учение и практику исихастов по всему Балканскому полуострову. Известнейшими из них были св. Ромил Видинский, св. Феодосий Тырновский, Давид Дисипат и будущий Константинопольский Патриарх Каллист I. На Константинопольском Соборе 1351года исихазм был признан полностью соответствующим основам православной веры и с этого времени получил официальное признание в Болгарии.

Феодосий Тырновский принимал деятельное участие в обличении различных еретических учений, распространившихся в Болгарии в середине и 2-й половины ХIV века. В 1355 году по его инициативе в Тырнове был созван Церковный Собор, где было анафематствовано учение варлаамитов. На Тырновском Соборе 1359 года осуждены главные распространители богомильства Кирилл Босота и Стефан и ереси адамитов Лазарь и Феодосий.

При поддержке царя Иоанна Александра св. Феодосий основал около 1350 года Килифаревский монастырь в окрестностях Тырнова, где под его руководством подвизалось множество монашествующих (около 1360 года их число достигло 460) из болгарских земель и из соседних стран — Сербии, Венгрии и Валахии. Среди них были Евфимий Тырновский, будущий Патриарх Болгарский, и Киприан, будущий митрополит Киевский и Московский. Килифаревский монастырь стал одним из основных центров исихазма, а также книжности и просвещения на Балканах. Феодосием Тырновским были переведены на славянский язык «Главы зело полезные» Григория Синаита.

С рубежа XIII–XIV веков и до последней четверти XIV века (времени Патриарха Евфимия) усилиями нескольких поколений болгарских иноков (в том числе исихастов), трудившихся главным образом на Афоне (Дионисий Дивный, Закхей Философ (Вагил), старцы Иоанн и Иосиф, Феодосий Тырновский, а также многие безымянные переводчики), была осуществлена книжная реформа, получившая в научной литературе наименование «тырновской» или, точнее, «афоно-тырновской» справы. Были переведены заново (либо существенно отредактированы путем сличения славянских списков с греческими) два больших корпуса текстов: 1) полный круг литургических и паралитургических четьих книг (Стишной Пролог, триодный Синаксарь, «студийская коллекция» гомилий, патриарший гомилиарий (Евангелие учительное), Маргарит и другие), необходимых для богослужения по Иерусалимскому уставу, окончательно утвердившемуся в практике Византийской Церкви на протяжении XIII века; 2) аскетические и сопутствующие им доматико-полемические сочинения — своеобразная библиотека исихазма (Лествица, сочинения Аввы Дорофея, Исаака Сирина, Симеона Нового Богослова, Григория Синаита, Григория Паламы и других). Переводы сопровождались постепенной выработкой единой орфографии (на основе восточноболгарской), отсутствием которой отличалась болгарская письменность на протяжении XII - середины XIV века. Результаты справы оказали сильнейшее воздействие на древние православные литературы - сербскую, древнерусскую («второе южнославянское влияние» конца XIV–X века).

Крупнейшим церковным деятелем 2-й половины ХIV века являлся Евфимий Тырновский. После смерти Феодосия он подвизался сначала в Студийском монастыре, а затем в Зографе и Великой лавре на Афоне. В 1371 году Евфимий вернулся в Болгарию и основал монастырь Святой Троицы, при котором развернулась грандиозная переводческая деятельность. В 1375 году он был избран Болгарским Патриархом.

Заслугой Патриарха Евфимия является всестороннее внедрение результатов афонской справы в практику БПЦ, настолько активное, что уже младшие современники (Константин Костенецкий) воспринимали Патриарха как инициатора самой реформы. Кроме того, Патриарх Евфимий является крупнейшим болгарским писателем XIV века, ярким представителем стиля «плетения словес». Им написаны службы, жития и похвальные слова почти всему пантеону святых, чьи мощи были собраны в Тырнове первыми царями династии Асеней, а также похвальное слово равноапостольным Константину и Елене и послание мниху Киприану (будущему митрополиту Киевскому). Учеником и близким другом Евфимия был один из плодовитых славянских книжников XIV–XV веков Григорий Цамблак, написавший ему похвальное слово.

Церковь в эпоху турецкого владычества в Болгарии (конец XIV- 2-я половина XIX века)

Ликвидация Тырновского Патриархата

Правивший в Видине Иоанн Срацимир, сын царя Иоанна Александра, воспользовался тем, что во время оккупации города венграми (1365–1369) митрополит Видинский Даниил бежал в Валахию. Вернувшись на престол, Иоанн Срацимир подчинил Видинскую митрополию Константинопольскому Патриархату, подчеркивая тем самым свою церковную и политическую независимость от Тырнова, где правил его брат Иоанн Шишман. В начале 1371 года митрополит Даниил вел переговоры с Константинопольским Синодом и получил в управление Триадицкую епархию. В июле 1381 года Синод Константинопольского Патриархата поставил на кафедру Видина митрополита Кассиана, что закрепляло церковную юрисдикцию Константинополя над Видинской митрополией. В 1396 году Видин был взят турками.

17 июля 1393 года османская армия захватила Тырново. Патриарх Евфимий фактически возглавил оборону города. Сочинения Григория Цамблака «Похвальное слово Патриарху Евфимию» и «Рассказ о перенесении мощей св. Параскевы», а также «Похвальное слово св. Филофее» митрополита Иоасафа Видинского повествуют о разграблении Тырнова и разрушении многих церквей. Уцелевшие храмы опустели, лишившись большинства священников; те же, кто выжил, боялись служить. Патриарх Евфимий был сослан в заточение (вероятно, в Бачковский монастырь), где скончался около 1402 года. Болгарская Церковь осталась без своего Первоиерарха.

В августе 1394 года Константинопольский Патриарх Антоний IV совместно со Священным Синодом принял решение отправить в Тырново митрополита Иеремию, который в 1387 году был поставлен на кафедру Мавровлахии (Молдавии), но в силу ряда причин не смог приступить к управлению епархией. Ему поручалось отбыть «с Божией помощью в святую Тырновскую Церковь и беспрепятственно совершать там все дела, подобающие архиерею», за исключением рукоположения епископов. Хотя посланный в Тырново иерарх не был поставлен во главе этого диоцеза, а лишь временно замещал предстоятеля епархии, рассматривавшейся в Константинополе как вдовствующая, в болгарской исторической науке данное деяние трактуется как прямое вмешательство Константинопольского Патриархата в юрисдикцию автокефальной Болгарской Церкви (Тырновского Патриархата). В 1395 году митрополит Иеремия уже находился в Тырнове и в августе 1401 года еще управлял Тырновской епархией.

Временная зависимость Тырновской Церкви от Константинополя превратилась в постоянную. Сведений об обстоятельствах этого процесса практически не сохранилось. О последующих переменах в каноническом положении БПЦ можно судить на основании 3 писем, связанных со спором между Константинополем и Охридом о границах их диоцезов. В первом Константинопольский Патриарх обвинял Охридского архиепископа Матфея (упомянут в ответном письме) в том, что тот, не имея канонических прав, присоединил к своей церковной области Софийскую и Видинскую епархии. В ответном письме неизвестный нам по имени преемник Матфея объяснял Патриарху, что его предшественник получил в присутствии Патриарха и членов Синода Константинопольской Церкви от византийского императора грамоту, согласно которой в его диоцез вошли земли до Адрианополя, в том числе Видин и София. В 3-м письме тот же архиепископа Охридский жалуется императору Мануилу II на Константинопольского Патриарха, вопреки императорскому указу изгнавшего митрополитов Видина и Софии, поставленных из Охрида. Исследователи по-разному датируют эту переписку: 1410–1411 годами, либо после 1413 года или около 1416 года. Во всяком случае, не позднее 2-го десятилетия ХV века Тырновская Церковь была подчинена Константинополю. Церковно-юридические обоснования ликвидации Тырновского Патриархата отсутствуют. Однако это событие стало естественным следствием утраты Болгарией собственной государственности. Значительно дольше сохраняли автокефалию другие балканские Церкви, на территории которых проживала часть болгарского населения (и где в XVI–XVII веках существовали значительно более благоприятные условия для сохранения славянской письменности и культуры),— Печский и Охридский Патриархаты (упразднены соответственно в 1766 и 1767). С этого времени все болгарские христиане попали под духовную юрисдикцию Константинопольского Патриарха.

Болгария в составе Константинопольского Патриархата

Первым митрополитом Тырновской епархии в составе Константинопольского Патриархата стал Игнатий, бывший митрополит Никомидийский: его подпись стоит 7-й по счету в списке представителей греческого духовенства на Флорентийском Соборе 1439года. В одном из списков епархий Константинопольского Патриархата середины ХV века Тырновский митрополит занимает высокое 11-е место (после Фессалоникийского); ему подчинены 3 епископских кафедры: Червен, Ловеч и Преслав. До середины ХIХ века Тырновская епархия охватывала большую часть земель Северной Болгарии и простиралась на юг до реки Марица, включая районы Казанлыка, Стара - и Нова-Загоры. Тырновскому митрополиту были подчинены епископы Преславский (до 1832, когда Преслав стал митрополией), Червенский (до 1856, когда Червен также был возведен в ранг митрополии), Ловчанский и Врачанский.

Константинопольский Патриарх, считавшийся верховным представителем перед султаном всех православных христиан (миллет-баши), обладал широкими правами в духовной, гражданско-правовой и экономической сферах, но оставался под постоянным контролем османского правительства и нес личную ответственность за лояльность своей паствы власти султана. Церковное подчинение Константинополю сопровождалось усилением греческого влияния в болгарских землях. На кафедры назначались архиереи-греки, которые в свою очередь поставляли в монастыри и приходские храмы греческих священнослужителей, следствием чего стала практика проведения богослужений на греческом языке, непонятном большей части паствы. Церковные должности нередко занимались при помощи крупных взяток, на местах церковные налоги (известно свыше 20 их видов) взимались произвольно, нередко насильственными методами. В случае отказа в выплатах греческие иерархи закрывали церкви, анафематствовали непокорных, представляли их османским властям как неблагонадежных и подлежащих переселению в другую местность или взятию под стражу. Несмотря на численное превосходство греческого духовенства, в ряде епархий местное население сумело сохранить настоятеля-болгарина. Многие монастыри (Этропольский, Рильский, Драгалевский, Куриловский, Кремиковский, Черепишский, Гложенский, Кукленский, Эленишский и другие) сохранили церковнославянский язык в богослужении.

В первые века османского владычества между болгарами и греками не существовало вражды по этническому признаку; известно много примеров совместной борьбы против завоевателей, в равной степени угнетавших православные народы. Так, Тырновский митрополит Дионисий (Рали) стал одним из руководителей подготовки 1-го Тырновского восстания 1598 года и привлек подчиненных ему епископов Иеремию Русенского, Феофана Ловчанского, Спиридона Шуменского (Преславского) и Мефодия Врачанского. 12 тырновских священников и 18 влиятельных мирян вместе с митрополитом поклялись до самой смерти оставаться верными делу освобождения Болгарии. Весной или летом 1596 года была создана тайная организация, в которую входили десятки как духовных, так и светских лиц. Греческое влияние в болгарских землях во многом было обусловлено влиянием грекоязычной культуры и воздействием набиравшего силу процесса «эллинского возрождения».

Новомученики и подвижники периода османского ига

В период турецкого владычества православная вера была для болгар единственной опорой, позволявшей сохранить национальную идентичность. Попытки принудительного обращения в ислам способствовали тому, что сохранение верности христианской вере воспринималось и как защита своего национального самосознания. Подвиг новомучеников напрямую соотносился с подвигами мучеников первых веков христианства. Создавались их жития, составлялись им службы, оформлялось празднование их памяти, почитание мощей, строились храмы, освященные в их честь.
Известны подвиги десятков святых, пострадавших в период турецкого господства. В результате вспышек фанатичного ожесточения мусульман против болгар-христиан мученическую кончину приняли Георгий Софийский Новый, заживо сожженный в 1515 году, Георгий Старый и Георгий Новейший, повешенный в 1534 году; Николай Новый и священномученик. епископ Виссарион Смолянский были забиты камнями толпой турок — один в Софии в 1555 году, другие в Смоляне в 1670 году. В 1737 году в Софии был повешен организатор восстания священномученик митрополит Симеон Самоковский. В 1750 году за отказ принять ислам в Битоле был усечен мечом Ангел Леринский (Битольский). В 1771 году толпой турок был повешен в Свиштове священномученик Дамаскин. Мученик Иоанн в 1784 году исповедал христианскую веру в Софийском соборе в Константинополе, обращенном в мечеть, за что был обезглавлен, мученица Злата Могленская, не поддавшаяся на уговоры похитителя-турка принять его веру, была подвергнута пыткам и повешена в 1795 году в селе Слатино Могленской области. После пыток был повешен и мученик Лазарь в 1802 году в окрестностях села Сома около Пергама. Исповедали Господа в мусульманском суде прмч. Игнатий Старозагорский в 1814 году в Константинополе, принявший смерть через повешение, и прмч. Онуфрий Габровский в 1818 году на острове Хиос, усеченный мечом. В 1822 году в городе Осман-Пазар (современный Омуртаг) был повешен мученик Иоанн, публично раскаявшийся в том, что принял ислам, в 1841 году в Сливене была усечена голова мученику Димитрию Сливенскому, в 1830 году в Пловдиве пострадала за веру мученица Рада Пловдивская: турки ворвались в дом и убили ее и троих детей. Празднование памяти всех святых и мучеников болгарской земли, угодивших Господу твердым исповеданием веры Христовой и принявших мученический венец во славу Господа, БПЦ совершает во 2-ю неделю по Пятидесятнице.

Патриотическая и просветительская деятельность болгарских монастырей

В ходе завоевания турками Балкан во 2-й половине ХIV – начале ХV века большая часть приходских храмов и процветавших некогда болгарских монастырей была сожжена или разграблена, погибло множество фресок, икон, рукописей, предметов церковной утвари. На десятилетия прекратились преподавание в монастырских и церковных школах и переписка книг, утрачены были многие традиции болгарского искусства. Особенно пострадали тырновские монастыри. Часть представителей образованного духовенства (в основном из числа монашествующих) погибла, другие были вынуждены уйти из болгарских земель. Лишь немногие обители уцелели благодаря либо заступничеству родственников высших сановников Османской империи, либо особым заслугам местного населения перед султаном, либо местоположению в недоступных горных районах. По мнению некоторых исследователей, турки разрушали в основном монастыри, расположенные в областях, наиболее сильно сопротивлявшихся завоевателям, а также обители, оказывавшиеся на маршрутах военных походов. С 70-х годов ХIV века до конца ХV века система болгарских монастырей не существовала как целостный организм; о многих обителях можно судить лишь по сохранившимся развалинам и данным топонимики.

Население — светские и духовные лица — по собственному почину и на собственные средства восстанавливало монастыри и храмы. Среди сохранившихся и восстановленных монастырей — Рильский, Бобошевский, Драгалевский, Куриловский, Карлуковский, Этропольский, Билинский, Роженский, Капиновский, Преображенский, Лясковский, Плаковский, Дряновский, Килифаревский, Присовский, Патриарший Святой Троицы под Тырново и другие, хотя и их существование постоянно находилось под угрозой из-за частых нападений, грабежей и пожаров. Во многих из них жизнь замирала на продолжительные периоды.

При подавлении 1-го Тырновского восстания 1598 года большая часть восставших укрылась в Килифаревском монастыре, восстановленном в 1442 году; за это турки вновь разрушили обитель. Пострадали и окрестные монастыри — Лясковский, Присовский и Плаковский. В 1686 году во время 2-го Тырновского восстания также пострадали многие обители. В 1700 году центром, так называемого восстания Марии, стал Лясковский монастырь. При подавлении восстания пострадали эта обитель и соседний Преображенский монастырь.

Традиции средневековой болгарской культуры сохранялись последователями Патриарха Евфимия, эмигрировавшими в Сербию, на Афон, а также в Восточную Европу: митрополитом Киприаном († 1406), Григорием Цамблаком († 1420), диаконом Андреем († после 1425), Константином Костенецким († после 1433) и другими.

В самой Болгарии оживление культурной деятельности происходило в 50–80-е годы XV века. Культурный подъем охватил запад бывшие территории страны, центром стал Рильский монастырь. Он был восстановлен в середине XV века стараниями монахов Иоасафа, Давида и Феофана при покровительстве и щедрой финансовой поддержке вдовы султана Мурада II Мары Бранкович (дочери сербского деспота Георгия). С перенесением туда мощей преподобного Иоанна Рыльского в 1469 году обитель становится одним из духовных центров не только Болгарии, но и славянских Балкан в целом; сюда стали прибывать тысячи паломников. В 1466 году между Рильской обителью и русским монастырем Святого Пантелеимона на Афоне (населенном в то время сербами — см. ст. Афон) был заключен договор об оказании взаимной помощи. Постепенно в Рильском монастыре возобновилась деятельность книжников, иконописцев и странствующих проповедников.

В монастырях Западной Болгарии и Македонии работали книжники Димитрий Кратовский, Владислав Грамматик, монахи Мардарий, Давид, Пахомий и другие. В Сборник 1469 года, написанный Владиславом Грамматиком, был включен ряд сочинений, связанных с историей болгарского народа: «Пространное житие св. Кирилла Философа», «Похвальное слово святым Кириллу и Мефодию» и другие, основу «Рильского панегирика» 1479 года составляют лучшие произведения балканских писателей-исихастов 2-й половины XI- начала XV века: («Житие св. Иоанна Рыльского», послания и другие сочинения Евфимия Тырновского, «Житие Стефана Дечанского» Григория Цамблака, «Похвальное слово св. Филофее» Иосафа Бдинского, «Житие Григория Синаита» и «Житие св. Феодосия Тырновского» Патриарха Каллиста), а также новые сочинения («Рильская повесть» Владислава Грамматика и «Житие св. Иоанна Рыльского с малой похвалой» Димитрия Кантакузина).

В конце ХV века в Рильском монастыре работали монахи-переписчики и составители сборников Спиридон и Петр Зограф; для хранившихся здесь Сучавского (1529) и Крупнишского (1577) Евангелий в монастырских мастерских были изготовлены уникальные золотые переплеты.

Книгописная деятельность велась также в монастырях, расположенных в окрестностях Софии - Драгалевском, Кремиковском, Сеславском, Лозенском, Кокалянском, Куриловском и других. Драгалевский монастырь был возобновлен в 1476 году; инициатором его обновления и украшения стал зажиточный болгарин Радослав Мавр, портрет которого в окружении семьи был помещен среди росписей преддверия монастырского храма. В 1488 году иеромонах Неофит с сыновьями, священником Димитром и Богданом, на собственные средства построили и украсили церковь св. Димитрия в Бобошевском монастыре. В 1493 году Радивой, богатый житель пригорода Софии, возобновил церковь св. Георгия в Кремиковском монастыре; его портрет также был помещен в преддверии храма. В 1499 году была вновь отстроена церковь св. апостола Иоанна Богослова в Поганове, о чем свидетельствуют сохранившиеся ктиторские портреты и надписи.

В ХVI–ХVII веках крупным центром письменности стал Этропольский монастырь Святой Троицы (или Варовитец), основанный первоначально (в ХV веке) колонией сербских рудокопов, существовавшей в близлежащем городе Этрополе. В Этропольском монастыре были переписаны десятки богослужебных книг и сборников смешанного содержания, богато украшенных изящно выполненными заглавиями, виньетками и миниатюрами. Известны имена местных книжников: грамматика Бойчо, иеромонаха Данаила, Тахо Грамматика, попа Велчо, даскала (учителя) Койо, грамматика Иоанна, резчика Маврудия и других. В научной литературе даже существует понятие этропольской художественно-каллиграфической школе. Мастер Недялко Зограф из Ловеча в 1598 году создал для монастыря икону Ветхозаветной Троицы, а через 4 года расписал церковь расположенного неподалеку Карлуковского монастыря. В Этропольском и окрестных монастырях были написаны серии икон, в том числе с изображениями болгарских святых; надписи на них были сделаны на славянском языке. Аналогичной была деятельность монастырей на периферии Софийской равнины: неслучайно эта область получила название Софийская малая святая гора.

Характерна деятельность живописца иеромонаха Пимена Зографского (Софийского), работавшего в конце ХVI — начале ХVII века в окрестностях Софии и в Западной Болгарии, где он украсил десятки храмов и монастырей. В ХVII веке были восстановлены и расписаны церкви в Карлуковском (1602), Сеславском, Алинском (1626), Билинском, Трынском, Мисловишицком, Илиянском, Искрецком и других монастырях.

Болгарские христиане рассчитывали на помощь единоверных славянских народов, особенно русских. С XVI века Россию регулярно посещали болгарские иерархи, настоятели монастырей и прочие духовные лица. Одним из них был упомянутый выше Тырновский митрополит Дионисий (Рали), доставивший в Москву решение Константинопольского Собора (1590) об учреждении Патриаршества в России. Монахи, в том числе игумены Рильского, Преображенского, Лясковского, Билинского и других монастырей, в ХVI–ХVII веках испрашивали у Московских Патриархов и государей средства на возобновление пострадавших обителей и защиту от притеснений турок. Позднее поездки в Россию за милостыней на восстановление своих обителей совершили игумен Преображенского монастыря (1712), архимандрит Лясковского монастыря (1718) и другие. Помимо щедрых денежных милостыней на монастыри и церкви из России в Болгарию привозились славянские книги, прежде всего духовного содержания, не дававшие угаснуть культурно-национальному сознанию болгарского народа.

В ХVIII–ХIХ веках с ростом хозяйственных возможностей болгар выросли пожертвования монастырям. В первой половине ХVIII века были возобновлены и украшены многие монастырские храмы и часовни: в 1700 году возобновлен Капиновский монастырь, в 1701году — Дряновский, в 1704 году расписана часовня Святой Троицы в монастыре Пресвятой Богородицы в селе Арбанаси под Тырновом, в 1716 году в том же селе была освящена часовня монастыря святителя Николая, в 1718 году возобновлен (на том месте, где находится сейчас) Килифаревский монастырь, в 1732 году обновлена и украшена церковь Роженского монастыря. В то же время создавались великолепные иконы тревненской, самоковской и дебрской школ. В монастырях создавались раки для святых мощей, оклады икон, кадильницы, кресты, потиры, подносы, свещницы и многое другое, что обусловило их роль в развитии ювелирного и кузнечного дела, ткачества, миниатюрной резьбы.

[!Церковь в период «болгарского возрождения» (XVIII–XIX вв.)

Монастыри сохраняли свою роль национально-духовных центров и в период возрождения болгарского народа. Начало болгарского национального возрождения связано с именем преподобного Паисия Хиландарского. Его «История славяно-болгарская о народах, и о царях, и о святых болгарских» (1762) явилась своеобразным манифестом патриотизма. Паисий считал, что для пробуждения народного самосознания необходимо иметь чувство своей земли и знание национального языка и исторического прошлого страны.

Последователем Паисия был Стойко Владиславов (впоследствии святой Софроний, епископ Врачанский). Помимо распространения «Истории» Паисия (известны списки, сделанные им в 1765 и 1781) он переписывал дамаскины, часословы, молитвословы и другие богослужебные книги; ему принадлежит авторство первой болгарской печатной книги (сборник воскресных поучений под названием «Кириакодромион, сиречь Неделник», 1806). Оказавшись в 1803 году в Бухаресте, он развернул там активную политическую и литературную деятельность, считая, что в деле укрепления народного самосознания главным фактором является просвещение. С началом русско-турецкой войны 1806–1812 гг. он организовал и возглавил первую общеболгарскую политическую акцию, целью которой было достижение автономии болгар под эгидой российского императора. В послании Александру I Софроний Врачанский от имени своих соотечественников просил взять их под защиту и разрешить создание отдельного болгарского подразделения в составе русской армии. При содействии Врачанского епископа в 1810 году был сформирован боевой отряд Земское болгарское войско, активно участвовавший в войне и особо отличившийся при штурме города Силистры.

Заметными представителями болгарского возрождения в Македонии (весьма, впрочем, умеренными по взглядам) были иеромонахи Иоаким Корчовский и Кирилл (Пейчинович), развернувшие в начале XIX века просветительскую и литературную деятельность.

Монахи и священники были активными участниками национально-освободительной борьбы. Так, монахи Тырновского округа участвовали в «Велчовой завере» 1835 году, восстании капитана дядо Николы 1856 году, так называемой Хаджиставеровой смуте 1862 года, в создании Внутренней революционной организации «апостола свободы» В. Левского и в Апрельском восстании 1876 года.
В формировании образованного болгарского духовенства велика была роль российских духовных школ, в первую очередь Киевской Духовной Академии.

Борьба за церковную автокефалию

Наряду с идеей политического освобождения от османского гнета среди балканских народов крепло движение за церковную независимость от Константинополя. Поскольку Константинопольские Патриархи были греческого происхождения, греки издавна оказались в привилегированном положении по сравнению с другими православными народами Османской империи. Особенно резко межнациональные противоречия начали проявляться после достижения независимости Грецией (1830), когда в значительной части греческого общества произошел всплеск националистических настроений, выразившихся в идеологии панэллинизма. Константинопольская Патриархия также была вовлечена в эти бурные процессы и стала все чаще олицетворять собой силу, тормозившую национальное возрождение других православных народов. Шло насильственное насаждение греческого языка в школьном образовании, принимались меры к вытеснению церковнославянского языка из богослужения: так, в Пловдиве при митрополите Хрисанфе (1850–1857) он был запрещен во всех храмах, кроме церкви святой Петки. Если греческое духовенство считало естественной неразрывную связь эллинизма и Православия, то для болгар подобные представления становились препятствием на пути к церковно-национальной самостоятельности.

Против засилья греческого клира выступало болгарское духовенство. Борьба за церковную независимость в первой половине 20-х годов ХIХ века началась с выступлений за замену богослужебного языка с греческого на церковнославянский. Были предприняты попытки заменить греческое духовенство на клириков-болгар.

Господство греческих владык в болгарских землях, их поведение, порой не вполне отвечавшее нормам христианской нравственности, вызывало протесты болгарского населения, требовавшего назначения архиереев из болгар. Выступления против митрополитов-греков во Враце (1820), Самокове (1829–1830) и других городах можно считать предвестниками греко-болгарской церковной распри, разгоревшейся в полную силу спустя несколько десятилетий. В конце 30-х годов ХIХ века в борьбу за церковную независимость включилось население крупнейшей в болгарских землях Тырновской епархии. Эта борьба, как и движение за просвещение болгар, основывалась на изданных османским правительством реформаторских актах — Гюльханейском хатт-и шерифе 1839 года и хатт-и хумаюне 1856 года. Один из идеологов и организаторов болгарского национально-освободительного движения Л. Каравелов заявлял: «Болгарский церковный вопрос не является ни иерархическим, ни экономическим, но политическим». Этот период в болгарской историографии принято характеризовать как «мирный этап» национальной революции.

Следует отметить, что далеко не все иерархи-греки без внимания относились к нуждам болгарской паствы. В 20–30-е годы. XIX века. Тырновский митрополит Иларион, выходец с Крита, не препятствовал в епархии использованию церковнославянского языка и внес свой вклад в открытие знаменитого Габровского училища (1835). Врачанский епископ Агапий (1833–1849) оказал содействие в открытии женского училища во Враце, помогал в распространении книг на болгарском языке, а в богослужении пользовался только церковнославянским языком. В 1839 года начало действовать Софийское богословское училище, основанное при поддержке митрополита Мелетия. Некоторые священники-греки создавали сборники проповедей, написанных греческой азбукой на славянском языке, понятном для паствы; греческим шрифтом печатались болгарские книги.

Кроме того, ряд акций Константинопольской Патриархии против некоторых изданий на славянских языках следует рассматривать как реакцию на усиление активности среди славянских народов протестантских организаций, прежде всего библейских обществ с их тенденцией перевода богослужебных книг на национальные разговорные языки. Так, в 1841 году Константинопольская Патриархия запретила изданный годом ранее в Смирне новоболгарский перевод Евангелия. Изъятие уже выпущенной книги вызвало негативную реакцию среди болгар. Одновременно Патриархия ввела цензуру на болгарские издания, что послужило лишним поводом для роста антигреческих настроений.

В 1846 году, во время посещения Болгарии султаном Абдул-Меджидом, болгары повсеместно обращались к нему с жалобами на греческое духовенство и просьбами о поставлении владык из болгар. По настоянию османского правительства Константинопольская Патриархия созвала Поместный Собор (1850), который, однако, отклонил требование болгар о самостоятельном избрании священников и епископов с предоставлением им ежегодных окладов. Накануне Крымской войны 1853–1856 гг. борьба за национальную Церковь охватила крупные города и многие области, населенные болгарами. В этом движении также приняли участие многие представители болгарской эмиграции в Румынии, Сербии, России и других странах и болгарская община Константинополя (к середине ХIХ века насчитывавшая 50 тысячи человек). Архимандрит Неофит (Бозвели) выдвинул идею открытия в Константинополе болгарского храма. По окончании Крымской войны болгарская община в Константинополе стала руководящим центром легальной национально-освободительной деятельности.

Болгарские представители вступили в переговоры с Константинопольской Патриархией с целью прийти к соглашению об образовании самостоятельной Болгарской Церкви. Нельзя сказать, что Патриархия ничего не делала для сближения позиций сторон. В Патриаршество Кирилла VII (1855–1860) было хиротонисано несколько епископов болгарского происхождения, в том числе известный народный деятель Иларион (Стоянов), возглавивший болгарскую общину Константинополя с титулом епископа Макариопольского (1856). 25 октября 1859 года Патриарх заложил основание болгарского храма в столице Османской империи — церкви святого Стефана. Кирилл VII стремился всячески способствовать поддержанию мира в смешанных греко-болгарских приходах, узаконил равноправное употребление греческого и церковнославянских языков в богослужении, принимал меры к распространению славянских книг и развитию духовных школ для славян с обучением на их родном языке. Однако многие из иерархов греческого происхождения не скрывали своей «эллинофилии», что препятствовало примирению. Сам Патриарх из-за своей умеренной политики в болгарском вопросе вызвал недовольство проэллински настроенной «партии» и был смещен ее стараниями. Болгары и сделанные им уступки считали запоздалыми и требовали церковного отделения от Константинополя.

В апреле 1858 года на Поместном Соборе Константинопольская Патриархия вновь отвергла требования болгар (избрание владык паствой, знание кандидатами болгарского языка, ежегодные оклады иерархам). В то же время набирало силу болгарское народное движение. 11 мая 1858 года в Пловдиве впервые была торжественно отпразднована память святых Кирилла и Мефодия. Поворотным пунктом в болгарском церковно-национальном движении явились события в Константинополе на Пасху 3 апреля 1860 года в церкви святого Стефана. Епископ Макариопольский Иларион по требованию собравшегося народа не помянул за богослужением Константинопольского Патриарха, что означало отказ от признания церковной юрисдикции Константинополя. Данная акция была поддержана сотнями церковных общин в болгарских землях, а также митрополитами Авксентием Велийским и Паисием Пловдивским (греком по происхождению). В Константинополь приходило множество посланий от болгар, в которых содержался призыв добиваться от османских властей признания независимости Болгарской Церкви и провозгласить «Патриархом всей Болгарии» епископа Илариона, который, однако, настойчиво отклонил это предложение. В столице Османской империи болгарами был сформирован народный совет из архиереев и представителей ряда епархий, поддержавших идею создания самостоятельной Церкви. Активизировалась деятельность различных «партийных» группировок: ориентировавшиеся на Россию сторонники умеренных действий (во главе с Н. Геровым, Т. Бурмовым и другими), проосманская (братья Х. и Н. Тыпчилещовы, Г. Крыстевич, И. Пенчович и другими) и прозападная (Д. Цанков, Г. Миркович и другими) группировки и «партия» национального действия (возглавляемая епископом Иларионом Макариопольским и С. Чомаковым), пользовавшаяся поддержкой церковных общин, радикально настроенной интеллигенции и революционной демократии.

Константинопольский Патриарх Иоаким резко отреагировал на акцию болгар и добился отлучения епископов Илариона и Авксентия на Соборе в Константинополе. Греко-болгарский конфликт усугублялся угрозой отпадения части болгар от Православия (в конце 1860 временно примкнула к униатам большая часть Константинопольской болгарской общины).

Россия, относясь с сочувствием к болгарскому народному движению, в то же время не считала возможным поддерживать борьбу против Константинопольского Патриархата, поскольку в основу русской политики на Ближнем Востоке было положен принцип единства Православия. «Мне нужно единство Церкви»,— писал император Александр II в инструкции, данной в июне 1858 году новому настоятелю русской посольской церкви в Константинополе. Большинство иерархов РПЦ не принимали идею полной независимой Болгарской Церкви. Лишь Иннокентий (Борисов), архиепископ Херсонский и Таврический, защищал право болгар на восстановление Патриаршества. Московский митрополит святитель Филарет (Дроздов), не скрывавший своих симпатий к болгарскому народу, находил необходимым, чтобы Константинопольская Патриархия предоставила болгарам возможность свободно молиться Богу на родном языке и «иметь единоплеменное духовенство», но отвергал идею о самостоятельной Болгарской Церкви. После событий 1860 года в Константинополе русская дипломатия начала энергичные поиски примирительного решения болгарского церковного вопроса. Граф Н. П. Игнатьев, русский посол в Константинополе (1864–1877), неоднократно запрашивал соответствующие директивы от Святейшего Синода, однако высшее руководство РПЦ воздерживалось от определенных высказываний, поскольку Константинопольский Патриарх и Великая Церковь не обращались к Российской Церкви ни с каким требованием. В ответном послании Константинопольскому Патриарху Григорию IV (от 19 апреля 1869) Святейший Синод выразил мнение, что до известной степени правы обе стороны — и Константинополь, хранящий церковное единство, и болгары, законно стремящиеся иметь национальную иерархию.

Церковь в период Болгарского Экзархата (с 1870)

В разгар болгаро-греческого противостояния по вопросу о церковной самостоятельности в конце 60-х годов XIX века Константинопольский Патриарх Григорий VI предпринял ряд мер по преодолению распри. Он изъявил готовность пойти на уступки, предложив создать особый церковный округ под управлением болгарских епископов и под председательством экзарха Болгарии. Но этот компромиссный вариант не удовлетворил болгар, требовавших значительного расширения границ своей церковной области. По просьбе болгарской стороны к улаживанию спора была подключена Высокая Порта. Османское правительство представило два варианта решения вопроса. Однако Константинопольская Патриархия отвергла их как неканоничные и предложила созвать для решения болгарского вопроса Вселенский Собор; разрешение на это не было получено.
Негативная позиция Патриархии обусловила решение османского правительства прекратить распрю своей властью. 27 февраля 1870 года султан Абдул-Азиз подписал фирман об учреждении особого церковного округа — Болгарского Экзархата; на следующий день великий везир Али-паша вручил два экземпляра фирмана членам двусторонней болгаро-греческой комиссии.

Согласно пункту 1 фирмана, управление духовно-религиозными делами всецело предоставлялось Болгарскому Экзархату. Ряд пунктов оговаривал каноническую связь новообразованного округа с Константинопольским Патриархатом: по избрании экзарха Болгарским Синодом Константинопольский Патриарх выдает подтвердительную грамоту (п. 3), его имя должно поминаться за богослужением (п. 4), по делам вероисповедания Константинопольский Патриарх и его Синод оказывают Болгарскому Синоду требуемую помощь (п. 6), из Константинополя болгары получают святое миро (п. 7). В 10-м пункте определялись границы Экзархата: в него входили епархии, где преобладало болгарское население: Рущукская (Русенская), Силистрийская, Преславская (Шуменская), Тырновская, Софийская, Врачанская, Ловчанская, Видинская, Нишская, Пиротская, Кюстендилская, Самоковская, Велесская, а также побережье Чёрного моря от Варны до Кюстендже (кроме Варны и 20 сел, жители которых не были болгарами), Сливенский санджак (округ) без городов Анхиал (современное Поморие) и Месемврия (совровременный Несебыр), Созополская каза (уезд) без приморских сел и Филиппопольская (Пловдивская) епархия без городов Пловдив, Станимака (современный Асеновград), 9 сел и 4 монастырей. В остальных областях со смешанным населением предполагалось провести «референдумы» среди населения; за подчинение юрисдикции Болгарского Экзархата должно было высказаться не менее 2/3 жителей.

Болгарские представители передали фирман во Временный Болгарский Синод, заседавший в одном из районов Константинополя (в его состав вошли 5 архиереев: Иларион Ловчанский, Панарет Пловдивский, Паисий Пловдивский, Анфим Видинский и Иларион Макариопольский). Среди болгарского народа решение османских властей было встречено с энтузиазмом. Повсеместно проходили торжества и составлялись благодарственные послания на имя султана и Высокой Порты.
В то же время Константинопольская Патриархия объявила фирман неканоничным. Патриарх Григорий VI выразил намерение созвать Вселенский Собор для рассмотрения болгарского вопроса. В ответ на послание Константинопольского Патриарха к автокефальным Церквам Святейший Синод РПЦ отклонил предложение о созыве Вселенского Собора и советовал принять фирман об учреждении Болгарского Экзархата, поскольку в него вошли все основные положения проекта Патриарха Григория VI и различия между ними незначительны.

Болгарская сторона приступила к созданию административной структуры Экзархата. Необходимо было составить временный орган управления для подготовки проекта Устава, который должен был согласно п. 3 фирмана определить внутреннее управление Болгарского Экзархата. 13 марта 1870 года в Константинополе состоялось собрание, избравшее Временный смешанный совет (в его состав вошли 5 архиереев, членов Временного Синода, и 10 мирян) под председательством митрополит Илариона Ловчанского. Для принятия Устава Экзархата предстояло организовать Церковно-Народный Собор. По епархиям был разослан «Сборник правил избрания делегатов» («Повод»), согласно которому крупнейшая болгарская епархия — Тырновская — могла делегировать 4 выборных представителей, Доростолская, Видинская, Нишская, Софийская, Кюстендилская, Самоковская и Пловдивская — по 2, остальные — по 1 представителю. Делегатам следовало явиться в Константинополь 1–15 января 1871 года, имея при себе статистические данные о своей епархии.

Первый Церковно-Народный Собор проходил в Константинополе с 23 февраля по 24 июля 1871 года под председательством митрополита Ловчанского Илариона. В Соборе приняли участие 50 человек: 15 членов Временного смешанного совета и 35 представителей епархий; это были деятели движения за независимую Болгарскую Церковь, влиятельные жители Константинополя и епархиальных центров, учителя, священники, представители органов местного самоуправления (1/5 часть делегатов имела светское высшее образование, почти столько же закончили духовные учебные заведения). При обсуждении Устава Экзархата 5 архиереев при поддержке Г. Крыстевича отстаивали канонический порядок церковного управления, предусматривавший особую ответственность епископата за Церковь, тогда как представители либерально-демократического течения придерживались мнения об усилении в церковном управлении позиции мирян. В итоге либералы были вынуждены отступить, и пункт 3 устава определил: «Экзархат в целом управляется духовной властью Священного Синода, а каждая из епархий — митрополитом». Представители либерально-демократического течения добились относительной победы в вопросе о епархиальном управлении: в проекте устава предусматривалось создание в каждой епархии отдельных советов — из духовенства и мирян, но делегаты проголосовали за создание единых епархиальных советов, в которых доминировали миряне. Число светских лиц в составе смешанного совета Экзархата также было увеличено с 4 до 6 человек (пункт 8). Споры вызвала и предложенная в проекте устава двухступенчатая избирательная система. Либералы настаивали на прямом голосовании при выборе мирян в епархиальные советы и при выборе экзарха митрополитами, а архиереи и консерваторы (Г. Крыстевич) утверждали, что такой порядок несет угрозу подрыва канонического строя церковного управления. В итоге двухступенчатая система была сохранена, но возросла роль мирян при выборе епархиальных архиереев. Обсуждение завершилось рассмотрением вопроса о пожизненном или временном избрании экзарха. Либералы (Х. Стоянов и другие) настаивали на ограничении срока его полномочий; митрополиты Иларион Ловчанский, Панарет и Паисий Пловдивские также считали, что сменяемость экзарха, хотя и является нововведением, не противоречит канонам. В результате с небольшим перевесом (28 из 46) голосов был принят принцип ограничения полномочий экзарха сроком в 4 года.

Принятый Устав управления Болгарским Экзархатом (Уставъ за управлението на Българската Ексархия) состоял из 134 пунктов, сгруппированных в 3 раздела (разделенных на главы). Первый раздел определял порядок избрания экзарха, членов Священного Синода и смешанного совета Экзархата, епархиальных митрополитов, членов епархиальных, уездных (казийских) и общинных (нахийских) смешанных советов, а также приходских священников. Второй раздел определял права и обязанности центральных и местных органов Экзархата. В компетенцию Святейшего Синода входило решение вероисповедных и догматических вопросов и осуществление правосудия в этих сферах (пункты 93, 94 и 100). На Смешанный совет возлагалась ответственность за просветительскую деятельность: забота о поддержании школ, развитии болгарского языка и литературы (п. 96 б). Смешанный Совет обязан следить за состоянием имущества Экзархата и контролировать доходы и расходы, а также решать финансовые и другие материальные споры при разводах, обручениях, заверении завещаний, дарениях и тому подобное (п. 98). Третий раздел был посвящен церковным доходам и расходам и контролю над ними; значительная часть доходов выделялась на содержание школ и других общественных заведений. Высшим законодательным органом Болгарского Экзархата объявлялся Церковно-Народный Собор из представителей духовенства и мирян, созываемый раз в 4 года (п. 134). Собор рассматривал отчет по всем направлениям деятельности Экзархата, избирал нового экзарха, мог вносить изменения и дополнения в Устав.

Принятый Собором Устав был передан на одобрение Высокой Порте (впоследствии он так и остался не утвержденным османским правительством). Одним из основных принципов, заложенных в этом документе, стала выборность: на все церковные должности «от первого до последнего» (включая чиновников Экзархата) кандидаты не назначались, а избирались. Новым в практике Православной Церкви явилось ограничение срока полномочий предстоятеля, что было призвано усилить соборное начало в церковном управлении. Каждый архиерей имел право выставить свою кандидатуру на престол экзарха. Значительную роль в церковной жизни были призваны играть миряне — члены смешанных советов. Основные положения Устава 1871 года вошли в действующий с 1953 года Устав БПЦ.

Константинопольский Патриарх Анфим VI, избранный на престол в 1871 году, был готов найти пути примирения с болгарской стороной (за что подвергся жесткой критике со стороны проэллинской «партии»). Однако большинство болгар просило султана признать Болгарский Экзархат полностью независимым от Константинопольского Патриархата. Углубление распри привело к тому, что Высокая Порта ввела в действие фирман 1870 года в одностороннем порядке. 11 февраля 1872 года османское правительство дало разрешение (тескере) на избрание экзарха Болгарии. На следующий день Временный смешанный совет избрал экзархом старейшего по возрасту архиерея — митрополита Ловчанского Илариона. Он через 4 дня подал в отставку, ссылаясь на преклонный возраст. 16 февраля в результате повторных выборов экзархом стал Анфим I, митрополит Видинский. 23 февраля 1872 года он был утвержден в новом звании правительством и 17 марта прибыл в Константинополь. Анфим I приступил к исполнению своих обязанностей. 2 апреля 1872 года и получил султанский берат, определявший его полномочия как верховного представителя православных болгар.

11 мая 1872 года, в праздник святых братьев Кирилла и Мефодия, экзарх Анфим I с 3 сослужившими ему архиереями, несмотря на запрещение Патриарха, провел праздничное богослужение, после чего зачитал акт, подписанный им и 6 другими болгарскими архиереями, в котором провозглашалось восстановление независимой Болгарской Православной Церкви. Были поставлены митрополиты Экзархата, 28 июня 1872 года получившие от османского правительства бераты, подтверждавшие их назначение. Кафедра экзарха оставалась в Константинополе до ноября 1913 года, когда экзарх Иосиф I перенес ее в Софию.

На заседании Синода Константинопольской Патриархии 13–15 мая 1872 года экзарх Анфим I был лишен сана и низложен. Митрополит Панарет Пловдивский и Иларион Ловчанский отлучены от Церкви, а епископ Макариопольский Иларион предан вечной анафеме; церковным наказаниям были подвергнуты все иерархи, клирики и миряне Экзархата. С 29 августа по 17 сентября 1872 года в Константинополе состоялся Собор с участием иерархов Константинопольского Патриархата (в том числе бывших Патриархов Григория VI и Иоакима II), Патриархов Александрийского Софрония, Антиохийского Иерофея и Иерусалимского Кирилла (последний, однако, вскоре покинул заседания и отказался подписаться под соборными определениями), архиепископа Кипрского Софрония, а также 25 епископов и несколько архимандритов (в том числе представителей Элладской Церкви). Действия болгар были осуждены как основанные на начале филетизма (племенных различий). Все «приемлющие филетизм» были провозглашены чуждыми Церкви схизматиками (16 сентября).

Болгарский экзарх Анфим I обратился с посланием к предстоятелям автокефальных православных Церквей, в котором не признавал законным и справедливым наложение схизмы, поскольку Болгарская Церковь сохраняет неизменную преданность Православию. Святейший Правительствующий Синод РПЦ не ответил на это послание, но не присоединился и к приговору Константинопольского Собора, оставив без ответа послание Константинопольского Патриарха Анфима VI о провозглашении схизмы. Против признания отлучения выступил преосвященный Макарий (Булгаков), в то время архиепископ Литовский, считал, что болгары отделились не от Вселенской Православной Церкви, а только от Константинопольского Патриархата, и канонические основания для признания Болгарского Экзархата не отличаются от тех, по которым в XVIII века произошло подчинение Константинополю Охридского и Печского Патриархатов, также узаконенное указом султана. Архиепископ Макарий высказался за сохранение братских отношений РПЦ с Константинопольским Патриархатом, что, однако, не обязывало, как он считал, признавать болгар схизматикам. Стремясь сохранять нейтрально-примирительную позицию к вспыхнувшей распре, Святейший Синод РПЦ предпринял ряд мер, направленных на преодоление изоляции БПЦ, тем самым считая недостаточными причины для признания ее раскольнической. В частности, было разрешено принимать болгар в российские духовные школы, некоторые архиереи предоставляли болгарам святое миро, в ряде случаев происходили сослужения с русским духовенством с болгарскими клириками. Однако, принимая во внимание позицию Константинопольского Патриархата, РПЦ не поддерживала полного канонического общения с БПЦ. Митрополит Московский Макарий во исполнение предписания Святейшего Синода не допустил к богослужению 15 августа 1879 года митрополита Видинского Анфима (бывшего экзарха Болгарии) и епископа Браницкого Климента (будущего митрополита Тырновского), прибывших в Россию для выражения признательности болгарского народа за освобождение от турецкого ига. Митрополит Варненский Симеон, прибывший во главе болгарской государственной делегации по случаю восшествия на престол императора Александра III (май 1883), совершил в С.-Петербурге панихиду по Александру II без участия русского духовенства. В 1895 году митрополит Климент Тырновский был братолюбезно принят Санкт-Петербургским митрополитом Палладием, но и в этот раз не имел евхаристического общения с русским духовенством.

В 1873 года среди паствы Скопской и Охридской епархий были проведены плебисциты, по результатам которых обе епархии без разрешения Константинополя были присоединены к Болгарскому Экзархату. На их территории развернулась активная церковно-просветительская деятельность.

После разгрома Апрельского восстания 1876 года экзарх Анфим I пытался добиться от турецкого правительства смягчения репрессий в отношении болгар; в то же время он обратился к главам европейских держав, к митрополиту Санкт-Петербургскому Исидору с просьбой ходатайствовать перед императором Александром II об освобождении болгар. Османское правительство добилось его смещения (12 апреля 1877); позднее он был взят под стражу в Анкаре. 24 апреля 1877 года «избирательный Собор» в составе 3 митрополитов и 13 мирян избрал нового экзарха — Иосифа I, митрополита Ловчанского.

После русско-турецкой войны 1877–1878 гг., согласно решениям Берлинского конгресса 1878 года, установившего новые политические границы на Балканах, территория Болгарского Экзархата оказалась распределена между 5 государствами: Княжеством Болгария, Восточной Румелией, Турцией (вилайеты Македонии и Восточной Фракии), Сербией (Нишская и Пиротская епархии перешли под духовную юрисдикцию Сербской Церкви) и Румынией (Северная Добруджа (Тулчанский округ)).

Нестабильность положения Болгарского Экзархата, как и политического статуса Болгарии, отразилась на вопросе о местонахождении в этих условиях предстоятеля Болгарской Церкви. Резиденция экзарха была временно перенесена в Пловдив (на территорию Восточной Румелии), где Иосиф I развернул активную дипломатическую деятельность, установив контакты с членами временного русского управления, а также с представителями государств-участников Европейской комиссии, разрабатывавшей Органический устав Восточной Румелии, доказывая необходимость единого духовного руководства для всего болгарского народа. Российские дипломаты, как и некоторые болгарские политические деятели, считали, что местопребыванием экзарха должны быть София или Пловдив, что способствовало бы уврачеванию схизмы, разделявшей православные народы.

9 января 1880 года экзарх Иосиф I переехал из Пловдива в Константинополь, где развернул активную деятельность по созданию органов управления Экзархата, добивался от османских властей права поставить архиереев в те епархии, которыми до русско-турецкой войны управляли болгарские владыки (Охрид, Велес, Скопье). Через так называемые истилямы (опросы консультативного характера) население Дабарской, Струмицкой и Кукушской епархий выразило желание перейти под юрисдикцию Болгарского Экзархата, но турецкое правительство не только не удовлетворяло их чаяний, но и постоянно задерживало отправку архиереев Экзархата в болгарские епархии Македонии и Восточной Фракии. Болгарский Экзархат в Константинополе официально являлся институтом Османского государства, в то время как его финансовое содержание обеспечивало Княжество Болгария. Ежегодно турецкое правительство отсылало министерству иностранных дел и исповеданий княжества, а позже и Священном Синоду в Софии проект бюджета Экзархата, обсуждавшийся позднее в Народном Собрании. Значительные средства, полученные от болгарских налогоплательщиков, расходовались как на нужды управления Экзархата в Константинополе, так и на выплату жалованья учителям и священникам в Македонии и Восточной Фракии.

По мере укрепления независимого Болгарского государства возрастало недоверие османского правительства к Болгарскому экзарху в Константинополе. В начале 1883 года Иосиф I попытался собрать в Константинополе Священный Синод Экзархата, чтобы решить ряд вопросов, связанных с внутренним устройством и управлением, однако турецкое правительство настояло на его роспуске. В Константинополе искали повод для отмены фирмана 1870 года и удаления экзарха, как не имеющего подведомственных территорий в прямых владениях султана. В соответствии с законами Княжества Болгарского — ст. 39 Тырновской Конституции и измененным Уставом Экзархата от 4 февраля 1883 года («Екзархийский уставъ, приспособенъ въ Княжеството») — архиереи княжества имели право участвовать в выборе экзарха и Священного Синода. В связи с этим в Константинополе от экзарха был потребован определенный ответ: признает ли он Церковный устав Княжества Болгария или полагает Экзархат в Константинополе отдельным и независимым. На это экзарх дипломатично заявил, что отношения между Экзархатом в Константинополе и Церковью в Болгарском княжестве являются чисто духовными и что церковный закон свободной Болгарии распространяется только на ее территорию; Церковь же в Османской империи управляется на основании временных правил (поскольку Устав 1871 года все еще не был одобрен турецкими властями). В октябре 1883 года Иосиф I не был приглашен на прием во дворце султана, на котором присутствовали главы всех признанных в Османской империи религиозных общин, что было расценено болгарами как шаг к устранению экзарха и привело к волнениям среди населения Македонии, Вост. Фракии и Восточной Румелии. Однако в этой ситуации Болгарский Экзархат нашел поддержку со стороны России. Османскому правительству пришлось уступить, и 17 декабря 1883 года экзарх Иосиф I был принят султаном Абдул-Хамидом II. Было подтверждено действие фирмана 1870 года, кафедра экзарха была оставлена в Константинополе и было дано обещание, что церковные права болгар будут и впредь соблюдаться в вилайетах империи.

В 1884 года экзарх Иосиф I предпринял попытку отправить болгарских архиереев в македонской епархии, духовную юрисдикцию над которыми оспаривали как Константинопольская Патриархия, так и сербы. Это соперничество Высокая Порта умело использовала в своих интересах. В конце года турецкие власти разрешили назначить владык в Охрид и Скопье, однако бераты, подтверждавшие их назначение, не были изданы, и архиереи не смогли отбыть на места.

После воссоединения Болгарского княжества с Восточной Румелией (1885), сербско-болгарской войны 1885 года, отречения князя Александра I Баттенберга (1886) и восшествия на его место князя Фердинанда I Кобургского (1887) курс османского правительства в отношении Болгарского Экзархата в Константинополе изменился. В 1890 году были изданы бераты, подтверждавшие назначение митрополитов Синесия в Охрид и Феодосия в Скопье, было отменено установленное еще в период русско-турецкой войны 1877–1878 гг. военное положение в европейских вилайетах. Экзархату было разрешено начать издание собственного печатного органа «Новини» (Новости), позже переименованного в «Вести». В середине 1891 года по приказу великого везира Кямил-паши главам Солунского и Битолского вилайетов было предписано не препятствовать болгарам, вышедшим из-под юрисдикции Константинопольской Патриархии, самостоятельно (через представителей духовных общин) улаживать свои церковные дела и следить за функционированием школ; в результате за несколько месяцев более 150 сел и городов заявили местным властям об отказе от духовного подчинения Константинополю и переходе под юрисдикцию Экзархата. Это движение продолжалось и после указа нового (с 1891) великого везира Джевад-паши об ограничении выхода болгарских общин из ведения Патриархии.

Весной 1894 года были изданы бераты для болгарских владык Велесской и Неврокопской епархий. В 1897 году Турция вознаградила Болгарию за нейтралитет в турецко-греческой войне 1897 года дарованием бератов для Битольской, Дабарской и Струмицкой епархий. Охридскую епархию возглавлял епископ Болгарского Экзархата, не имевший султанского берата. Для остальных епархий с болгарским и смешанным населением — Костурской, Леринской (Могленской), Воденской, Солунской (Фессалоникийской), Кукушской (Поленинской), Серской, Мелникской и Драмской — экзарх Иосиф I сумел добиться признания председателей церковных общин наместниками Экзархата с правом урегулирования всех вопросов церковной жизни и народного просвещения.

При массовой поддержке народа и значительной финансовой и политической помощи свободной Болгарии Болгарский Экзархат решал задачи просвещения и укрепления национального самосознания болгар, остававшихся на землях в составе Османской империи. Удалось добиться восстановления школ, закрытых здесь в период русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Значительную роль играли общество «Просвещение», основанное в 1880 году в Солуни, и «Училищное попечительство» — созданный в 1882 году комитет по организации просветительской деятельности, вскоре преобразованный в Отдел школ при Болгарском Экзархате. В Солуни были основаны, имевшие большое значение в духовной жизни края болгарская мужская гимназия во имя славянских просветителей святых Кирилла и Мефодия (1880) и болгарских жен. Благовещенская гимназия (1882). Для болгарского населения Восточной Фракии центром просвещения стала мужская гимназия императорского двора П. Берона в Одрине (турецкий Эдирне) (1891). До конца 1913 года Экзархат открыл в Македонии и Одринском крае 1373 болгарские школы (в том числе 13 гимназий), где преподавали 2266 учителей и обучались 78854 ученика. По инициативе экзарха Иосифа I были открыты духовные училища в Одрине, в Прилепе, которые затем были слиты, переведены в Константинополь и преобразованы в семинарию. Ее святым покровителем был признан преподобный Иоанн Рильский, а первым ректором стал архимандрит Мефодий (Кусев), получивший образование в России. В 1900–1913 годах Константинопольскую Духовную Семинарию святого Иоанна Рильского окончили 200 человек, часть выпускников продолжила образование в основном в российских духовных академиях.

В то время как руководство Экзархата добивалось улучшения положения христианского населения Османского государства мирными средствами, ряд священников и учителей создавали тайные комитеты, ставившие своей целью вооруженную борьбу за освобождение. Размах революционной деятельности заставил весной 1903 года экзарха Иосифа I обратиться к болгарскому князю Фердинанду I с письмом, в котором он отмечал, что бедность и отчаяние породили «революционных апостолов», призывающих народ к восстанию и обещающих ему политическую автономию, и предупреждал, что война Болгарии с Турцией станет катастрофой для всего болгарского народа. Во время Ильинденьского восстания 1903 года экзарх употребил все свое влияние для спасения населения Македонии и Фракии от массовых репрессий.

Неспокойная ситуация в османских вилайетах побуждала многих священнослужителей переселяться в свободную Болгарию, оставляя своих пасомых без духовного руководства. Возмущенный этим, экзарх Иосиф I издал 10 февраля 1912 года. Окружное послание (№ 3764), запрещавшее митрополитам и управляющим епархиями разрешать подчиненным им священникам покидать свои приходы и переселяться на территорию Болгарии. Сам экзарх, несмотря на возможность переехать в Софию, оставался в турецкой столице, чтобы принести как можно больше пользы своей пастве.

Внутреннее устройство Болгарского Экзархата

Согласно ст. 39 Конституции Болгарии, БПЦ и в Княжестве Болгария, и в пределах Османской империи сохранялась единой и неделимой. Кафедра экзарха и после политического освобождения Болгарии оставалась в Константинополе. На практике церковное управление в свободной Болгарии и на территории Османской империи было разделено и развивалось независимо друг от друга, поскольку турецкие власти не разрешали архиереям из княжества напрямую участвовать в управлении Экзархатом. После Младотурецкой революции 1908 года несколько улучшились отношения между Болгарским Экзархатом и Константинопольской Патриархией. В 1908 году впервые экзарх получил возможность сформировать законный Священный Синод.

До 1912 года в диоцез Болгарского Экзархата вошли 7 епархий во главе с митрополитами, а также епархии, управляемые «наместниками экзарха»: 8 в Македонии (Костурская, Леринская (Могленская), Воденская, Солунская, Поленинская (Кукушская), Серская, Мелникская, Драмская) и 1 в Восточной Фракии (Одринская). На этой территории было около 1600 приходских храмов и часовен, 73 монастыря и 1310 священников.

В Княжестве Болгария первоначально существовали следующие епархии: Софийская, Самоковская, Кюстендилская, Врачанская, Видинская, Ловчанская, Тырновская, Доростоло-Червенская и Варненско-Преславская. После объединения Княжества Болгария и Восточной Румелии (1885) к ним прибавились Пловдивская и Сливенская епархии, в 1896 году была учреждена Старозагорская епархия, а после Балканских войн 1912–1913 гг. к Болгарии отошла также Неврокопская епархия. Согласно Уставу 1871 года, несколько епархий должны были быть ликвидированы после кончины их митрополитов. К Софийской епархии были присоединены территории упраздненных Кюстендилской (1884) и Самоковской (1907) епархий. Третьей должна была стать Ловчанская епархия, титульным митрополитом которой являлся экзарх Иосиф I, однако ему удалось добиться разрешения на сохранение епархии и после его кончины.

В некоторых епархиях Княжества Болгария одновременно имелось по 2 митрополита. В Пловдиве, Созополе, Анхиале, Месемврии и Варне наряду с иерархами БПЦ находились греческие митрополиты, подчиненные Константинопольскому Патриархату. Это противоречило 39-й статье Конституции и вызывало раздражение болгарской паствы, приводя к острым конфликтам. Греческие митрополиты оставались в Болгарии до 1906 года, когда местное население, возмущенное событиями в Македонии, захватило их храмы и добилось их высылки.

Конфликтные ситуации возникали также между Священным Синодом и некоторыми правительственными кабинетами. Так, в 1880–1881 годах Д. Цанков, в то время министр иностранных дел и исповеданий, не поставив в известность Синод, попытался ввести «Временные правила» духовного управления христианами, мусульманами и евреями, что было расценено болгарскими архиереями во главе с экзархом Иосифом I как вмешательство светской власти в дела Церкви. Иосиф I был вынужден приехать в Софию, где оставался с 18 мая 1881 до 5 сентября 1882 года.

В результате 4 февраля 1883 года вступил в силу «Устав Экзархата, приспособленный для Княжества», выработанный на основе Устава 1871 года. В 1890 и 1891 гг. в него были внесены дополнения, а 13 января 1895 года был утвержден новый Устав, дополненный в 1897 и 1900 годах. Согласно этим законам, Церковью в княжестве управлял Священный Синод, состоящий из всех митрополитов (на практике постоянно заседали только 4 архиерея, избиравшихся на 4 года). Экзарх Иосиф I управлял Церковью в княжестве через своего наместника («делегата») в Софии, который должен избираться митрополитами княжества с одобрения экзарха. Первым наместником экзарха стал митрополит Доростоло-Червенский Григорий, за которым последовали митрополиты Варненско-Преславский Симеон, Тырновский Климент, Доростоло-Червенский Григорий (повторно), Самоковский Досифей и Доростоло-Червенский Василий. До 1894 года постоянные заседания Священного Синода княжества не проводились, затем он функционировал регулярно, рассматривая все текущие вопросы, касавшиеся управления Церковью в свободной Болгарии.

Во время правления князя Александра I Баттенберга (1879–1886) государственная власть не вступала в конфликты с БПЦ. Иначе обстояло дело в правление князя (1887–1918, с 1908 года — царя) Фердинанда I Кобургского, католика по вероисповеданию. Наместник экзарха митрополит Тырновский Климент, ставший выразителем оппозиционной правительству политической линии, был объявлен сторонниками премьер-министра Стамболова проводником крайнего русофильства и выслан из столицы. В декабре 1887 года митрополит Климент вынужден был удалиться в свою епархию с запретом совершать богослужения без специального разрешения. Еще в августе 1886 года был отстранен от управления своей епархией митрополит Варненско-Преславский Симеон. Острый конфликт разгорелся в 1888–1889 годах по вопросу о поминовении за богослужением имени князя как болгарского государя. Так оказались разорваны отношения между правительством и Священным Синодом, а митрополиты Врачанский Кирилл и Тырновский Климент в 1889 году были привлечены к судебной ответственности; только в июне 1890 года владыки приняли формулу поминовения князя Фердинанда.

В 1892 году очередная инициатива Стамболова привела к новому обострению отношений Церкви и государства. В связи с браком Фердинанда I правительство предприняло попытку, проигнорировав Священный Синод, изменить 38-ю статью Тырновской Конституции таким образам, чтобы и преемник князя мог бы быть неправославным. В ответ газете «Новини» (издававшийся в Константинополе печатный орган Болгарского Экзархата), начала публикацию передовых статей с критикой болгарского правительства. Экзарх Иосиф I подвергся резким нападкам правительственной газеты «Свобода». Правительство Стамболова приостановило субсидирование Болгарского Экзархата и пригрозило отделением Церкви Княжества Болгария от Экзархата. Великий везир встал на сторону болгарского правительства, и экзарх, поставленный в безвыходное положение, прекратил газетную кампанию. Стамболов всячески преследовал архиереев, выступавших против его политики: особенно это касалось митрополита Тырновского Климента, обвиненного в преступлении против нации и отправленного в заточение в Лясковский монастырь. Против него был сфабрикован уголовный процесс, и в июле 1893 года он был приговорен к пожизненному заключению (после апелляции мера наказания была снижена до 2 лет). Владыка Климент был заточен в Гложенском монастыре исключительно за свое «русофильство». Впрочем, вскоре Фердинад I, решивший нормализовать отношения с Россией, приказал освободить Тырновского митрополита и объявил о своем согласии на переход наследника престола князя Бориса (будущего царя Бориса III) в Православие. 2 февраля 1896 года в Софии в кафедральном храме Св. Недели экзарх Иосиф I совершил таинство миропомазания наследника. 14 марта 1896 года болгарский князь Фердинанд I, прибывший в османскую столицу для встречи с султаном Абдул-Хамидом II, посетил и экзарха. 24 марта он встретил Пасху в православном храме Св. Недели, вручил Иосифу I панагию, подаренную императором Александром II первому болгарскому экзарху Анфиму и купленную князем после кончины последнего, и высказал пожелание, чтобы в будущем ее носили все болгарские экзархи.

В целом после освобождения Болгарии влияние и значение Православной Церкви в государстве постепенно снижались. В политической сфере она оттеснялась на задний план, в сфере культуры и просвещения главную роль стали играть светские государственные институты. Болгарское духовенство, большей частью малограмотное, с трудом могло адаптироваться к новым условиям.

1-я (1912–1913) и 2-я (1913) Балканские войны и заключенный в июле 1913 года Бухарестский мир привели к утрате Экзархатом духовной власти в пределах европейской части Турции: Охридская, Битольская, Велесская, Дабарская и Скопская епархии вошли в юрисдикцию Сербской Православной Церкви, а Солунская (Фессалоникийская) была присоединена к Элладской Церкви. Первых пять болгарских архиереев сменили сербы, а управлявший Солунской епархией архимандрит Евлогий был убит в июле 1913 года. БПЦ утратила также приходы в Южной Добрудже, перешедшие под юрисдикцию Румынской Православной Церкви.

В подчинении Болгарского Экзархата осталась лишь Маронийская епархия в Западной Фракии (с центром в Гюмюрджине). Экзарх Иосиф I сохранил паству главным образом в Константинополе, Одрине (Эдирне) и Лозенграде и принял решение перенести свою кафедру в Софию, оставив в Константинополе «наместничество», которым (до его ликвидации в 1945году) управляли болгарские архиереи. После кончины Иосифа I 20 июня 1915 году новый экзарх не был избран, и на протяжении 30 лет БПЦ управлялась местоблюстителями — председателями Священного Синода.

После вступления Болгарии в первую мировую войну на стороне Германии (1915) часть бывшей епархий временно вернулась в состав Болгарского Экзархата (Вардарская Македония). По окончании войны в соответствии с положениями Нёйиского мирного договора (1919) Болгарский Экзархат вновь утратил епархии в Македонии: большую часть Струмицкой епархии, пограничные земли, входившие ранее в Софийскую епархию, а также Маронийскую епархию с кафедрой в Гюмюрджине в Западной Фракии. На территории европейской Турции Экзархат сохранил Одринскую епархию, которую с 1910 года до весны 1932 года возглавлял архимандрит Никодим (Атанасов) (с 4 апреля 1920 года— епархия Тивериопольского). Кроме того, была учреждена временная Лозенградская епархия, во главе которой с 1922 года находился епископ Нишавский Иларион, которого в 1925 году сменил бывший Скопский митрополит Неофит, с 1932 года управлявший также и Одринской епархией. После кончины митрополита Неофита (1938) заботу о всех православных болгарах, проживавших в пределах европейской Турции, приняло на себя наместничество Экзархата.

После первой мировой войны епархии в Македонии вновь отпали от Болгарского Экзархата; за пределами Болгарии в состав БПЦ входила теперь только Одринская епархия в турецкой Восточной Фракии.

В эти годы в БПЦ возникло реформаторское течение, представителями которого были как рядовые священнослужители и миряне, так и часть архиереев. Полагая, что в новых исторических условиях реформы в Церкви необходимы, 6 ноября 1919 года. Священный Синод принял решение приступить к изменению Устава Экзархата и уведомил об этом главу правительства А. Стамболийского, одобрившего инициативу БПЦ. Священным Синодом была назначена комиссия под председательством митрополита Симеона Варненско-Преславского. Однако под влиянием группы богословов во главе с Х. Враговым, П. Черняевым и архимандритом Стефаном (Абаджиевым) 15 сентября 1920 года Стамболийский, не поставив в известность Священный Синод и комиссию, внес в Народное собрание законопроект об изменении устава Экзархата, который был принят и утвержден царским указом. Согласно этому закону, Священный Синод был обязан в 2-месячный срок завершить подготовку устава и созвать Церковно-Народный Собор. В ответ болгарские епископы в декабре 1920 года собрали Архиерейский Собор, выработавший «Проект изменения закона о созыве Церковно-Народного Собора». Возник острый конфликт между Священным Синодом и правительством, которое дало распоряжение военным прокурорам привлечь непокорных архиереев к судебной ответственности; членов Священного Синода даже предполагалось арестовать, а во главе БПЦ сформировать Временное церковное управление. Ценой многих усилий и компромиссов противоречия были несколько сглажены, состоялись выборы делегатов (среди которых были и представители Македонии — беженцы-священники и миряне), и в феврале 1921 года в столичной церкви св. Седмочисленников в присутствии царя Бориса III был открыт 2-й Церковно-Народный Собор.

Согласно принятому Соборному уставу Экзархата, Церковно-Народный Собор рассматривался как высший законодательный орган БПЦ. Устав представлял собой подробное и систематическое изложение болгарского церковного права. Высшим принципом церковного управления объявлялось соборное начало, то есть участие в управлении священников и мирян на всех уровнях при сохранении первенствующего положения архиереев. Устав был утвержден Архиерейским Собором, а 24 января 1923 года одобрен Народным собранием. Однако после свержения правительства Стамболийского (1923) реформа устава ограничилась законодательными распоряжениями, которыми в прежний устав Экзархата был внесен ряд поправок, касавшихся преимущественно состава Синода и выборов экзарха.

После освобождения Болгарии (1878) влияние и значение БПЦ в стране стало постепенно снижаться; в политической сфере, в культуре и просвещении она оттеснялась новыми государственными учреждениями. Кроме того, болгарское духовенство оказалось в значительной степени малограмотным и не смогло адаптироваться к новым условиям. В конце XIX века в Болгарии существовали 2 неполных богословских училища: в Лясковском монастыре — св. апостолов Петра и Павла и в Самокове (в 1903 году было переведено в Софию и преобразовано в Софийскую Духовную Семинарию). В 1913 году была закрыта болгарская Духовная Семинария в Стамбуле; ее преподавательский состав был переведен в Пловдив, где начал работу в 1915 году. Существовал ряд начальных священнических училищ, в которых изучали богослужебный устав. В 1905 году в Болгарии было 1992 священника, из которых всего 2 имели высшее богословское образование, а очень многие — лишь начальное. Богословский факультет при Софийском университете был открыт лишь в 1923 году.

Главной причиной неизбрания нового экзарха после смерти Иосифа I (1915) была неустойчивость правительственного национально-политического курса. Вместе с тем существовали различные мнения о порядке замещения кафедр Экзархата и Софийской митрополии: должно ли их занимать одно лицо или их следует разделить. На протяжении 30 лет, в течение которых БПЦ оставалась лишенной своего Предстоятеля, церковное управление осуществлялось Священным Синодом во главе с избираемым наместником — председателем Священного Синода. С 1915 до начала 1945 года таковыми являлись митрополиты Софийский Парфений (1915–1916), Доростоло-Червенский Василий (1919–1920), Пловдивский Максим (1920–1927), Врачанский Климент (1927–1930), Видинский Неофит (1930–1944) и Софийский Стефан (1944–1945).

После вступления Красной Армии на территорию Болгарии и образования правительства Отечественного фронта 9 сентября 1944 года митрополит Софийский Стефан в послании к русскому народу на радио «София» заявил, что гитлеризм есть враг всего славянства, который должен быть сломлен Россией и ее союзниками — США и Великобританией. 16 октября 1944 года местоблюститель Стефан был переизбран, через 2 дня на заседании Священного Синода было принято решение просить правительство о разрешении проведения выборов экзарха. В Устав Экзархата были внесены изменения, предполагавшие расширение степени участия клира и народа в выборах. 4 января 1945 года Священный Синод издал Окружное послание, в котором выборы экзарха назначались на 21 января, а 14 января предписывалось провести предварительные собрания по епархиям: от каждой требовалось избрать по 7 выборщиков (3 клириков и 4 мирян). Избирательный Собор Экзархата состоялся 21 января 1945 года в столичном храме Св. Софии. В нем приняли участие 90 полномочных избирателей, которым были представлены на голосование 3 кандидата: митрополит Софийский Стефан, Видинский Неофит и Доростоло-Червенский Михаил. Большинством голосов (84) был избран митрополит Стефан, ставший 3-м и последним болгарским экзархом.

Важной задачей, стоявшей перед БПЦ, была ликвидация схизмы. В конце 1944 года Синод установил контакт с Константинопольской Патриархией, представители которой при встрече с болгарским посланцем высказались, что «болгарская схизма в настоящее время является уже анахронизмом». Еще в октябре 1944 года Софийский митрополит Стефан просил Священный Синод РПЦ о содействии в преодолении схизмы. 22 ноября 1944 года Синод обещал поддержку и посредничество при переговорах с Константинопольской Патриархией. В феврале 1945 года в Москве во время торжеств по случаю интронизации нового Патриарха Московского состоялась беседа Святейшего Патриарха Алексия I с Патриархами Александрийским Христофором и Антиохийским Александром III и представителями Патриарха Константинопольского митрополитом Фиатирским Германом и Патриарха Иерусалимского архиепископом Севастийским Афинагором, на которой обсуждался «болгарский церковный вопрос». Результаты этих обсуждений Патриарх Алексий I изложил в своем письме 20 февраля 1945 года экзарху Болгарскому. В день своего избрания экзарх Стефан I отправил Вселенскому Патриарху Вениамину письмо с просьбой «снять произнесенное по известным причинам осуждение Болгарской Православной Церкви и соответственно признать ее автокефальной и причислить к автокефальным православным Церквам». Уполномоченные Болгарского Экзархата встретились с Вселенским Патриархом и провели переговоры с комиссией Константинопольской Патриархии (в составе митрополитов Халкидонского Максима, Сардикийского Германа и Лаодикийского Дорофея), которая должна была определить условия снятия схизмы.

19 февраля 1945 года был подписан «Протокол о ликвидации существующей годами аномалии в теле Святой Православной Церкви…», а 22 февраля Вселенская Патриархия издала томос, гласивший: «Мы благословляем автокефальное устройство и управление Святой Церкви в Болгарии и определяем ее как Святую Православную Автокефальную Болгарскую Церковь, и с этого момента признаем Ее нашей духовной сестрой, которая управляется и вершит свои дела независимо и автокефально, согласно установлениям и суверенным правам».