О Православии в Японии. Мои любимые японцы

О Православии в Японии нам рассказывают бывший российский консул Василий Иванович Саплин и его супруга Татьяна Георгиевна, прожившие на островах 14 лет.

В 1916 году была построена ныне существующая церковь Воскресения Христова в Хакодате. Она расположена на месте первого православного храма в Японии, сгоревшего во время страшного пожара в 1907 году. Церковь считается символом города. Всем, кто приезжает сюда, ее обязательно показывают. Называют ее — «храм, который звонит в колокола» — «Ган-ган дэра»

Приход собора Преображения Господня Японской Православной Церкви в Саппоро, где во время своей последней японской командировки жили супруги Саплины, состоит из трех храмов. Настоятель собора отец Алексий (Мацудайра) окормляет еще два храма в близлежащих городах: два воскресенья в месяц служит в Саппоро, а остальные — в Отару и Томакомай. В приходе около пятисот человек. На воскресное богослужение в Преображенский храм собираются человек сто пятьдесят. В основном это люди преклонного возраста: японская молодежь мало интересуется вопросами веры.

Татьяна Георгиевна: — Приходы Японской Православной Церкви во многом состоят из православных династий. «Со стороны» японцы приходят в Православие гораздо реже. Если японец воспринял от кого-то что-то хорошее, он это хранит всю жизнь и старается передать своему потомству. И если в семье кто-то крестился в православном храме, то, как правило, вся семья становилась православной, последующие поколения хранят веру предков. Те, кто сейчас ходит в Церковь, — потомки тех, кого крестил святитель Николай или его ученики. Вспоминается такой случай. Когда исполнилось 90 лет со дня преставления святителя Николая, мы с мужем поехали на службу в храм Воскресения Христова в город Хакодате, где святитель Николай начинал проповедь Евангелия в Японии. Служба была особо торжественная. Было очень радостно видеть множество православных японцев. Хотелось поделиться с кем-то этой радостью.

Решили купить знакомым московским священникам что-нибудь на память. Зашли в лавочку. А продавщица нам говорит: «Вы знаете, а мою прабабушку крестил святитель Николай!» То есть купленные нами в этой лавочке сувениры мы получили из рук человека, который был потомком тех, кто принял веру от святителя.

При крещении японец получает православное имя, но японское сохраняется в обычном обиходе. Например, Ямагучи Таро. Помимо фамилии Ямагучи и имени Таро у него может быть имя Николай.

У японцев очень популярны библейские имена — например, Ребекка, Сара, а также ставшие редкими у нас в России имена Ириней, Васса, Пантелеимон, Феофан, Пимен. Но по этим именам люди знают друг друга только внутри общины. А вообще здесь принято называть людей по фамилии, и коллеги по работе могут и не знать имен друг друга.

Василий Иванович: — Японцы очень похожи психологически, поэтому хорошо понимают друг друга. Это очень однородная нация, есть лишь немного корейцев, китайцев, айну — коренных жителей северной Японии. Православные японцы с точки зрения остальных жителей страны (основные религии Японии — синтоизм и буддизм) выглядят как-то странно: вроде бы такие же японцы, а придерживаются другой веры. В быту они мало чем отличаются от всех остальных. Только тем, может быть, что у них в доме висит несколько икон, есть Евангелие, православные книги.

— А не зазорно ли быть православным в Японии?

Татьяна Георгиевна: — Японцы своей веры не стыдятся, напротив, держатся очень достойно, открыто получают благословение у священников, но не всегда афишируют, что они православные христиане. А вот у окружающих к ним может быть разное отношение. Чаще всего это непонимание: зачем? Зачем быть в Японии православным? Зачем соблюдать православный круг праздников? Святитель Николай всегда учитывал, что его ученикам придется жить в языческом окружении. В гостях, например, если отказаться от скоромного угощения во время поста, люди могут попросту обидеться. Православные японцы соблюдают пост не очень строго. Но ведь японская еда в нашем понимании и так постная: японцы едят в основном рис, рыбу, овощи. Вообще, как правило, они довольствуются небольшим количеством пищи, очень легкой и незамысловатой.

ПРИХОДСКАЯ ЖИЗНЬ

Чтобы стать прихожанином той или иной православной церкви в Японии, необходимо благословение настоятеля. После крещения новообращенного представляют прихожанам. Он немного рассказывает о себе и просит всех быть к нему благосклонными. Дело в том, что православная община похожа на большую семью, и новообращенного тепло принимают, как новорожденного в обычной семье. Приход живет жизнью устоявшегося, хорошо организованного коллектива. И если человек становится его членом, он постепенно с помощью более опытных христиан воцерковляется, начинает участвовать в приходских делах, дежурить и поддерживать порядок в храме и во дворе, получает приходскую газету и, если желает, платит пожертвования на церковь. Все свои обязанности японские православные выполняют дружно, радостно и споро.

Василий Иванович: — Далеко не все русские, которые ходят в собор Преображения Господня в Саппоро, до конца чувствуют себя настоящими прихожанами — отчасти из-за языкового барьера, отчасти из-за невоцерковленности вообще. Русских в Японии не так много. Например, в храм в Саппоро ходило человек пятнадцать-двадцать наших — в основном сотрудники наших представительств, студенты, стажеры или те, кто вышел замуж или женился в Японии. Приходили и люди из других стран — румыны, болгары, африканцы, американцы. Отношение ко всем было неизменно братским и очень теплым.

В каждом японском приходе существует объединение православных христианок, что-то вроде сестричества. Эти объединения занимаются организацией приходской жизни, подготовкой праздников, благотворительностью. Среди православных в Японии есть люди, нуждающиеся в помощи. Это пожилые, инвалиды, за которыми нужно ухаживать, а также пострадавшие от стихийных бедствий. Каждый год приход в Саппоро выделяет небольшую сумму на благотворительные цели. Из прихожан выбирают человека, который может отдать эти деньги в дом престарелых, детский дом и т.д., на свое усмотрение. Но благотворительностью Православная Церковь в Японии занимается не очень активно. Ведь и сама она очень небогатая. Церковь су ществует на добровольные пожертвования, а среди православных японцев богатых людей практически не встречается. В основном это люди среднего достатка или чуть выше среднего.

— Существуют ли какие-нибудь местные православные традиции?

Василий Иванович: — Например, общие панихиды Японская Православная Церковь приурочивает ко времени традиционных буддийских поминаний предков. Православные японцы обязательно служат общие панихиды по субботам в Великий пост, а также на Радоницу. Помимо этого они устраивают большую поминальную службу в августе, во время праздника О-бон, когда буддисты молятся о душах предков, — чтобы и православные могли помолиться о своих родственниках одновременно со всеми своими соотечественниками, но по-христиански.

— А бывают ли у японцев общие приходские трапезы?

Татьяна Георгиевна: — Обычай совместных трапез, введенный святителем Николаем для братского общения христиан, и сегодня соблюдается после каждой службы. Участие в трапезах необязательно, но прихожане с удовольствием остаются, обсуждают жизнь церкви, общаются. Если нет большого праздника, то каждый приносит с собой что-нибудь поесть, и все угощают друг друга. Бывает, что кто-то готовит общее блюдо или в складчину покупают в магазине готовые завтраки.

В Японской Православной Церкви богослужение ведется на японском языке, но он несколько отличается от обычного. Все переводы Священного Писания и богослужебных книг выполнены архиепископом Николаем Японским и его японскими помощниками. Они считали, что для богослужения и Евангелия язык вульгарный недопустим. Поэтому был выработан особый богословский православный словарь, где соотношение с современным японским языком примерно такое же, как церковнославянского — с русским. На слух православные понятия, во многом не имеющие аналогии с языческими верованиями, воспринимаются с некоторым трудом, поэтому многие следят за церковной службой с текстами в руках. В силу этого прихожане очень хорошо знают службу, часто выучивают ее наизусть и подпевают хором. Кстати, пение в православных храмах очень стройное и молитвенное. Обиход церковного пения на японском языке создан трудами двух русских — регента Якова Тихая и Дмитрия Львовского, ставшего потом диаконом. Из очень ценных традиций Японской Православной Церкви хотелось бы назвать практику раздавать всем прихожанам тексты Евангелия и Апостола дня службы, чтобы легче было воспринимать Священное Писание, да и дома можно было бы спокойно поразмышлять над текстом. Крестные ходы в Японской Церкви бывают только на Пасху и на престольные праздники. Чтобы на Пасху ночью звонить в колокола, священнику необходимо заранее предупредить соседей, иначе они могут выразить недовольство.

ПОНЯТЬ ЯПОНЦЕВ

— Трудно ли общаться с японцами?

Василий Иванович: — Японцам не свойственно раскрывать душу. Они приветливы, общительны, но при этом чувствуется некая грань, которую они не переступят. Зато если они объединяются в сообщество единомышленников, становятся более откровенными. Потому что знают, что здесь их окружают люди, которые так же, как они, мыслят и чувствуют.

Татьяна Георгиевна: — У нас нередко бытуют стереотипные представления: японцы жестокие и неискренние. На самом деле это исключительно доброжелательные люди, очень ценящие искренность. Они обязательно ответят благодарностью на шаг, хотя бы крошечный, сделанный в их сторону. В храме в Саппоро есть 90-летняя прихожанка по имени Иустина. Ходит она твердо, но медленно. Однажды мы встретились по дороге в храм. Я торопилась на исповедь, поздоровалась с ней и побежала дальше.

А потом все себя корила: ну как же я не довела ее до храма! Когда я ее встретила в следующий раз, она сказала: «Спасибо, что вы со мной тогда поздоровались!» И лицо ее осветилось доброй улыбкой. В дальнейшем мы подружились.

Василий Иванович: — Существует большая разница в том, когда японец общается с вами лично и когда в его лице целая нация общается со всем остальным миром. Россия, как непосредственная соседка, имела больше всего реальных контактов и конфликтов с Японией. Поэтому между японцами и русскими накопилось много недоразумений, которые потом переросли в некую предубежденность. Японцы относятся к России настороженно. При этом в личных контактах они часто симпатизируют русским, любят русскую культуру, говорят, что им очень близка русская музыка. Но понять Россию им сложно.
Внешне, по обязанности союзника, японцы хорошо относятся к американцам. Но, скорее всего, внутри это не совсем так. Хотя существует достаточно значительная проамериканская прослойка. Это люди, которые считают Америку образцом. Но в массе своей у японцев иной менталитет, у них нет культа денег. Они достаточно скромны в быту.

— Зачем же тогда они так много работают?

Василий Иванович: — Одним словом этого не объяснишь. Здесь и вековые традиции трудолюбия, и чувство патриотизма. Во Второй мировой войне Япония была разгромлена, и японцы все силы направляли на то, чтобы восстановить страну. Молодое поколение, правда, относится к благосостоянию как к должному. Появилась молодежь, которая не хочет идти на постоянную работу, а предпочитает подзаработать денег и спустить их на развлечения. Правда, годам к тридцати пяти японцы обычно возвращаются к традиционному образу жизни.

В Японии разница между бедными и богатыми не так бросается в глаза, как в других странах. За время экономического рывка в 60-70-е годы японцам удалось создать средний класс, который составляет подавляющую часть японского общества. Японцы любят путешествовать, но все же через некоторое время они спешат вернуться в свою любимую Японию. Путешествовать они предпочитают группой, чтобы чувствовать плечо и локоть соотечественника. Гид им всегда подробно все объясняет. И еще они любят за границей найти что-нибудь, связанное с Японией. Например, обязательно пойдут в японский ресторан и попробуют суси — похожи ли они на японские. И им очень радостно бывает обнаружить, что здесь «похоже, конечно, но у нас-то лучше!»

Василий Иванович: — За границей они могут позволить себе многое из того, что никогда бы не позволили себе в Японии. Для них очень важна проблема соседства. Существует целый ритуал взаимоотношений соседей. Приезжает человек в новый дом. Ему нужно обойти всех соседей, каждому принести подарок, представиться, извиниться, что доставили беспокойство своим переездом, шумели, попросить благорасположения. После этого соседи поочередно наносят визиты. И после этого отношения обязательно нужно поддерживать. Все это для того, чтобы избежать конфликтов. Хотя они тоже случаются. Но вообще, Япония несравнимо спокойнее любой другой страны в мире.

Японцы очень восприимчивы к достижениям других наций. Когда-то они восприняли китайскую культуру: оттуда к ним пришла иероглифическая письменность, буддизм, конфуцианство и многое другое. С тех пор у японцев в обычае все внимательно изучать, перерабатывать для себя и доводить до совершенства. Ведь это нация, смотрящая не в дальние горизонты, а непосредственно перед собой. Это связано с жизнью на островах. Здесь нет больших просторов, некуда перемещаться. Отсюда привычка к тщательному освоению пространства непосредственно вокруг себя. Вот откуда происходит особая культура быта, удивляющие нас чистота, аккуратность и порядок.

Однако сами японцы сетуют, что у них мало нестандартных мыслей и оригинальных изобретений. Это потому, что у японцев не очень развито эвристическое мышление. Они воспитывали коллектив, а не личность. Исторически это связано с тем, что японцы жили сельской рисоводческой общиной, а выращивание риса требует больших поливных площадей, сложных ирригационных сооружений, для создания и функционирования которых нужно, чтобы вся община действовала как один человек.

Василий Иванович: — И сегодня японцы любят все делать сообща. Даже досуг они проводят вместе. Казалось бы, выходной день, почти у всех есть машины — сел, поехал на другой конец острова, полюбовался природой. Но, выйдя из дома в воскресенье, обнаруживаешь: люди выехали явно с утра, отъехали от дома максимум километр и сидят на берегу какой-нибудь речушки в черте города. Разбили палаточку, поставили мангал и так с удовольствием проводят полдня. И тут же еще много таких же. В парке на газоне некуда яблоку упасть в буквальном смысле: на одном пригорочке кто-то просто сидит, кто-то спит, кто-то читает газету. И психологически их это не гнетет! Они не устают от толпы, а отдыхают на природе таким образом. Секрет тут именно в их одинаковости. Они знают, что не встретятся с неожиданной манерой поведения, знают, чего ожидать от своих соотечественников.

Татьяна Георгиевна: — Но если в эту гармонию вторгается иностранец, тут же все рушится. Японцы от этого испытывают страшный дискомфорт, и это видно по их поведению. Они пытаются с этим как-то бороться, ведь иностранцев появляется все больше и больше.

Василий Иванович: — Если долго жить в Японии, начинаешь понимать, как с ними общаться. Особенно если ты хорошо знаешь язык. Тогда они очень радуются: надо же, белый человек, а говорит по-японски! Для них это большое облегчение: не надо бояться, что тебя не так поймут! И я заметил за собой — при появлении какого-нибудь другого иностранца я тоже начинал испытывать дискомфорт.

Татьяна Георгиевна: — Япония — страна красивая, чистая, но везде, по сути, одинаковая. Отдохновение получаешь там, где есть дикие уголки природы. На острове Хоккайдо, например, лисы нередко подходят к человеку, прося еды, как собаки, в лесах спокойно гуляют олени, однако спокойствие теряешь, когда на туристских тропах встречаешь предупреждение об опасности встречи с медведями. Японцы ходят в горы с приемниками или с колокольчиками, чтобы медведь слышал, что идет человек, и ушел в лес. Вместе с тем нам всегда казалось, что японская природа как бы не впускает в себя: там все разделено, даже в горах натыкаешься на частные владения. Открытые для всех тропы ухожены и размечены, а там, где не ухожено — непроходимые чащи.

— И как же вы там жили? Не скучали по России?

Василий Иванович: — Скучали, конечно. Особенно к концу третьего года командировки начинаешь тосковать по России! И это при том, что мы полюбили Японию как вторую родину, все нам в ней знакомо и привычно.