Рейтинг: 8,6|Голосов: 25
Виктор Аксючиц
Достоевский показывает неразрушимость метафизических основ души человека. Даже после величайшего преступления искра Божия сохраняется в человеке, он может воскреснуть. И после самого низкого падения у человека остается обязанность подняться. История Раскольникова напоминает нам, что и смертный грех искупим для покаявшегося и обращающегося ко Христу.
Рейтинг: 6,4|Голосов: 51
Достоевский вскрывает закономерности развития такого духовного заболевания, как идеомания. Болезнь начинается с гипертрофированной рационализации жизни и эгоистического своеволия. Затем, по законам саморазрушения, одержимый слепо подчиняется внешним силам, превращается в бессознательное, лишенное индивидуальной воли существо. Идеологическое заболевание есть сон сознания и совести, своего рода сомнамбулизм: в этом состоянии человек не ведает, что творит.
В начале этого года в Москве прошла фотовыставка архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилиана «Сердце Северной Фиваиды», на которой было представлено более 160 работ владыки, остро чувствующего красоту творения Божия и талантливо передающего свою любовь к святой Вологодской земле.
Рейтинг: 6,5|Голосов: 1063
Священник Павел Гумеров
Борьбу со страстями многие считают делом сугубо монашеским. Это глубокое заблуждение. К ежедневной борьбе, войне со страстями и греховными привычками призван каждый православный христианин без исключения. Об этом говорит нам апостол Павел: «Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5: 24). Без борьбы со страстями и грехом христианин не может исполнить самую главную, ключевую заповедь Нового Завета – заповедь о любви.
Рейтинг: 7|Голосов: 43
Раскольников, главный герой романа Достоевского «Преступление и наказание», оказывается выпавшим из органичного жизненного уклада. У него оборваны связи с тем, что Достоевский называет землею, почвой. Новой же почвы герой обрести не смог: оказавшись за пределами традиционной культуры, душа его не смогла привиться к чуждой искусственной цивилизации Петербурга, которая, по Достоевскому, противостоит органике земли.
