Покорение Сибири v. 2.0

Как вернуть к жизни российскую глубинку

Фото : Алексей Михеев Фото : Алексей Михеев
    

"Мне крестик. Очень нужен. С козерогом есть?" — деловито спрашивает женщина. Другая пришла посоветоваться, как правильно молиться "о ниспослании болезни" снохе, которая не дает видеться с внучкой. Маленькая девочка тычет пальцем во все, что лежит на столе, и спрашивает: "А что это?" Доходит до ремней с молитвой (популярный среди верующих "аксессуар", кожаный пояс с словами молитвы или псалма. — Прим. ред.) и радостно улыбается: "А это я знаю, зачем — драть!"

На пути у миссионерского корабля "Святой Андрей Первозванный"* более полусотни сел. Это его двадцать первое плавание по Оби. На борту несколько врачей, священников и добровольцев. Цель — добраться до самых отдаленных населенных пунктов, где зачастую и дорог-то нет, а если есть, их размывает первый дождь. Для большинства местных жителей "Андрей Первозванный" — единственная возможность сделать кардиограмму и помолиться об умершей матери.

На корабле совсем нет места, все свободное пространство занято медицинским оборудованием и припасами — придется как-то добираться до мест его стоянок "посуху".

Фельдшерско-акушерский пункт села Карасево. Фото : Алексей Михеев Фельдшерско-акушерский пункт села Карасево. Фото : Алексей Михеев
    

"Лекарств тут давно нет"

Деревню Карасево в излучине реки Елбак основали русские переселенцы в XVIII веке. Тут было богатое село — в каждом дворе лошадь, а то и не одна. Сейчас на память от былых времен остался лишь полуразрушенный промтоварный магазин на главной площади. Дорогу к селу каждый дождь превращает в болото.

У фельдшерского пункта стоят в ожидании человек сто. На дверях объявление: по всем вопросам, включая вызов скорой помощи, обращаться в районную больницу. "Ага, нужны мы им, там две машины всего, — говорят в очереди. — Здесь могут давление померить, температуру, а лекарств никаких давно нет, даже за анальгином приходится в райцентр ехать".

"С чем чаще всего приходят? С сердечно-сосудистыми патологиями", — говорит Анна Ивашкевич, терапевт второй новосибирской больницы. Она на корабле второй год. За вчерашний день приняла 30 человек. Сегодня уже 20, но до вечера еще далеко.

Врачи миссии ведут прием больных в селе Карасево. Фото : Алексей Михеев Врачи миссии ведут прием больных в селе Карасево. Фото : Алексей Михеев
    

"Сегодня одного отправила к нам в больницу. Но здесь лучше, чем вверх по Оби, — там в прошлом году запущенных было гораздо больше. Мы справимся, еще и не с таким справлялись. Вот только чаю нам так и не принесли, а холодно", — улыбается она.

"Интересно же!"

Меня чаем все-таки угощают — Татьяна, школьная учительница. Однажды из интереса поплыла на "Андрее Первозванном" и с тех пор, говорит, "не может остановиться". В комнате холодно — сибирское лето: с утра +6, к обеду +16. За дверью, в зале местного дома культуры, священники готовятся крестить всех, кто придет. Желающих много, почти все — с детьми. Они стоят вокруг купели, за их спинами — огромный плакат "Внимание! Терроризм".

В карасевском ДК перед крестинами. Фото : Алексей Михеев В карасевском ДК перед крестинами. Фото : Алексей Михеев
    

"Ну, корабль это как семья — раз попадешь и уже не выйдешь! Я на нем уже состарился", — шутит отец Олег Половников, клирик кафедрального собора Искитимской епархии.

Перед отъездом захожу в магазин. За мной в очереди мальчик пристает к маме: "Ну, пойдем на крещение посмотрим! Интересно же!"

"Они оживляют, приносят свет. Но перевернуть все не в состоянии. Один раз в год — слишком мало", — говорит мне на прощание редактор местной газеты.

Перестали пить?

В Кривояш, который в XIX веке был большой деревней со своей школой, мы не проехали: переднеприводная Кia одолела всего 300 метров из 15 километров размытой дождями дороги. "Вот дадут мне джип, тогда пожалуйста, а так мы тут жить останемся, и все", — резюмировал мой водитель. В Сибири с водителями не спорят. С трудом выбравшись на федеральную трассу "Байкал", мы уезжаем. Священников и врачей я нагоняю в Балте.

Дорога к селу Балта. Фото : Алексей Михеев Дорога к селу Балта. Фото : Алексей Михеев
    

Здесь находится знаменитый Умревинский острог, первый на территории области, возведенный в начале XVIII века после побед над кочевниками.

Мы сидим в темном Доме культуры с отцом Константином Работой. Огромный статный человек с добрыми глазами, врач по образованию, он руководит миссионерским отделом епархии и всей митрополии.

"Мы почти сразу поняли, что не должны ограничиваться только духовной миссией, — такое было бедственное положение на селе. Я помню, как заходил в ФАП (фельдшерско-акушерский пункт. — Прим. ред.), а там лежали шприц и одна ампула — ни лекарств, ничего. Мы крестили детей, а люди падали в обморок от недоедания. Массовое пьянство, рождаемость на нуле… В этом Мошковском районе, где мы сейчас, в 1997 году на одного родившегося было 18 умерших. Сейчас хоть появились села, где новорожденных больше, чем умирающих. Уезжают, да. Молодежь уезжает — негде работать. Но все же эта убыль уже не из-за смертей, — рассказывает священник.

Жители села Еарасево в импровизированной церкви в местном ДК. Фото : Алексей Михеев Жители села Еарасево в импровизированной церкви в местном ДК. Фото : Алексей Михеев
    

"Пить перестали?" — удивляюсь я.

"Раньше было массовое пьянство. Сейчас, слава Богу, такого уже нет. Кто рыбу ловит, кто ягоды собирает, грибы продает, кто хозяйство держит, кто ездит на вахту на Север — приспособились чуть-чуть", — отвечает Константин Работа.

"Некуда уезжать"

Врачи миссии принимают людей в здании школы, открытой еще до революции. В 2001 году она была признана лучшей в районе. В очереди к лору — женщина с дочкой. Они очень плохо выглядят. И очень странно пахнут. "Всю жизнь пьет мочу — диабет лечит", — доверительно сообщают мне в очереди. Уринотерапия, судя по всему, не помогает — у женщины запредельное количество сахара в крови. Ее дочь я потом встречаю на пороге Дома культуры, на время ставшего храмом. Она долго стоит в нерешительности, потом все же заходит и ставит свечку.

Анна Леонидовна, жительница села Балта. Фото : Алексей Михеев Анна Леонидовна, жительница села Балта. Фото : Алексей Михеев
    

Анне Леонидовне 80, у нее страшно болят ноги — полиартрит, который никто никогда не лечил. "Вот, направления дали и рецепты даже, а дальше что? Куда я отсюда дойду?" — растерянно обращается она ко мне. Я предлагаю отвезти ее в Новосибирск. "Не надо, — говорит. — Мы к такому не привыкли".

"Пьяный русский дошел до Аляски"

Село Байкал стоит на высоких холмах, покрытых березовыми колками, — так в Сибири называют небольшие рощи. Рядом глубокое озерцо с прозрачной водой. Первый здешний поселенец назвал его в честь "большого" Байкала. По нему получила имя и деревня — ее в 1928 году построили выходцы из Белоруссии и с Украины, почти все — раскулаченные спецпереселенцы. Вначале было всего 14 дворов. Сейчас, по данным переписи 2010 года, здесь живет около 500 человек.

Священник Константин Работа. Фото : Алексей Михеев Священник Константин Работа. Фото : Алексей Михеев
    

Отец Константин Работа:

"Села умирают. Там, где есть работа, еще жизнь осталась. Где были крепкие хозяйства. В Кирзе (село в Ордынском районе с крупным животноводческим хозяйством и хлебозаводом. — Прим. ред.) директор уперся: "Вы меня хоть убейте, не дам растащить все на паи" — так она до сих пор стоит. И так по всей стране.

Сейчас у нас столетие революции — подумайте, что первое сделали большевики? Лишили народ веры, семьи, общины, средств производства и навыков к работе. Раньше каждый крестьянин был и агроном, и зоотехник, он все мог делать, мог прокормить не только себя, свою семью, но и много кого вокруг себя…

Люди говорят: "Я бы взял кредит, но он же под бешеные деньги". Они бы работали, они бы здесь оставались. Они уже заново научились самостоятельно работать! Но государство должно хоть немного помочь, чтобы хоть в долг можно было взять не под 26%, а, скажем, под 10%. Нет, говорят, зачем? Все равно, мол, пьют. Ну, конечно, это же пьяный русский мужик дошел до Аляски, основал Форт-Росс в Калифорнии. Что за глупость! Это трудяги, это рисковые люди, которые освоили огромные пространства в жутких условиях".

Надпись на здании школы села Кандаурово. Фото : Алексей Михеев Надпись на здании школы села Кандаурово. Фото : Алексей Михеев
    

Сегодня, по словам местных жителей, мясо дешевле купить в магазине — корова стоит около 50 тысяч рублей.

Из забытья

"Наши люди чувствуют себя обделенными и забытыми. Это первое, с чем мы должны бороться", — признается председатель совета депутатов Мошковского района Александр Нарушевич.

Проблем с медициной в районе действительно много, подтверждает глава района Сергей Евстифеев. "Как и везде, у нас есть проблема с льготными медикаментами: выделяется их недостаточно. Почему? Потому, что с финансированием тоже проблемы", — рассказывает он.
Как и везде, остро не хватает узких специалистов, к ним приходится ехать за десятки, а то и сотни километров. Как и везде, остро не хватает денег, хотя в этом году их все же нашли на ремонт аварийного здания больницы в поселке Сокур. А еще в одном селе наконец достроят фельдшерский пункт.

Жители села Барлак. Фото : Алексей Михеев Жители села Барлак. Фото : Алексей Михеев
    

"Мы стараемся. Есть плюсы, есть то, над чем нужно работать. Они (миссия епархии. — Прим. ред.) нам очень помогают, выявляются серьезные болезни, иногда даже вовремя удается диагностировать рак", — говорит чиновник.

"В селах появляются храмы"

Отец Олег смеется, говорит, что мне слишком много всего рассказывают.

Священник Олег Половников. Фото : Алексей Михеев Священник Олег Половников. Фото : Алексей Михеев
    

Отец Олег Половников:

"Вот мужик пришел, покрыл нас трехэтажным матом, но его сами же местные быстро увели. А в другой деревне, в Тропино, мужики поехали на покос, так одному косилкой ногу разрубило — хорошо, довезли до деревни, где врачи миссии работали. Там, кстати, "для контроля", и руководство Колыванского района оказалось. Мужику первую помощь оказали, попросили срочно скорую вызвать, в больницу его отвезти. "Да ладно, потерпит", — говорят люди из администрации. Так наши врачи работать прекратили — бастовали, пока скорую не вызвали.

Здесь задают очень много вопросов. Во многих местах просят помочь создать общины. Есть люди, которые специально ездят за много километров по разбитым дорогам в райцентр, чтобы исповедаться и причаститься. Такого не было, когда мы начинали.

Вчера выходим из помещения, где крестили и причащали, — на ступенях сидит женщина и плачет. В руках книга Осипова (труд профессора МДА "Бог" миссия раздает бесплатно. — Прим. ред.). Она плакала о том, что ее отец умер неверующим. И я подумал: Господи, слава Тебе, что человек еще может читать духовную литературу и испытывать преображение. Такого много, на самом деле.

Люди приходят, тянутся, как могут. В селах появляются храмы".

Порубленная икона Богородицы, принесенная в храм Алексия человека Божия в поселке Мошково. Фото : Алексей Михеев Порубленная икона Богородицы, принесенная в храм Алексия человека Божия в поселке Мошково. Фото : Алексей Михеев
    

Обыкновенное чудо

В селе Барлаке в конце XIX века на красивом берегу реки построили деревянную Духовскую церковь. К ней было приписано почти три тысячи прихожан. После революции ее раскатали на бревна. Хватило на два дома и школу, которую построили прямо на сельском кладбище. Оба дома, по странному совпадению, позже сгорели, а школа стоит. Импровизированный иконостас священники миссии ставят у ее стен: погода хорошая, и людей крестят прямо на улице.

"Жил тут кочегар неподалеку, как-то раз долбил уголь и наткнулся на доску. Черную, небольшую. Он даже не подумал, что это икона, отнес домой, решил сделать подставку под сковородку: она гладкая — очень удобно. Начали доску мыть, смотрят — лик Божией Матери проступил", — рассказывает отец Дмитрий Полинкевич.

Сейчас этот образ почитается чудотворным и находится в храме святителя Николая в Ташаре, где стоит наш корабль.

Вечерний отдых православных миссионеров. Фото : Алексей Михеев Вечерний отдых православных миссионеров. Фото : Алексей Михеев
    

Вечером мы едим арбуз, а за стеной отец Игорь с девушками поют "Тихую ночь". Послезавтра Колывань — ссыльный край, где отбывала наказание сестра Марины Цветаевой Анастасия и начинается самое огромное в мире болото — Васюганские топи.

"Как в первые века христианства"

Колывань — это начало настоящей тайги. Мы с отцом Константином беседуем на крыльце школы, отмахиваясь от мошки. Прохожие улыбаются, подходят за благословением, спрашивают, как у батюшки успехи.

"Видишь, люди благословение берут. А в 1996 году я зашел в больницу, ко мне женщина повернулась и как вскрикнет: "Ой, поп!" Потом извинялась: простите, дескать, батюшка, первый раз попа вижу. Шок для них был", — смеется священник.

Огласительная беседа перед таинством Крещения. Фото : Алексей Михеев Огласительная беседа перед таинством Крещения. Фото : Алексей Михеев
    

Два дня назад мы были в Пихтовке — селе, основанном бежавшими от гонений старообрядцами. В ХХ веке ничего не изменилось, только беглых сменили ссыльные. В Пихтовке много верующих, здесь настоящая сельская община. Но храма нет, как нет и священника.

"Люди приходят креститься. Для многих, будем честными, крещение — это такой пунктик: я должен это сделать, так я стану ближе к Богу. А дальше с ними же надо работать. Мы приезжаем — а потом?— возмущается отец Константин. — Нужен местный священник. А его нет. Или есть один на 30 тысяч человек".

Но не все так плохо. В одном из сел общину основала семейная пара, переехавшая из Крыма. В огромном районе сейчас это единственный приход, где все прихожане знают церковную службу. Вообще, переселенцев из городов здесь хватает, и практически все они верующие. "Как в первые века христианства — вера снова течет из города в пустыню, разве что здесь вместо пустыни тайга", — шутит отец Константин.

Крестины в кандауровской школе. Фото : Алексей Михеев Крестины в кандауровской школе. Фото : Алексей Михеев
    

Народ и сектанты

А еще из местных сел исчезли сектанты.

В Малую Черемшанку — село в десяти километрах от нас — недавно приехали одни, поставили сцену, начали петь. Народ посмотрел, послушал и решил сдать их в полицию, мол, "какие-то они неправославные, заберите от греха". А в другом районе главный местный "сектант", пообщавшись с миссионерами, сам стал священником, построил храм и всех своих единомышленников в него чуть не за шиворот привел. "Непридуманная история о чуде", — говорит отец Константин.

"А что дальше?" — спрашиваю я у женщины в коридоре школы. Она только что крестила и одевает маленького сына.

"Как что? Все хорошо, он теперь с Богом", — удивленно отвечает она.

После крещения. Фото: Алексей Михеев После крещения. Фото: Алексей Михеев
    

"В молодости я думал, что вот сейчас рухнет коммунизм и все как пойдут в храм! Но дальше крещения у многих не пошло. Можно долго говорить о причинах, но не надо забывать, что они ощущают себя христианами. Они молятся, как могут, приходят в храм, когда могут. Вот мы вроде церковные люди, а тоже глубине церковной жизни не научены, молиться не умеем, ленивы. Однако ощущаем себя причастными. Вот так и они. Они свой путь прошли, нужен какой-то толчок, чтобы идти дальше", — говорит мне, прощаясь, отец Константин.

"Оса упала в мед, я ее отмыла, унесла на берег, на цветок посадила. Теперь ей надо выжить!" — пишет мне в WhatsApp учительница Татьяна. Лучше любых официальных отчетов — суть того, что третий десяток лет делает Церковь в сибирской глуши.

Село Барлак Мошковского района Новосибирской области. Фото : Алексей Михеев Село Барлак Мошковского района Новосибирской области. Фото : Алексей Михеев
    

Алексей Михеев

Источник: РИА Новости

6 сентября 2017 г.

*Совместная акция Новосибирской митрополии и администрации области, стартовала в 1996 году.
Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Комментарии
Елена 7 сентября 2017, 15:20
Я не просто в шоке, я в ужасе! Представить невозможно! Зачем нам олимпиады, спартакиады, футбольные какие-то турниры с чужими игроками, если мы уже погибли! Господи, вразуми наши власти! Спаси нас!
6 сентября 2017, 18:26
Прочла рассказ Алексея Михеева и пребываю в Шоке!А где же наши власти?! Мы прощаем огромные долги чужим странам, мы даём огромные займы чужим странам, мы даже строим православные храмы в чужих странах!!! Но почему же мы так по - скотски относимся к своим людям, бросаем их на произвол судьбы: "выживут - хорошо, не выживут - туда им и дорога!Это ведь наши люди! И они нуждаются в помощи! Это ведь наша земля, на которой живут эти несчастные люди!Как же так наша с вами власть может поступать? Где эти депутаты, которые собирают там голоса, чтобы пролезть В ГД или в парламент и потом "представляют" там "интересы" этих несчастных людей?!Где они??? Опомнитесь, господа вершители судеб нашего народа!..
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×