Божия пристань

Памяти монаха Лазаря (Афанасьева)

    

5 марта 2020 года исполняется пятая годовщина со дня упокоения духовного писателя, оптинского постриженника монаха Лазаря (Афанасьева).

Завершив паломничество в Оптину пустынь в ноябре 2019 года и пропев «Вечную память», стоим в молчании на монастырском кладбище перед могилой монаха Лазаря (в миру – Виктора Васильевича Афанасьева), выдающегося исследователя русской поэзии, литературоведа, поэта, историка Церкви. Он скончался в Москве 5 марта 2015 года в больнице святителя Алексия на 83-м году жизни. Вспоминаю проникновенные, как слова молитвы, строки монаха Лазаря об Оптиной пустыни:

Помним и славим,

Знаем и любим

Сильным и слабым

Милую людям

Ныне и присно,

Тайно и устно

Божию пристань –

Оптину пустынь.

По Промыслу Божиему оптинский постриженник, монах Лазарь, написавший их жития, упокоился здесь рядом с могилами убиенных оптинских насельников: иеромонаха Василия, инока Ферапонта и инока Трофима. По словам публициста Марины Бирюковой, «монах Лазарь (Афанасьев) похоронен на кладбище Оптиной пустыни среди тех ее покойников, о каждом из которых их брат Лазарь подробно и с великой любовью рассказал в своем оптинском патерике "Вертоград старчества". Оптинская летопись приросла его страничкой, его судьбой, его монашеством, его песнью к Богу».

Поэзия монаха Лазаря, по словам профессора Московской духовной академии М. М. Дунаева (1945–2008), «подлинная и православная по духу» (6-й том его фундаментального труда «Православие и русская литература», где творчеству монаха Лазаря посвящен специальный раздел!).

…Мне, увы, не довелось знать его лично. Но для меня, как и для многих, книги монаха Лазаря были и остаются настольными. Из-под его пера вышло более 50 популярных книг. Читателю хорошо известны его биографические сочинения о русских поэтах XIX века. Он автор и духовных книг: жизнеописаний великих подвижников, как древних, так и прославленных в наше время: преподобных отцов Антония Великого, Нила Сорского, Серафима Саровского, Оптинских старцев.

    

* * *

Глубокое уважение вызывает такая грань в его судьбе: не имевший систематического образования (не только филологического, но и вообще высшего образования Виктору Афанасьеву получить не удалось!), он был глубочайшим знатоком русской литературы.

Семья после Великой Отечественной голодала, и Виктор должен был работать. Учился в ремесленном училище при типографии «Правды» на переплетчика, служил в армии, работал в московских театрах рабочим сцены.

Стихи Виктор Афанасьев начал печатать с 1946 года. Его учителями на литературном поприще стали поэты Павел Антокольский, Юрий Верховский, Семен Гудзенко, переводчик Сергей Шервинский. Многие его стихи положены на музыку. А за полгода до своей кончины монах Лазарь написал стихотворение «Минута воспоминаний» (25 августа 2014):

Этот холод, туман, этот дождь проливной

Пахнет детством моим и великой войной.

Мне всего лишь двенадцать тогда было лет,

А уж был я душой настоящий поэт.

Как я впитывал радостно пушкинский дух,

На стихи как настроен был тонко мой слух.

Пушкин, Лермонтов, Вяземский, Глинка, Козлов –

Это море родных поэтических слов.

Не хватало еды, но питалась душа,

А война громыхала, ничуть не страша.

Русской лиры прекрасный и солнечный звук

Красотою бессмертной покрыл всё вокруг.

Так в России, уж видно, бывает всегда:

Вместе радость и боль, красота и беда.

«Судьбы поэтов никогда не были легкими, особенно в России. Виктор Афанасьев начал подбирать рифмы еще в детстве, – рассказывает о своем близком друге профессор МГУ имени М. В. Ломоносова Владимир Алексеевич Воропаев. – Ему было девять лет, когда началась Великая Отечественная война, которая и ему принесла тяжелые испытания, продолжившиеся и в послевоенные годы. Учиться не пришлось – надо было работать. Свой трудовой стаж писатель исчисляет с 1943 года, когда он стал работать помощником продавца в букинистическом магазине; потом учился переплетному делу и в дальнейшем освоил немало разных профессий и побывал во многих отдаленных уголках России. Однако при этом он постоянно занимался самообразованием, много писал».

В 1971 году Виктор Афанасьев принят в Союз писателей СССР.

«Он не был связан идеологическими установками, – подчеркивает писатель Дмитрий Шеваров. – Пока другие воспевали стройки и грезили полетами на Марс, Афанасьев взялся переводить на современный русский язык "Задонщину". Павел Антокольский написал в предисловии: "Молодой поэт Виктор Афанасьев, издавна увлеченный родной историей и написавший ряд интереснейших стихотворений на основе этого своего увлечения, точно и поэтично перевел "Задонщину". Он передал ее тоническими размерами, большей частью рифмованными... Перевод Виктора Афанасьева впервые вводит замечательный поэтический памятник русского четырнадцатого века в нашу поэзию, в школьную хрестоматию, в обиход советских читателей..."».

Вспоминает Владимир Воропаев: «…и вот в начале 1970-х годов уже зрелый поэт, издавший несколько поэтических сборников, почувствовал, что не может больше написать ни одной строчки. Источник оказался исчерпанным. Всегда любивший русскую поэзию и хорошо знавший ее, Виктор Афанасьев серьезно занялся изучением жизни и творчества поэтов первой половины ХIХ века, засел в архивы и библиотеки. Начали появляться книги – документальные повествования».

В 1970-е – 1980-е годы издательство «Детская литература» выпускает серию книг Виктора Афанасьева о жизни и творчестве русских поэтов первой половины XIX века: И. И. Козлова (1977), К. Н. Батюшкова (1987), Н. М. Языкова (1990). Наибольшую известность получили биографии К. Ф. Рылеева (1982), В. А. Жуковского (1986) и М. Ю. Лермонтова (1991), вышедшие в серии «Жизнь замечательных людей». Некоторые его коллеги, наверное, были бы удовлетворены уже этой творческой работой. Но не требовательный к себе Виктор Афанасьев.

«Биографии поэтов вдруг отошли в сторону, когда Господь вразумил Виктора Афанасьева взяться за жизнеописание преподобного Серафима, Саровского чудотворца. Это была первая полная биография великого святого ("Дивный старец", 1993), вызвавшая поток читательских откликов, – подчеркивает Владимир Воропаев. – С этого времени и началась близкая душе православного писателя работа. Затем вышла "Жизнь святого Антония Великого", напечатанная Издательским отделом Московской Патриархии (1994). Оптиной пустынью были изданы "Житие священномученика архимандрита Исаакия" (1994) и "Житие Оптинского старца Варсонофия" (1995)».

А что же стихи?!

«До осени 1995 года Виктор Афанасьев не писал стихов, хотя и делал попытки, – вспоминает Владимир Воропаев. – Но вдруг (именно так) появился целый цикл духовных стихотворений. Поэт был несколько смущен: надо ли продолжать? Есть ли на то воля Божия? И решил испросить благословения у близкого ему духовно оптинского иеромонаха и тогдашнего скитоначальника отца Михаила (Тимофеева). Послал стихи с твердой решимостью в случае неодобрения не писать их более. Но одобрение было получено. Через год вышел первый сборник духовных стихотворений Виктора Афанасьева "Лествица" (1996). Появились публикации стихов в журналах и альманахах. Затем вышел сборник духовных стихотворений и поэм "Зреет жатва" (1999)».

    

* * *

В 1999 году Виктор Афанасьев принял монашеский постриг. Он был наречен Лазарем в честь преподобного Лазаря-иконописца.

«Постригал его схиархимандрит Илий (Ноздрин) на московском подворье Оптиной пустыни в Ясеневе, – вспоминает Владимир Воропаев. – С этого времени оптинская тема стала едва ли не главной в творчестве монаха Лазаря. Им написаны жития Оптинских старцев (помимо Исаакия и Варсонофия) – преподобных Моисея, Антония, Нектария, – книги "Житница жизни" (2005), "Оптинские были" (2011), "Древо чудоточное" (2011)».

Вспоминает Дмитрий Шеваров: «…так родился монах Лазарь. Но это событие не зачеркивало жизнь Виктора Васильевича, которому было тогда уже 67 лет, а венчало его долгий путь поэта, переводчика, литературоведа. Познакомился я с батюшкой благодаря Тамаре Михайловне Казаковой, лингвисту, публикатору святоотеческих текстов, вдове писателя Юрия Казакова. Она сказала, что есть такой исследователь, монах Лазарь, который всю жизнь посвятил золотому веку русской поэзии. Я сразу же позвонил ему, и он живо откликнулся. В нем было огромное стремление помочь, подсказать, одарить. Каждого, кто вслед за ним устремлялся в девятнадцатый век, он принимал как собрата».

Монах Лазарь продолжает жить в Москве, а с 2006 года – в Сергиевом Посаде.

«Став монахом уже на пороге старости, отец Лазарь по множеству своих недугов не мог нести обычные монашеские послушания, – рассказывает Дмитрий Шеваров, – и поэтому в самой Оптиной пустыни он не жил. Он сердцем пребывал там, а жил в Москве или Сергиевом Посаде. Из Оптиной, как он сам вспоминал, мешками привозили ему старинные документы из библиотеки, из сохранившегося архива, документы, которые никогда не публиковались. И он приступил, пожалуй, к своему главному труду – написанию истории Оптиной пустыни. Эту историю он решил написать в портретах Оптинских старцев. И оказалось, что многие его прежние герои – писатели и поэты – связаны были с Оптиной: русскую литературу XIX века трудно представить без влияния этого духовного центра. Получилась книга не только об истории обители, но и об истории духовного влияния Оптиной на всю русскую жизнь, не только на литературу. И вот, уже после смерти отца Лазаря, эта его главная работа увидела свет в издательстве Московского подворья Троице-Сергиевой лавры. Книга называется "Вертоград старчества. Оптинский патерик на фоне истории обители"».

Кроме этого, монах Лазарь пишет православные детские сказки. Самая известная и мудрая из его книг для детей – «Удивительные истории маленького Ёжика» (она выдержала огромное число переизданий!).

Вспоминает Дмитрий Шеваров: «Последние годы отец Лазарь был прикован к постели тяжелой болезнью... Жили Афанасьевы в Сергиевом Посаде в маленьком деревянном домике на Козьей горке. Это недалеко от железной дороги, и во время наших бесед по телефону я даже слышал отдаленный стук пролетающих электричек. Он мне сказал удивительные слова, когда я спросил, что это там: "А это электричка пролетела – я отличаю электричку от грузового состава. – И после паузы: – А по ночам, когда у меня болит спина (а он мучился страшными болями, в больнице лежал в неврологическом отделении) и не могу уснуть, я всегда молюсь за пассажирские поезда, за пассажиров электричек"».

По словам Дмитрия Шеварова, «монах Лазарь… имел редкий (особенно в наши дни!) дар уводить читателя от тьмы и приближать к свету. Его исследования о русских поэтах, стихи, рассказы из истории Оптиной пустыни, сказки для детей – все они исполнены того легкого и тихого света, которым может поделиться лишь по-настоящему счастливый человек».

    

* * *

Духовным дневником в стихах стал посмертный сборник монаха Лазаря «Добрая весть» (2015). О его удивительном духовном пути и удивительной литературной судьбе рассказал в предисловии Владимир Воропаев. Среди стихотворений сборника обращает на себя внимание одно из последних, написанных монахом Лазарем 30 июля 2013 года:

Заходит солнце, и по полкам книг

Скользят его лучи, как бы привет прощальный.

Мне по душе спокойный этот миг

И даже то, что он чуть-чуть печальный.

Хранитель Ангел мой невидимо со мной:

Я за молитву – он со мною рядом,

И два раба, небесный и земной,

Устремлены душевным к Богу взглядом.

Безгрешен Ангел. Я... что говорить?

А если бы не он, то было б много хуже...

Оставь он Бога за меня молить –

Быть мне в геенских пламени и стуже.

Закат... Лучи уже не золото, а медь,

Темнеет небо... Ночь уж на пороге...

Из нас кто не боится умереть?

Но вера места не дает тревоге.

Друзья, родные – многие уж там!

А мiр всё холоднее и жесточе...

Вот солнце и зашло... Что принесешь ты нам,

День, возсиявший после этой ночи?

Рецензию на сборник написал писатель Николай Кокухин:

«…с монахом Лазарем, – отмечает он, – меня связывала теплая задушевная дружба. Я часто бывал у него в гостях, мы подолгу разговаривали на духовные темы, о русских писателях, помогали друг другу готовить к изданию свои книги, размышляли о судьбах России, вместе молились о ее спасении. Мы понимали друг друга с полуслова, с полунамека, с полудогадки – мы были единомышленниками; наши сердца бились в унисон, в евангельский унисон. У него было несколько тяжелых недугов, но он переносил их стоически, по-мужски, не показывая своих страданий другим людям. Я ни разу не видел на его лице гримас страдания, не слышал от него жалоб и тяжких вздохов.

    

Среди русского народа существует благочестивое верование, что во дни Светлой седмицы двери Рая открыты и души праведников беспрепятственно входят в Царствие Небесное. Сороковой день после кончины монаха Лазаря выпал на первый день Пасхальной седмицы. Вполне возможно, что его душа вошла в Рай без каких-либо осложнений.

Музы бывают разные. Н. Некрасов, например, назвал свою Музу "Музой мести и печали". Муза монаха Лазаря – это Муза любви и сострадания. Его Лира звучала на земле свободно и красиво, легко и благозвучно. Там, на небесах, будем надеяться, его талант раскрылся в полную силу и Лира зазвучала еще выразительнее и ярче».

* * *

Вспоминает Владимир Воропаев: «…в свое время святитель Филарет, митрополит Московский, узнав, что Иван Киреевский похоронен в Оптиной пустыни рядом со старцем Леонидом, изумился, какой великой чести он удостоился. С того времени монах Лазарь, нашедший свой последний приют среди дорогих ему могил, первый большой русский писатель, погребенный на братском кладбище великой обители».

Об этом пророчески размышлял в статье «Лучшие годы моей жизни протекли под кровом преподобного Сергия» и сам монах Лазарь: «…если мирские критики и исследователи литературы полагают, что писатели, создающие книги для христианского просвещения народа, не нужны, то вот факты, над которыми полезно задуматься: могила Пушкина находится в ограде Святогорского монастыря, могила Гоголя – в Даниловом монастыре и Киреевского – в Оптиной пустыни, а место упокоения замечательного ученого и писателя М. В. Толстого – в ограде великой обители – Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Завидная участь для каждого делателя на ниве Христовой».

    

И еще одно из последних стихотворений монаха Лазаря (14 мая 2014):

Небо, не так уж далекое,

Теплой лазурью слепит...

Чистое, белое, легкое,

Облако в небе стоит.

Как оно странно и чудно,

Словно возникло в Раю,

Это воздушное судно,

Ждущее душу мою.

Да упокоит Господь в селениях праведных душу раба Своего – монаха Лазаря!

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Комментарии
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • Православный календарь на каждый день.
  • Новые книги издательства «Вольный странник».
  • Анонсы предстоящих мероприятий.
×