Воспоминания о карагандинских подвижниках

На Карагандинской земле проживает большое количества верующих людей, здесь существуют свои традиции, просияло множество святых новомучеников и исповедников, сформировались крепкие православные общины. Основание им положили люди, которые в 1930-е годы пережили трагедию переселения из России в Центральный Казахстан и перенесли здесь жуткие,нечеловеческие испытания. Эти люди оставили своим детям воспоминания о тех временах.

I

Моей маме, Анне Ефремовне, было четырнадцать лет, когда в 1931 году их семью в числе многих других трудпереселенцев, сослали из Сызрани в степи Центрального Казахстана. Сослали,как кулаков. А что значит – кулак? Это значит, что у семьи была пара лошадей,корова, подсобное хозяйство. Людей лишили имущества, им пришлось спешно собираться и уезжать, покидая родные места. Им предъявлялись вымышленные обвинения, часто ссылали по наговору соседей. Кто-то позавидовал, что у соседа уродился лучший урожай, корова дает больше молока – вот, и кулак, а значит – в ссылку. А в действительности «кулаки» – это были трудолюбивые, благочестивые люди, православные христиане. В Казахстан ссылали самых лучших – одаренных,верующих людей.

Я помню, еще в детстве мама рассказывала,как их везли по степи в грузовых вагонах в нечеловеческих условиях: без пищи и воды. Люди были грязные, оборванные. И много народу умерло еще в поездах.

Потом их выбросили в голую степь. Была осень, но люди слепили земляночки, худо-бедно обустроили свою жизнь.

Вскоре начались морозы, а переселенцы приехали без теплой одежды. Поэтому зимой от холода и голода погибло огромное количество людей – и детей, и взрослых.

Но весной эти «кулаки» стали вновь обрабатывать землю, Господь давал хорошие урожаи и через год-два они снова зажили хорошо. Но опять им позавидовали, и перегнали на другой участок степи.Спустя какое-то время крестьяне прижились и к этим условиям, хотя, снова их немало умерло.

Только вера в Бога и надежда на Него помогли оставшимся в живых трудпереселенцам переносить зной, холод и голод. Только благодаря силе духа они смогли пережить эту ссылку, эти тяжелейшие годы.

Мамины рассказы о переселении в Казахстан всегда нас потрясали, приводили в трепет. Ее родители в 1931 году были еще молодыми людьми. Но в первую же зиму умерла мамина мать, моя бабушка.Мама рассказывала, как бабушку завернули в дерюжку, привязали к ногам веревку,и за ноги по снегу потащили к общей могиле. Там все оставляли своих покойников,и похоронные команды их хоронили. Кто-то на санях привозил, у кого были, а кто-то – волоком по снегу.

– Так маму за ноги отволокли. Отец велел: «Оставляйте ее здесь, потом специальные люди придут, похоронят».

Это жуткая была картина.

А вскоре умер мамин отец. Пошел в степь за капустой, выкапывать оставшиеся кочаны, и не вернулся, замерз. И мама в четырнадцать лет осталась одна с семилетним братишкой. Сначала они в Осакаровке жили, потом в Караганде. Она сама выжила и подняла своего братишку.

Но, несмотря на эти нечеловеческие условия, люди оставались людьми. У трудпереселенцев не было таких изуверских крайностей, которые имели место в среде неверующих людей. Вот, казалось бы,холод, голод нестерпимый, а людоедства не было. Люди имели страх Божий, поэтому относились друг ко другу по-человечески. И даже, как мама рассказывала, в трудпереселенческих поселках не вешали на двери замков, не было охраны. Никто ничего не похищал, потому что народ сохранял веру, благочестие.

степной антиминс
степной антиминс
Помню, вместе с мамой мы посещали общие кладбища трудпереселенцов, где лежат мои дедушка и бабушка. Бабушка на Сортировке где-то похоронена. Точное место трудно определить. Мама показывала общую могилу: «Где-то здесь». Летом мы туда ездили. В 1930-е годы, как мама говорила, не было возможности, совершить отпевание. Но до сих пор помню -особое благодатное состояние я ощущал на этом месте. Чувствуется разница между новым кладбищем и старым. Новое кладбище – обычное – могилы, памятники. А на старом – дух какой-то другой, особый. Потому что там покоятся останки мучеников. Хотя они были осуждены и высланы, но всем понятно, что это невинно пострадавшие люди – и взрослые, и дети. Эти старые карагандинские кладбища, как сейчас говорят – степной антиминс. Действительно, там лежат наши святые. Прошло уже много лет, но детские воспоминания не забываются...

шахты и лачуги
шахты и лачуги
Как-то, спустя много лет, в 1975 году на самолете я летел в Караганду. Перед посадкой бортпроводница кратко знакомила пассажиров с историей Караганды: «Через несколько минут наш самолет совершит посадку в городе Караганде. Это город шахтеров, строили его молодые комсомольцы, которые прибыли сюда из разных уголков нашей необъятной советской страны». Я приехал домой, говорю: «Мама, ты всегда нам рассказывала, что ссыльные трудпереселенцы построили Караганду. А, оказывается, совсем нет! Комсомольцы построили!»

Уже после войны, мама говорили, ссыльных крестьян собрали и объявили: «Вы не кулаки. Вы не преступники. Вы просто трудпереселенцы». Понимаете? Караганду построили хорошие люди. Сколько миллионов человеческих жизней было загублено! Конечно, с одной стороны,досадно. Хотелось бы что-то крикнуть в адрес советской власти, выплеснуть свою обиду! Но ведь этого не делали. Ведь никто не подавал в суд после реабилитации,никто не судился с советской властью. Все оставляли правосудному Судии, Который Сам воздаст каждому по делам.

Настолько перекликаются по своему духу,по настроению православные христиане ХХ века с христианами первых веков.Поэтому для нас люди старшего поколения – это пример мужества.

Часто вспоминаю свои детские годы,верующих людей, карагандинцев. Потрясающие впечатления сохранились по сей день в моем сердце. Ведь те, кто в то время молился в церкви, особенно служившие в ней священники, несомненно, понимали, что их ожидают преследования а, возможно,ссылка и смерть. Страшные были годы! И все равно люди шли в храм, служили Богу.С терпением, со смирением переносили все скорби и испытания.

Господь сподобил меня в юношеском возрасте увидеть подвижников,посвятивших себя на служение Богу и людям. Во внешней жизни они мало отличалась от множества других людей, но их внутренний, духовный мир оживотворялся Божественной благодатью, которая обильно изливалась и на тех, кто находился рядом с ними.

II

В первую очередь вспоминаю преподобного Севастиана, старца Карагандинского. В Караганде отец Севастиан исполнил величайшую миссию. Своей жизнью он свидетельствовал о Христе и помогал людям переносить тяжелейшие испытания и скорби.

храм Рождества Пресвятой Богородицы
храм Рождества Пресвятой Богородицы
Как я его помню? Помню преподобного в таком низеньком земляном храме Рождества Пресвятой Богородицы в Большой Михайловке.Помню, как он служил, как совершал Литургию, Всенощное бдение, как выходил на полиелей. Как после службы он проходил по церковному двору, а мы брали у него благословение. Мама говорила, что преподобный Севастиан меня крестил. Но сам-то я этого не помню, потому что был младенцем.

Очень многим людям батюшка помогал и действительно был чудотворцем. В жизни нашей семьи он занимал чрезвычайно важное место. Благодаря его молитвам осталась жива наша мама.

Мама находилась в больнице, где ей сделали сложную операцию. Она потеряла много крови и была обречена на смерть. На каталке, бездыханную ее повезли в морг.

В это время в храм, где служил отец Севастиан, пришла мамина подруга. Батюшка тут же вышел из алтаря и через весь храм ее окликнул:

– Анастасия! Иди сюда! Беги к Аннушке,окропи ее святой водичкой, дай попить и отнеси просфорочку! Быстро беги!

Она просит:

– Батюшка, может, после службы?

– Нет, нет! Беги прямо сейчас!

Отец Севастиан знал, что маму прооперировали. Он дал Анастасии просфору, и она побежала.

И прибежала в больницу как раз в тот момент, когда маму уже подвозили к дверям морга. Анастасия окропила маму святой водой, и она вдруг открыла глаза. В это время мимо морга случайно проходила врач. Увидев, что мама открыла глаза, врач распорядилась закатить ее обратно в палату. А уже потом, когда мама стала поправляться, врач сказала ей: «Кто-то за вас очень сильно молился, потому что в таких ситуациях, как ваша, люди не выживают».

Так, благодаря молитвам Батюшки, мама осталась жива. В дальнейшем она многократно обращалась к нему по различным вопросам, и всегда получала мудрые советы.

Вспоминаю еще такой случай. Наша мама очень хорошо готовила кислое топленое молоко. А мы маленькие были, нас в то время шестеро в семье было живых детей (двое младенцев умерли в голодные годы).И вот, как сейчас помню, мама приготовила литровую баночку молока. Такое хорошее! А нам, детям, так хотелось кушать! Мы просим: «Мама, нам дай молока!»Она отвечает: «Нет, я батюшке отнесу. Такое хорошее молоко получилось! Батюшка болеет, батюшке надо». Мы снова: «Мама, ну дай!» – «Нет, нет. Это я для батюшки. А вам, когда приду, еще сделаю».

Вот, приходит мама со службы какая-то взволнованная, даже обиженная и говорит: «Ну, надо же! Я от детей отняла,батюшке отдала! А батюшка тут же повернулся и кому-то эту банку молока взял и передал! Так обидно! У детей отобрала!»

Но проходит какое-то время, мама снова приходит из церкви и говорит: «Помните, дети, я пришла и сказала, что на батюшку обиделась? А сегодня в храме я встретила женщину, разговорились с ней.И она рассказала, как лежала в больнице после операции в тяжелейшем состоянии. «И вдруг, – говорит, – мне передали от батюшки Севастиана литровую баночку кислого топленого молока! Это молоко я скушала за три дня. И знаете, я исцелилась, меня из больницы вскоре выписали!» Вот, наша мама пришла домой, чуть не плачет: «Я батюшку осудила... А, оказывается, мое молоко послужило к исцелению человека».

Конечно, не молоко исцелило, а молитва батюшки, но для человека нужно было что-то вещественное, ощутимое. Тогда мы поняли, что если отец Севастиан что-то делает, то это будет во славу Божию и на радость людям. Такие у меня остались о батюшке воспоминания.

Погребение
Погребение
Еще помню, как его хоронили. Огромное количество собралось народа! Тысячи людей пришли, чтобы проводить отца Севастиана в последний путь. И, конечно, множество людей посещало могилку старца. Я сам, когда учился в Семинарии и приезжал на каникулы, всегда стремился прийти на могилу к батюшке, пообщаться с ним. Но одному побыть на его могиле мне почти никогда не доводилось. Обязательно кто-то приходил, молился.Ведь сам Батюшка говорил перед смертью: «...если Господь сподобит меня Царствия Небесного, я буду Его просить и молиться за вас». Конечно, люди приходили,молились, плакали, рассказывали батюшке о своих проблемах. И эти проблемы разрешались. Поэтому место упокоения старца Севастиана, его могилка, была живым источником, где люди утоляли свою духовную жажду.

Об отце Севастиане еще при жизни говорили, что он – человек святой жизни. Если о ком-то можно было посудачить,поспорить, то в отношении батюшки не возникало никаких сомнений. Это был действительно святой человек. И хотя в то время все духовное запрещалось,вокруг старца негласно собралась монашеская община, приходили молодые девочки,пели, читали на клиросе. Конечно, они в миру где-то работали, но сюда приходили молиться. Вот, смотрим, приходят такие не традиционные, не разукрашенные, не наряженные, скромные девушки, в платочках, в платьицах. А на самом деле это были тайные монахини и послушницы. Тогда не разрешалось носить монашеские одежды, и Батюшка шел на такой компромиссный вариант, чтобы и властей не травить, и, в то же время, людям дать возможность приобщаться к Богу, молиться и трудиться при храме.

матушки
матушки
То было время хрущевских гонений на Церковь.Детям запрещалось ходить в храм, и Батюшка за это очень переживал. Мама к нему приходила: «Батюшка, как быть? Ведь у меня их шестеро!» И когда власть имущие требовали от отца Севастиана объявить, что детям не следует ходить в церковь,Батюшка на это ответил: «Я не могу запретить детям приходить в храм. Вы имеете власть, вы и поступайте, как власть велит». Он сумел умно ответить, и поступил очень мудро, не запретив детям посещение церкви.

Так что к батюшке и тогда приходили, и по сей день люди идут, обращаются в молитвах. На мой взгляд – это самая яркая личность у нас в Караганде.

III

протоиерей Александр Кривоносов.
протоиерей Александр Кривоносов.
Вместе с отцом Севастианом, я помню, трудился протоиерей Александр Кривоносов.

Перед моим уходом в Армию, мама посоветовала сходить к монахине Анастасии и попросить ее святых молитв. Я исполнил просьбу мамы. Но когда я пришел к матушке, она направила меня к протоиерею Александру Кривоносову, сославшись на то, что он больше понимает во всем, с чем мне придется столкнуться в Армии.

Отец Александр принял меня с любовью.Расспросил, кто я, зачем пожаловал. Он знал нашу семью. Батюшка был тоже в преклонном возрасте. Демобилизовавшись, в живых я его уже не застал. Но наставления отца Александра до сих пор помню и не перестаю удивляться его мудрости.

Напутствуя меня, батюшка говорил о необходимости всегда помнить о Боге и о священном долге защиты Отечества. «С Богом везде будет хорошо и не страшно». Спросил, какая у меня профессия. Узнав, что я окончил курсы в автошколе и, возможно, буду нести службу в качестве водителя,дал мне очень важные советы, которыми я руководствовался не только в Армии, но и в последующие годы своей жизни.

Вот, допустим, он говорил: «Никогда ничего не делай без молитвы. В Советской Армии, к сожалению, нельзя открыто молиться, и в годы службы в храм ходить тебе не придется», – хотя не знал, куда меня направят. А меня направили в Германию. Там, где я служил, действительно,не было православных храмов.

– Но ты не смущайся. Утром встанешь с постели, в уме скажи краткую молитву: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и присно и во веки веков. Аминь». На физзарядку бежите, а ты в уме читай утренние молитвы (я знал их на память). И физзарядка быстро пройдет, и ты получишь благословение Божие на предстоящий день. Идете в строю на завтрак, обет или ужин, ты в уме читай молитву «Отче наш...». Подадут пищу – незаметно, ложкой,осени ее крестным знаменем и скажи: «Господи, благослови». Идете из столовой,читай: «Благодарим Тя, Христе Боже наш...»

Садишься в машину, прочитай молитву «Царю Небесный...», а в пасхальные дни «Христос Воскресе...» Трогаешься с места,скажи: «Господи, благослови!» Едешь за рулем, в уме читай молитвы, которые на память помнишь. Любое дело всегда начинай с обращения к Богу: «Господи,благослови!» Закончил дело, скажи: «Слава Тебе Господи!» Так ты всегда с Богом будешь, и Господь будет тебе помогать».

И благодаря наставлению, благословению и святым молитвам отца Александра мое служение в Армии проходило чудесно! После Армии я вспоминал и удивлялся: «Это было просто чудо! Такое количество проявлений чудесного по отношению ко мне и к некоторым моим сослуживцам!» Но осознал я это немного позже, когда оказался на больничной койке. Но об этом -ниже.

Помню такой эпизод. Как-то на утренней проверке старшина вдруг нашел у меня крестик и фотографию отца Севастиана.Маленькая такая была, как на паспорт, фотография батюшки. И старшина спрашивает:

Архимандрит Севастиан
Архимандрит Севастиан
– Кто это?

– Это мой дедушка.

– Это не твой дедушка, это какой-то святой!

– Нет, это мой дедушка.

Фотографию и крестик у меня отобрали, и стали вынуждать отречься от Бога и вступить в комсомол. Мне угрожали, говорили,что «...если не отречешься от Бога и не захочешь стать комсомольцем, то дадим тебе самую плохую машину! Будешь ездить на ассенизаторе! На мусоровозке! И вся твоя жизнь пройдет на мусоровозке!»

Долго меня уговаривали: и старшина, и командир первого взвода, и командир второго взвода, и командир роты меня уговаривал отказаться от Бога: «...потому что Бога нет, и чего ты в Него веришь?» Но, милостью Божией, я от Него не отрекся и в комсомол не вступил. Я просто молился батюшке Севастиану, и молитва была очень искренней.

Меня, правда, посадили, как обещали, на мусоровозку, как сейчас помню, ГАЗ-63-ий.

– Ты будешь у нас постоянно в дежурстве!

Машина все время стояла на мусорной свалке, и штрафники, находившиеся на гауптвахте, приходили, мусор в машину загружали, я его вывозил. А поскольку устав Армии не позволяет круглосуточно дежурить, то меня в два часа дня меняли, четыре часа я отдыхал, а в шесть вечера опять заступал на дежурство. И так всю ночь, и до двух часов дня.

Три с лишним месяца я был в таком круглосуточном дежурстве. «Раз не отказался от Бога, – говорили мне, – не вступил в комсомол, так у тебя вся служба и пройдет».

А потом так случилось, что наш старшина поскандалил со своей супругой и в 24 часа его выдворили из Германии. Проходит неделя – поменяли командира взвода. Проходит другая неделя – поменяли командира второго взвода. Проходит третья неделя – поменяли командира роты. И вдруг новый командир роты приходит и спрашивает меня: «Сколько ты на этой машине? А почему?Что это такое? Почему человек три с половиной месяца без замены? Без отдыха?» Меня посадили на другую машину, и я стал все время проводить в разъездах.

С утра до вечера каждый день был в рейсах. А потому политзанятия я не посещал, марш-бросков не бегал. Два месяца я был в разъездах, и за это время у меня не было никаких взысканий, ни нарушений.Потом вдруг меня начальник автослужбы вызывает и назначает водителем школьного автобуса. А водитель школьного автобуса – это была самая почетная должность. И уже второй год службы я был водителем автобуса.

А так случилось, что автобус я принял,как сейчас помню, на Успение, 28 августа. И надо было подготовить его к 31-му августа, чтобы детей везти в школу. Я в автопарке работаю, весь в солидоле, в мазуте,и вдруг меня срочно вызывают в клуб фотографироваться. Как фотографироваться? У меня даже парадного костюма нет. У всех кителя были, а я все время в изгнании.Помыл руки, пришел. На меня надели чей-то китель, сфотографировали, и я опять ушел в парк.

Через неделю смотрю – щит такой огромный поставили и повесили фотографии – лучшие водители части. И вдруг вижу – моя фотография. Я оказался лучшим водителем. Посмотрел на свой китель – а у меня комсомольский значок на груди! Но не стал протестовать. «Ладно, – думаю, – пусть висит!»

Хотя я старался не вникать в чужие дела,но слышал разговор, что командир роты беспартийный. И вот, он меня как-то раз останавливает и спрашивает:

– Ты почему в комсомол не вступаешь?

А я его тоже спрашиваю:

– Товарищ старший лейтенант, а вы,почему в партию не вступаете?

Он рукой махнул:

– Ай, ну ее!

– И я – ну его!

Он:

– Иди отсюда! – говорит. И я пошел.

Только когда нас провожали на демобилизацию, снова поменялся командир части, и этот новый командир идет вдоль строя, всех приветствует. Подошел ко мне (а с ним были замполит), и спрашивает:

– А почему у вас комсомольского значка нет?

– Товарищ полковник, – отвечаю, – я не комсомолец.

– Как не комсомолец?!

Смотрит на замполита, тот оправдывается:

– Проморгали как-то!

Командир приказывает:

– Как приедешь домой – сразу в военкомат и срочно вступай в комсомол!»

Я под козырек:

– Слушаюсь товарищ полковник!

И вот, вступаю до сих пор.

IV

Я благодарен Богу за то, что Он сподобил меня общаться с такими людьми, как преподобный Севастиан Карагандинский, как схимонахиня Анастасия (Шевеленко), монахиня Агния (Стародубцева) и другие матушки, которые жили при Михайловской церкви.

Мне неизвестны доподлинно молитвенные подвиги наших старцев. Но когда бы я ни пришел в храм, я всегда встречал там этих людей.Матушка Агния, правда, в последние годы своей жизни, была прикована к постели тяжелой болезнью. А протоиерей Александр Кривоносов и мать Анастасия, сколько мне помниться, всегда были в храме.

схимонахиня Анастасия (Шевеленко)
схимонахиня Анастасия (Шевеленко)
Мать Анастасия еще при жизни преподобного Севастиана принимала больше участие в жизни нашей семьи. Когда у кого-то из моих сестренок и братишек был экзамен, все бежали к матушке: «Матушка, помолитесь!»Матушка помолится – все проходило прекрасно. Молитва матушек была для нас очень серьезной поддержкой.

Мать Анастасию мы знали как сподвижницу старца Севастиана, поэтому, после смерти Батюшки, обращались к ней за советами и с просьбой святых молитв. Матушка всегда с большим вниманием и любовью откликалась на все наши обращения.

Мы знали, что в поведении матушки присутствовал элемент юродства, поэтому надо было внимательно анализировать все,что она говорила или советовала.

Возвратившись из Армии, я намеревался пойти работать шофером. Мама посоветовала обратиться за благословением к матушке Анастасии. Придя в храм на вечернее богослужение, я встретился с матушкой. Я сказал ей, что вернулся из Армии и хочу просить у нее благословения устроиться работать водителем на «скорую помощь». Матушка с радостной улыбкой встретила меня, но сказала, чтобы я не торопился идти работать. «Немножко отдохни после Армии», – ответила она. Я вернулся домой и рассказал об этом маме.

В течение месяца я несколько раз подходил к матушке, чтобы взять благословение устроиться на работу. Но матушка каждый раз повторяла одно и тоже: «Скажи мамке, что нет еще работы. А сам отдыхай».

Однажды, после Литургии, на праздник святого пророка Илии, 2 августа 1972 года, я подошел к ней с тем же вопросом.Она отвела меня в сторонку и, как будто в первый раз меня видит, стала расспрашивать, кто я и кем хочу работать? Внимательно выслушав, матушка неожиданно спросила, не хочу ли я пойти учиться в Духовную Семинарию? Я сказал, что об учебе,а тем более в Семинарии никогда не думал. Скажу откровенно, я не только не думал о Семинарии, я вообще не знал, что в Советском Союзе существуют Духовные Семинарии. Поэтому ее предложение прозвучало для меня, как гром среди ясного неба. Она увидела мое смущение и, подозвав проходящего мимо диакона Валентина,обращаясь ко мне, сказала: «Сейчас отец диакон тебе все объяснит». Подвела меня к диакону, а сама побежала по своим делам.

Отец диакон, расспросив у меня, в чем суть вопроса, стал рассказывать о Семинарии и о том, что необходимо для поступления туда. «Сегодня второе августа, а документы на поступление принимают только до первого августа. В этом году ты уже опоздал», – сказал он. А я слушаю и думаю: «Как хорошо, что опоздал!» Тогда мне действительно было не до Семинарии – в тот день меня ждали друзья, чтобы пойти купаться на озеро. Я смотрел на жизнь, как говорят в народе, «через розовые очки». Все казалось прекрасным, радостным, и свою будущую жизнь я никак не представлял в ограде Церкви. Выслушав десятиминутное объяснение диакона, я попрощался с ним и ушел к своим друзьям.

Спустя несколько дней я передал матушке Анастасии, что время приема документов в Семинарию закончилось. И добавил, что сейчас можно подать документы только в профтехучилище. На мое удивление, матушка благословила меня поступать в училище, и я стал собирать нужные справки.

Но вскоре произошло событие, которое перевернуло мою жизнь. 18 августа, увлекшись общением с друзьями, я не выполнил данное маме обещание – пойти в храм на Всенощное бдение под праздник Преображения Господня. А поздно вечером попал в автокатастрофу. Утром я все же сходил на Литургию, а оставшийся день пролежал в постели. Различные мысли приходили в мою забинтованную голову. Только сейчас, в тишине и одиночестве, я стал задумываться над тем, как прошла моя служба в Армии. Как по молитвам мамы и наших стариц хранил меня Господь. Сколько раз Он спасал меня от явной гибели!Я вспомнил, что видел многократно и явственно проявление Божественной милости ко мне, недостойному. Но до этого дня я не удосуживался все это понять, взвесить и осознать. Мне нужна была встряска, и она произошла под праздник Преображения.

До сих пор я благодарю Бога, что по молитвам наших карагандинских подвижников Он не дал мне погибнуть до конца. То,что произошло со мной под этот праздник и то, что не случилось худшего (а это могло произойти), я напрямую связываю с молитвами матушки Анастасии. Подробнее об этом я пока не могу рассказать. Но говорю с полной уверенностью: в этот день Господь вывел меня на тот путь, который открывает каждому человеку для достижения вечной и блаженной жизни.

Теперь, после праздника Преображения Господня я иными глазами взглянул на окружающий мир. Может быть, скажу слишком громко, но для меня это совершенно очевидно: пока залечивались мои телесные раны, у меня открывались духовные глаза. С этого дня я начал читать духовную литературу: апологетические книги, творения святых отцов.

V

храм Архангела Михаила
храм Архангела Михаила
В годы моего детства в Караганде было две церкви – на Втором руднике храм Архангела Михаила, и в Большой Михайловке -в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Мы ходили в оба храма. В то время в Караганде были трудности с транспортным сообщением, поэтому, какой автобус раньше подходил, на тот садились, туда и ехали. Конечно, пока был жив отец Севастиан, старались чаще ездить в Большую Михайловку.

Если приезжал митрополит Иосиф, то мы ехали в ту церковь, где он служил. Мы любили ходить на его службы, потому что они были очень торжественные. Когда Владыка служил, обстановка в храме была особая, молитвенная. Вдохновенный настрой передавался всем молящимся.

Много спустя лет, когда я, будучи уже епископом, приехал из командировки из Соединенных Штатов домой, мама меня спросила:

– Ну, ты сейчас епископ, как тебе служится-то, расскажи?

– Как служится? Как любому епископу -есть вопросы, есть проблемы, их надо решать.

И тут мама напомнила мне один случай. (Я-то его не помнил, был тогда мальчишкой лет десяти).

Как-то однажды приехал в Караганду владыка Иосиф. Прихожу после службы домой, мама спрашивает:

– Ну, как тебе служба?

– Как хорошо быть Владыкой! – отвечаю ей.

– Почему хорошо быть Владыкой?

– Потому что все ему дорогу уступают!

Мы же маленькие были, а народу полно,храмы небольшие, битком набиты. Хочешь поближе протиснуться, а взрослые одергивают: «Не ходите! Не бегайте! Стойте, молитесь!» Нам, детям, дорогу не дают, а Владыке уступают.

– Мы устаем на службе стоять, – говорю, -а Владыка на службе сидит! (Есть такие моменты за богослужением, когда Архиерей садится на седалище). И как хорошо быть Владыкой! – ответил я тогда маме, – Он все время молится и молится!

– А сейчас-то у тебя есть время молиться?

– Мама, ты знаешь, сейчас времени на молитву практически не хватает. Только на службе и отдыхаю. А в основном все суета, дела, жалобы. Все проблемы и вопросы, которые необходимо решать.

митрополит Иосиф
митрополит Иосиф
Конечно, впечатление владыка Иосиф всегда производил и на меня, и на всех окружающих очень доброе. Помню, в то время, когда я принял решение поступать в Духовную Семинарию, митрополит Иосиф приехал в Караганду. Я обратился к нему с просьбой, чтобы он дал мне рекомендацию для поступления. (Священники в то время боялись давать молодым людям рекомендации на поступление в Семинарию, потому что органы власти за это их преследовали). И тогда я обратился к владыке Иосифу. Помню, он приехал в Михайловку, в храм Рождества Пресвятой Богородицы. После службы я подхожу к нему: «Владыко, я такой-то, такой-то. Хотел бы поступить в Духовную Семинарию.Как бы получить Ваше благословение и рекомендацию на поступление?» Он тут же поворачивается к отцу Василию и говорит: «Вот, у нас отец Василий! Он у нас батюшка, он у нас такой авторитетный, он у нас Карагандинский и всей Средней Азии! Он даст тебе рекомендацию!» И, действительно, отец Василий не побоялся дать рекомендацию, поскольку было благословение Владыки. И по этой рекомендации я поступил.

Так что, мы все ещё живем воспоминаниями о нашем митрополите Иосифе, помним его впечатляющие проповеди. Многие их записывали, и до сих пор, я знаю, некоторые люди прослушивают проповеди Владыки. Говорил он красиво, интересно, своеобразно. И надо сказать, что митрополит Иосиф – один из наших подвижников, исповедников Казахстанских,поскольку более двадцати лет он провел в лагерях, в тюрьмах, в ссылках. Это авторитетнейший иерарх, и я бы сказал – святой жизни человек. Именно таким мы его и считали.

VI

Когда я принял решение поступать учиться в Семинарию, то сказал об этом маме. Она, как всегда, посоветовала обратиться к матушке Анастасии.

А у нас в Караганде была такая традиция,что по духовным вопросам все обращались к матушке Анастасии, а по вопросам профессиональным – шли к матушке Агнии. Кому куда работать устроиться, куда учиться пойти. Мать Агния – профессионал.

Поэтому, когда я сказал о своем намерении матушке Анастасии, она отправила меня к мать Агнии: «Матушка Агния хорошо разбирается в этих вопросах, – сказала она. – Сходи к ней, она тебе подскажет, что и как надо сделать, чтобы подготовиться к поступлению в Семинарию».

Мать Агния
Мать Агния
Монахиня Агния к этому времени уже в храм не ходила, у нее были парализованы ноги, она могла только сидеть или лежать.Когда я пришел к ней, она сидела у себя в комнате. Я рассказал матушке о своем желании поступать в Духовную Семинарию, и что матушка Анастасия направила меня к ней.Мать Агния похвалила за хорошее намерение и стала расспрашивать о том, чем я занимаюсь, что читаю, знаю ли молитвы. После этого она порекомендовала мне просмотреть в журнале Московской Патриархии программу для поступления в Семинарию и выучить все, что должен знать абитуриент.

– У тебя есть настольный календарь на следующий год? – спросила матушка.

– Нет – ответил я.

Тогда матушка взяла со стола свой календарь и, листая его, стала задавать мне вопросы:

– Пятидесятый псалом знаешь на память?

– Да, – отвечаю.

– А девяностый псалом знаешь?

– Да.

Она:

– Хорошо, пригодиться. А ты знаешь, где находится Московская Духовная Семинария?

– Да, – говорю. – В Троице-Сергиевой Лавре.

Она, продолжая листать календарь, спрашивает:

– А ты знаешь тропарь Пресвятой Троице?Выучи, пригодиться... А тропарь преподобному Сергию Радонежскому знаешь? Выучи,пригодиться. А кто у тебя Небесный покровитель, Георгий Победоносец?

– Нет, – говорю, – благоверный князь Георгий Владимирский.

– А тропарь ему знаешь? Выучи,пригодиться... Читать славянский текст умеешь?

– Немного умею.

Она открывает следованную Псалтирь и просит меня почитать.

– Неплохо. А цифры славянские знаешь?

Митрополит Иосиф и матушка Агния
Митрополит Иосиф и матушка Агния
Показывает страницу в Псалтири. Я называю цифру. Открывает наугад другую страницу, я называю цифру. Открывает еще одну страницу, я снова цифру называю. После этого матушка дарит мне календарь и, как бы между прочим, говорит:

– Да ты неплохо знаешь материал, так и во второй класс поступишь. Ты сейчас учишься в училище, – продолжает она, – а ведь потом надо ехать на какое-то время на практику или отработку. Какое у вас положение в училище?

Я ей рассказал, что этот вопрос решается просто:

– У нас не очень строго относятся к практике,поэтому диплом можно получить без отработки.

Здесь матушка пожелала мне помощи Божией,и мы расстались.

Перед поездкой в Москву я посетил наших матушек и попросил их святых молитв. С матушкой Анастасией у меня был в этот раз более продолжительный разговор. Я сказал ей, что до сих пор не разговаривал со своим отцом.

– Не знаю, как ему сказать о том, что задумал. Он в храм не ходит и в Бога не верит. Зная отца, могу с уверенностью сказать, что он будет категорически против моей учебы в Семинарии.

Матушка начала меня успокаивать:

– Не волнуйся. Учиться в семинарии не позорно. Ты же не в тюрьму садишься. Он пошумит-пошумит, и успокоится. А потом еще и радоваться будет! Насильно он тебя не удержит. А если скажет, что, как отец, он тебя не благословляет на учебу, ты ему ответь: «Как ты можешь меня благословить, если сам в Бога не веришь и в храм не ходишь?» Он от тебя и отстанет.

За три дня до отъезда подхожу вечером к папе и говорю, что хочу с ним поговорить. А сам волнуюсь. Говорю, что собираюсь поступать учиться. Он похвалил: «Дело хорошее». Но когда узнал, что хочу учиться в Семинарии, был ошеломлен. Весь вечер и следующие два дня он меня всячески отговаривал. Призывал к разуму. Стыдил. Приводил различные доводы,убеждал, что я поступаю безумно.

Последний вечер перед отъездом мне особо запомнился. Папа очень волновался. Он понимал, что меня уже не удержать,поэтому применил последнее средство:

– Ты понимаешь, какой позор ты накладываешь на нашу семью? Мне стыдно будет друзьям в глаза смотреть, когда они узнают, где ты учишься! Было бы меньше стыда и позора, если бы ты в тюрьму сел!

На этом разговор окончился. Спустя некоторое время отец немного успокоился. Он подошел ко мне и сказал: «Я не благословляю тебя на учебу в Семинарии». А я тут же ему ответил: «Как ты можешь меня благословить, если сам в Бога не веришь и в храм не ходишь?» Отец ничего не ответил. Повернулся и пошел в свою комнату.

Забегая вперед, скажу, что первые в годы моей учебы в Семинарии папа со мной не общался. Только через несколько лет наши отношения восстановились. А после того, как я окончил Духовную Академию, папа радовался за меня и своим друзьям рассказывал: «А вот, мой сын..!»

Не буду говорить о своих впечатлениях,которые произвела на меня Москва и Свято-Троицкая Сергиева Лавра. Впечатления очень хорошие и глубокие, но об этом отдельный разговор. Сейчас хочу продолжить свой рассказ о наших карагандинских подвижницах, и об их участии в моей жизни.

Вступительные экзамены в Семинарию прошли для меня очень волнительно. Но я верил, что по молитвам наших стариц Господь управит все так, как будет Ему угодно, а мне спасительно. И все время и молился: «Господи, да будет Твоя святая воля!»

Те, кто поступал в Семинарию, знают, что после каждого вступительного экзамена на доске объявлений вывешивались списки тех, кто его не сдал. Не найдя своей фамилии в списках отчисленных, абитуриенты шли к святым мощам преподобного Сергия и возносили Господу свои благодарственные молитвы.

После последнего экзамена были вывешены списки поступивших. Волновался каждый абитуриент. Просмотрев несколько раз все списки, к моему глубокому разочарованию, я не нашел в них своей фамилии. До сих пор я вспоминаю этот момент своей жизни – у меня не было абсолютно никаких эмоций. Не было ни отчаяния, ни горечи, ни обиды. Было какое-то тупое чувство,будто время на земле остановилось.

Все поступившие, теперь уже студенты, громко и радостно что-то обсуждают. Но я тот момент уже никого не видел и не слышал – был погружен в свои думы. В таком состоянии шел я в свою спальню.

На лестничной клетке я неожиданно столкнулся с группой ребят. В середине группы стоял помощник инспектора Семинарии иеромонах Елевферий и что-то громко говорил, называл чьи-то фамилии. Видимо, кого-то искал. В период экзаменов такое бывало часто. Я подошел и спросил, не нужна ли ему моя помощь. Он, обращаясь ко мне, спросил мою фамилию. Я назвал. Тогда он говорит: «Быстро иди в кабинет инспектора, там тебя ждут».

Когда я вошел в кабинет, увидел сидящих за большим столом более десяти священников и мирян. Это были преподаватели Семинарии и Академии. Один из них спросил мою фамилию. Затем, кто-то из них сказал, что я хорошо сдал экзамены, но вступительная комиссия хочет узнать, что я еще знаю,кроме обязательной программы. И мне стали задавать различные вопросы.

Кто-то спросил:

– Вы знаете, куда вы приехали поступать?

– Да, – говорю, – в Московскую Духовную Семинарию.

– А где располагается Семинария?

– В Троице-Сергиевой Лавре.

– А вы знаете тропарь Святой Троицы?

– Да.

– Можете рассказать?

Рассказываю. Другой преподаватель спрашивает:

– Вы знаете, кто является основателем Лавры?

– Да. Преподобный Сергий Радонежский.

– А тропарь преподобному Сергию Радонежскому знаете?

– Да.

– Можете рассказать?

Рассказываю. Кто-то следующий задает вопрос:

– Пятидесятый псалом знаете на память?

– Да, знаю.

– Можете прочитать?

Начинаю читать. На половине меня останавливают.

– Достаточно. А девяностый псалом знаете?

– Да, – говорю.

– Можете прочитать?

Начинаю читать. На половине меня останавливают:

– Достаточно.

Кто-то еще спрашивает:

– Кто у вас Небесный покровитель? Великомученик Георгий Победоносец?

– Нет, – отвечаю, – святой благоверный князь Георгий Владимирский.

– А тропарь ему знаете?

– Знаю.

– Можете прочитать.

Читаю. Выходит на середину комнаты священник,как потом я узнал, отец Алексий Ширинкин, и задает вопрос:

– Читать на славянском языке умеете?

– Немного, – говорю, – умею.

Он переворачивает страницу в следованной Псалтири, которая лежала на стоящем здесь аналое и просит меня почитать. Читаю.

– А цифры славянские знаете?

Показывает страницу в Псалтири. Я называю цифру. Открывает наугад другую страницу – я называю цифру. Открывает третью– я называю цифру.

– Неплохо, – говорит он, идет к столу и садится.

Встает отец Алексий Остапов и говорит:

– У вас в автобиографии написано, что вы окончили профтехучилище.

– Да, говорю, окончил.

– Вы же должны отработать определенное время, чтобы получить диплом? Какое у вас положение в училище?

Я говорю, что этот вопрос уже решен.Диплом мне выдан свободный, без отработки. Он садится. Обращается к экзаменаторам:

– У кого еще есть вопросы?

Вопросов нет. Мне говорят:

– Вы свободны.

Выхожу. В коридоре стоят другие ребята,ждут вызова в кабинет.

Через несколько часов прошло сообщение о том, что появились новые списки поступивших. Подойдя к доске объявлений, я нашел свою фамилию в числе поступивших во второй класс Семинарии...

По сей день вспоминаю чувство радости и благодарности Богу и нашим карагандинским подвижникам, которое ощущал я тогда.

(Окончание следует)

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Воспоминания. Старец Севастиан (Фомин) Воспоминания. Старец Севастиан (Фомин)
Митрополит Питирим (Нечаев)
Воспоминания. Старец Севастиан (Фомин) Воспоминания. Старец Севастиан (Фомин)
Митрополит Питирим (Нечаев)
Особый след в моей жизни оставил старец Севастиан (Фомин), долгие годы живший в Караганде. Он был преемником оптинских старцев.
Житие преподобного Севастиана Карагандинского Житие преподобного Севастиана Карагандинского Житие преподобного Севастиана Карагандинского Житие преподобного старца Севастиана (Фомина), исповедника Карагандинского
Старец Нектарий говорил посетителям: «Вы об этом спросите моего келейника, он лучше меня посоветует, он прозорлив».
Протоиерей Валерий Захаров: «Жить с Богом в сердце» Протоиерей Валерий Захаров: «Жить с Богом в сердце»
Уже позже я узнал о том, что владыка Иосиф двадцать лет отбыл в различных лагерях, тюрьмах и ссылках. При этом я видел его жизнерадостное лицо, горящие глаза, и у меня тогда возникали такие вопросы: как можно было сохранить такое жизнеутверждающее видение дальнейшей жизненной перспективы, в то время, когда, казалось бы, все было применено для того, чтобы уничтожить это.
Алма-Атинские воспоминания.
К 55-летию со дня блаженной кончины священноисповедника Николая (Могилевского), митрополита Алма-Атинского и Казахстанского
Алма-Атинские воспоминания.
К 55-летию со дня блаженной кончины священноисповедника Николая (Могилевского), митрополита Алма-Атинского и Казахстанского

Павел Уржумцев
Однажды, на какой-то Богородичный праздник, после Литургии Владыка с амвона говорил слово о Матери Божией. Вдруг голос его пресекся, он повернулся немного в мою сторону и сказал: «Не могу без слез говорить о Матери Божией!»
Особенности религиозной жизни советского Казахстана в 1930 – 1950-е годы. Монашеские общины. Часть VII Особенности религиозной жизни советского Казахстана в 1930 – 1950-е годы. Монашеские общины. Часть VII
Максим Янышевский
Преподобный Севастиан крестил тайно как по домам, так и в молитвенном доме, после открытия. Об этом вспоминает Игуменья Севастиана (Жукова): «Помню, когда я заканчивала школу и после уроков приходила домой, по комнате была разлита вода. Теперь-то я понимаю, что в нашем доме крестили, а тогда это скрывали от меня». Родители боялись, что дочь расскажет в школе. Она очень любила петь, и, когда возвращалась домой, всегда пела. Родители слышали ее за несколько кварталов, и батюшка быстрее заканчивал чин крещения.
Комментарии
Алла Сорокина 6 июля 2016, 19:41
О батюшке Севастиане
Дарья30 декабря 2013, 22:32
Появление митрополита Павла В Белоруссии -- это Чудо, понять которое могут лишь живущие в этой стране. Дай Бог ему сил и верных людей рядом.
Елена23 апреля 2013, 14:20
Многая лета митрополиту Рязанскому и Михайловскому Павлу!!! Живу в Осакаровке, карагандинской области, поэтому очень многое из рассказанного владыкой, мне очень знакомо. Лично не пришлось видеть ни преп.Севастиана, ни его преданных спутниц, монахинь Анастасии и Агнии. Но мои родители и их знакомые лично знали, видели и имели честь общения с сими благолепными Личностями. Очень тронута рассказом. Сама являюсь потомком "кулака", поэтому хорошо известны те моменты жизни, которые достались нашим родителям. Вечная память всем пострадавшим в лихие годины гонений!!!
Наталья20 апреля 2013, 20:39
Знавала немного игумена Павла, когда Владыка был наместником Псково-Печерского монастыря, на одном из открытий музейной выставки, связанной с историей монастыря. Осталось впечатление очень достойного и смиренного монаха. Прочитала удивительные страницы автобиографии: какая судьба! Как замечательно читать такие тексты. Теперь-то я понимаю, откуда такие монахи берутся. Спаси Господь Владыку Павла.
ОЛЬГА19 апреля 2013, 21:02
Преподобне отче наш Севастиане моли Бога о нас! Сейчас в г. Караганде есть очень замечательные батюшки, ученики преподобного Севастиана Карагандинского, это о. Александр Киселев, о.Петр Горошко и матушка Севастиана. Они как ясные солнышки укрепляют и молятся за нас немощных и грешных.
Марина19 апреля 2013, 19:19
Как укрепляют такие рассказы! На душе радость и вера в помощь Божию! Спаси Господи!
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×