«Когда отца по ночам вызывали в ГПУ,
мы, дети, вставали на молитву»

Людмила Платоновна Воздвиженская Людмила Платоновна Воздвиженская
От диакона Петра Пахомова: В мае 2017 года протоиерей Александр Зорин, настоятель храма Казанской иконы Божией Матери в Теплом Стане, посетил Людмилу Платоновну Воздвиженскую, исповедовал и причастил ее. Зная, что общение с ней будет содержательным и интересным, он взял с собою меня, чтобы я записал разговор на диктофон и впоследствии подготовил бы материал. Несмотря на то, что Людмиле Платоновне на тот момент исполнилось 96 лет, она сохранила прекрасную память, помнила мельчайшие детали своей нелегкой жизни, и более того – живо интересовалась современной церковной жизнью, сетовала, что не может посещать храм, куда стремилась ее душа. Тот наш разговор длился около 4 часов, и мы даже значительно подустали, чего нельзя было сказать об этой неутомимой женщине. Она была готова вспоминать еще и еще. Жизненная сила Людмилы Платоновны побудила меня повременить с публикацией – хотелось дождаться либо того времени, когда ее отец будет причислен к лику святых, либо 100-летнего юбилея нашей прихожанки. Но в конце прошлого года Людмила Платоновна внезапно заболела и, приобщившись Святых Тайн, отошла ко Господу 16 декабря 2018 года...

Я с детства мечтала стать врачом

Людмила с подругой Людмила с подругой

Отец мой – Платон Николаевич Воздвиженский – был священником. Он служил в Свято-Никольском храме с. Звенигово Казанской губернии (ныне – Республика Марий Эл, г. Звенигово). В селе не было ЗАГСа, всех крестили, и свидетельства подписывал сам папа. Меня крестили в 1921-м году, так что мое свидетельство выдавал отец.

Свидетельство о рождении, выписанное отцом Свидетельство о рождении, выписанное отцом

С детства запомнилось следующее: часто папу просили причастить больного. У него был термометр и какие-то необходимые лекарства. И он захватывал все это с собой, когда шел причащать, чтобы в случае необходимости оказать и первую медицинскую помощь. Я все это видела и с малых лет собиралась стать врачом. Отец мне говорил: «Самое лучшее – быть глазным врачом. Возвращать людям зрение. Когда человек увидит свет и творение Божие, это для него большая радость и приобретение». Был, конечно, и земский врач, но один-единственный, и на нем было все. Когда я начала работать в воинской части, то, как у земского врача, все было на мне, работала по всем медицинским специальностям.

Лишенцы

Уехали мы из дома в чем были. Я вышла из дома с шестимесячной сестрой на руках

В декабре 1930-го – январе 1931 года закрыли нашу церковь. Как? Вдруг наложили какой-то налог. Заявили: «Если не заплатите завтра, закроем церковь и конфискуем все». Описали все имущество. Мне было 9 лет, но все прекрасно помню. Мой брат побежал платить налог, но имущество уже начали описывать. Нас выселили из дома, который построил папа. Мама тяжело болела в это время, но ее не брали в больницу, потому что мы были «лищенцами»: лишены прав. Уехали мы из дома в чем были. Я вышла из дома с шестимесячной сестрой на руках. Нас, детей, не принимали в школу. Хотели усыновлять родственники, потому что нельзя было учиться и могли забрать в детский дом. Но тут вышло постановление, что «дети не отвечают за родителей», и мы пошли в школу. А до этого мы по возможности учились дома, ведь наша мама по специальности была учительницей и ранее преподавала в школе.

Испытания

Семинарист Платон Воздвиженский Семинарист Платон Воздвиженский

Отец Платон Воздвиженский с родственниками Отец Платон Воздвиженский с родственниками

Затем отец получил место в селе Нижний Услон, в храме преподобного Сергия Радонежского, где служил священником его дед, а отец – диаконом. Родился же он в селе Никольском, в Казанской губернии. Наша семья перебралась в Нижний Услон. До этого отец короткое время служил в Свято-Никольской церкви села Карачево Чувашской АССР, и прожили в Нижнем Услоне с 1932 по 1937 год, фактически по 1938, так как его арестовали 27 декабря 1937 года. Еще в 1932-м г. отца Платона часто по ночам вызывали в ГПУ. Мы, дети, вставали на молитву и молились, пока папа не придет. И папа всегда приходил – и у нас, у детей, была радость. Тогда все говорилось в присутствии детей – настолько нам доверяли родители. Я все слышала, все запоминала и никому не говорила, потому что знала: что дома говорят, кому-то сообщать нельзя. Отец приходил из ОГПУ «никакой», и мы с трепетом слушали, как он рассказывал. Там его заставляли отречься. Как? Отслужить последний раз, выйти на амвон в облачении, при кресте, снять его с себя, сбросить и наглядно показать, что «все это ложь», что он «не хочет никому морочить голову», и всенародно сказать, что он «отрекается». Разговаривали фамильярно, угрожали, клали наган на стол. «У тебя дети. Дети не учатся и не будут учиться. Что будешь делать дальше?» Пережили, выжили.

Храм, где служил о. Платон Воздвиженский Храм, где служил о. Платон Воздвиженский

Там его заставляли отречься. Разговаривали фамильярно, угрожали, клали наган на стол

В Услоне была только семилетка. Ее я закончила и жила в Казани у знакомых, чтобы дальше учиться. Когда отца арестовали, я жила в Казани и ходила по тюрьмам, пыталась узнать, где он. Даже была такая уловка: собрать передачу, прийти в тюрьму, отдать в окошко. Если он там есть, то возьмут, если нет – отдадут обратно. Так я обходила все казанские тюрьмы. После уроков иду искать отца по тюрьмам. Потом услыхала от родственников других арестованных: «Надо пойти на ‟Черное Озеро” (там тогда было уже МВД), подать заявление, куда девался ваш отец». Через какое-то время меня вызвали. Я пришла и узнаю: «Осужден на 10 лет без права переписки». Мы тогда не знали, что это значит, долго ждали и надеялись, а потом уже, когда кончилась война, я вышла замуж, и мы с семьей приехали в Хабаровск, муж мне говорит: «Пиши! Ищи отца». И начала писать. В 1956-м году написала запрос в Казань. Пришел ответ: «Посмертно реабилитирован». Опять пишу. «Умер в 1942 от сердечной недостаточности», – отвечают. Снова пишу: «Где же похоронен?» – «Место захоронения неизвестно». Потом, в 1990-х, снова пишу, и вот ко мне приходит молодой человек, приносит материал. Арестован, осужден «тройкой», приговорен к высшей мере наказания. 31 декабря 1937 года вынесен приговор, приведен в исполнение 9 января 1938 в г. Казани. Теперь готовятся материалы к канонизации, к нам приезжал священник из Казани, который теперь занимается делом отца. Папа говорил нам: если спрашивают, кто отец, отвечайте: или рыбак, или учитель.

Крест на могиле бабушкиного деда, по отцу. Был захоронен в церкви, останки нашли при реставрации и перезахоронили Крест на могиле бабушкиного деда, по отцу. Был захоронен в церкви, останки нашли при реставрации и перезахоронили

Внук Платона Николаевича, Вадим Вячеславович Воздвиженский, у мемориала репрессированным священнослужителям в Казани на Архангельском кладбище Внук Платона Николаевича, Вадим Вячеславович Воздвиженский, у мемориала репрессированным священнослужителям в Казани на Архангельском кладбище

И то и другое было правдой. Он был законоучителем звениговской земской школы и чувотарской церковной школы, второй из них он также заведовал. И про рыбака правда: он ловил рыбу на Волге. По воспоминаниям родственника, у него был постоянный «дом» – шалаш из тальника, в котором мы по возможности ночевали. Друзья-рыбаки завидовали папе – у него всегда ловилась хорошая рыба, чем и кормилась семья. Излишки он никогда не продавал, а раздавал прихожанам.

Но я не последовала этому наставлению отца и везде писала всю правду, и везде меня принимали – и учиться, и на работу. Училась я в Казанском медицинском институте. Я благодарю Бога! Я поняла, что такое жизнь, и хочу жить еще.

Война

Всех мальчишек с нашего курса отправили зауряд-врачами, а нам, девчонкам, дали доучиться до конца, я получила диплом, и тут же меня со всеми выпускниками, у кого не было семьи и не было медицинских противопоказаний, а таких было у нас было человек сто девушек, в 1944-м году отправили в Москву, а оттуда – на фронт.

На втором курсе я пошла работать медсестрой, а маму знакомая, вдова священника, устроила в клинику делопроизводителем, потом в лабораторию. В Нижнем Услоне ее никуда не брали на работу. Я тоже со второго курса работала медсестрой. Так наша семья и смогла выжить.

Отец Платон с семьей Отец Платон с семьей

В армии меня отправили в артиллерийский полк. В более мелких подразделениях врачей уже не полагалось, я оказалась ближе всего к передовой. Началась другая жизнь. У меня было четыре лошади, четыре повозки. Управлять надо. А как? Я молодая девчонка, управлял фельдшер. Я в лошадях ничего не понимала. Мне начальство сказало: «У вас лошади грязные!» – «Мы их помоем». А лошадей не моют, их чистят. Так что выручал меня фельдшер. Везде мне встречались хорошие люди.

Людмила Платоновна Воздвиженская с подругой Людмила Платоновна Воздвиженская с подругой

В землянке, со свечой приходилось оказывать первую помощь раненым

В марте пришли на Одер. Можно сказать, «передовей» полковых врачей не было. В землянке, со свечой приходилось оказывать первую помощь раненым. После Одера пришлось перейти в медсанбат, и меня поставили ассистентом главного хирурга. День и ночь приходилось оперировать. Порой мы не знали, день или ночь сейчас. Когда не понимаешь опасности, то не страшно. Однажды открыла дверь во двор, а по булыжнику стучат капли дождя. Не сразу я поняла, что это стреляют. Я пришла старшим лейтенантом, дослужилась до капитана. Зарплату отправляла матери, чтобы поддерживать семью.

Послевоенные годы

Людмила Платоновна Воздвиженская. Берлин, 1945 г. Людмила Платоновна Воздвиженская. Берлин, 1945 г.

Людмила Воздвиженская с мужем. Берлин, 1945 г. Людмила Воздвиженская с мужем. Берлин, 1945 г.

После войны вышла замуж. Встретила в полку мужа. Он долго ко мне приглядывался, ухаживал. Все время встречал меня где-то и спрашивал: «Куда вы идете? Мне с вами по пути». Однажды несла в руках автобиографию. Когда я ее положила, он взял и прочитал. И ничего не сказал, потому что в Кубани сталкивался с раскулаченными и все понимал. Потом написал матери письмо, сказал, что он думал, что уже настолько огрубел, что не сможет никого полюбить, но теперь встретил хорошую девушку. Не побоялся моей биографии. И я вышла за него замуж.

1946 г Майнинген. С мужем Алексеем Михайловичем Шаповаловым и дочерью Софией 1946 г Майнинген. С мужем Алексеем Михайловичем Шаповаловым и дочерью Софией

В Германии пожили, потом перевели на три года на Украину. Пришла в Горздрав: хочу работать педиатром. Я поступала на педиатрический, в военное время нас всех выпустили «лечебниками», но я всегда стремилась к педиатрии. Всегда очень любила детей.

1955 г. Москва, с мужем и детьми Софией и Алексеем 1955 г. Москва, с мужем и детьми Софией и Алексеем

Прошла все ступени: ясли, детсад, училище. Муж закончил академию, и мы поехали на Дальний Восток. Затем опять вернулись в Москву. Работала в Первом медицинском институте, во Втором, на кафедре гистологии, потом участковым врачом. В клиниках сначала изучают больного, делают анализы, консультируют, а участковый сам должен принять решение. Мне говорили: «У тебя есть интуиция». Что такое интуиция? Как говорили раньше: «Есть просто врачи, а есть врачи от Бога». Закончила работу педиатром.

Людмила Платоновна Воздвиженская. 1990 г. Людмила Платоновна Воздвиженская. 1990 г.

Поставили бы рядом храм, я бы как-нибудь туда добиралась с палочкой

Когда мы переехали в Теплый Стан, то все храмы в округе были либо закрыты, либо вообще разрушены

Мне порою интересно, что бы сказал отец, если бы дожил до нашего времени, когда стало возможным свободно служить. Я-то носила крест на булавочке, хоть и не скрывала, но никому не рассказывала. Никто не знал и не подозревал, что я хожу в церковь. А почему? Потому что не встречала в церкви никого из знакомых. Я не помню, например, чтобы я кого-то встретила из однокурсников. А если встречался, то он, значит, такой же, как я, верующий, и не будет никому рассказывать. Когда мы переехали в Теплый Стан, то все храмы в округе были либо закрыты, либо вообще разрушены. Бывала потом в храме Петра и Павла в Ясенево. Там мне запомнилось удивительно красивое распятие. Когда я молюсь, то всегда представляю себе это распятие. Потом одно время ходила на богослужение в Даниловский монастырь, особенно запомнилось пасхальное богослужение. Очень любила храм Иоанна Воина. Туда тоже ходила.

Генеалогическое древо Генеалогическое древо

Ездила в Богоявленский собор. Там был протоиерей Вячеслав Марченков, хороший проповедник. Но я его потеряла из виду. Приехала сестра из Казани. Ее направили в диспансер, на Бауманскую. Она намного моложе меня и воспитывалась в атеистическом обществе. Предложила зайти в Богоявленский храм. Шел молебен, служил отец Вячеслав. И она прониклась этой службой и стала ходить в храм в Казани. Часто приезжала в Москву – и сразу к отцу Вячеславу в Богоявленский собор. Стала исповедоваться. Так уверовала, так стала молиться, что стала меня контролировать: регулярно ли причащаюсь, исповедуюсь. И сама избавилась от тяжкого недуга пьянства. И вот однажды приехала, пошла одна и сказала: «Отца Вячеслава перевели в храм Успения в Вешняках».

Протоиерей Александр Зорин, Людмила Платоновна и внучка Екатерина Протоиерей Александр Зорин, Людмила Платоновна и внучка Екатерина

Но теперь уже никуда не хожу из-за возраста. Смотрю богослужение по телевизору. Но я там не присутствую, а только смотрю. Это совсем другое. Вижу старушек, которые стоят на службе, и думаю: «Какие счастливые: у них есть силы!» Все время думаю: может, надо перебарывать себя, идти в храм? Открыли недалеко храм великомученицы Анастасии. Я туда ходила, но мне несколько раз становилось плохо. Лучше бы на этой стороне поставили храм вместо дома-башни, я бы туда ходила с палочкой и с кем-нибудь под ручку.

О священнике Платоне Николаевиче Воздвиженском можно прочитать здесь.
Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Станция Фосфоритная Станция Фосфоритная
Андрей Орехов
Станция Фосфоритная Станция Фосфоритная
Андрей Орехов
Во сне я оказался на лугу, передо мной было расстелено льняное полотенце, на котором лежали распятие, земля и молитва, а по синему небу над головой плыли облака.
Вера из Суоярви Вера из Суоярви
Светлана Кривцова
Вера из Суоярви Вера из Суоярви
Памяти Веры Фоминичны Воропаевой
Светлана Кривцова
Она была первой, кто начинал историю прихода в Суоярви. Она была первой, кто покинул храм Рождества Христова ради перехода в жизнь вечную. И случилось это в день, когда православная церковь празднует Собор Пресвятой Богородицы.
«Нам – Голгофа…» «Нам – Голгофа…»
Дом-храм Малышевых в Вышнем Волочке и его обитатели
«Нам – Голгофа…» «Нам – Голгофа…»
Дом-храм Малышевых в Вышнем Волочке и его обитатели
Дмитрий Михайлов
Этот дом был тайным храмом. Он помнит многих замечательных людей, хранивших верность Христу и пострадавших за это. И потому местные жители выступили с инициативой устроить тут музей новомучеников и исповедников Вышневолоцких.
Комментарии
Галина12 февраля 2019, 07:55
Интересно! Понравилось! "За смирние Бог даёт терпение"
светлана 4 февраля 2019, 18:32
Царствие Небесное рабе Божией Людмиле!хорошую жизнь прожила.
Илья 3 февраля 2019, 01:26
Спаси Господь! Вспомнилась книга-сборник "Отец Арсений" и книга ""Для слова Божьего нет уз..."
Сергей 2 февраля 2019, 20:06
Быть может вот из-за таких как верных как Людмила Платоновна и терпит нас Господь.
Валентина Левина31 января 2019, 17:50
До глубины души тронуло живое свидетельство о жизни, в таких гонения оставались верными Господу. И Бог хранил прошла войну и сохранила любовь, веру... Слава Господу! Светлая память.Спасибо.
Владимир31 января 2019, 09:38
Благодарю вас за эту очень поучительную историю. Мир Дому вашему!
aлексей30 января 2019, 16:29
надо своим детям почитать пример ее жизни. как она и ее семья были притесняемы, ругаемы, лишены, но оставались верны Богу и Церкви.Вечная память исповеднице Людмиле и членам ее семьи!
Ирина30 января 2019, 01:15
Царствия Небесного Людмиле Платоновне! Вот пример христианской жизни!
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×