Рукоделки и плюшарики Девичьей обители

Арзамасский Николаевский женский монастырь

Трапезный корпус иногда называют Брусничным домиком. По цвету верхнего, второго этажа. Кто-то сказал однажды, да так и прилепилось. Сидя внизу в маленькой трапезной, я не раз думала о неисповедимости путей Господних. О том, что, может быть, именно на этом самом месте стоял стол, за которым учила уроки моя мама. Да, именно здесь в советское была квартира моего дяди, и мама приехала к своему старшему брату в Арзамас, чтобы учиться в старших классах (в деревне была лишь школа-восьмилетка). Квартира находилась в так называемом «Комсомольском городке». Ни она, ни дядя, ни его жена и дочка не подозревали, что «городок» – это поруганный монастырь, некогда цветущая Арзамасская Николаевская женская обитель. Ее вернули Церкви в 1994 году, и сейчас это настоящая жемчужина древнего города.

«Девич монастырь…»

Николаевская обитель – почти ровесница Арзамаса. Официальной датой основания города является 1578 год. Иван Грозный во время похода на Казань повелел заложить здесь деревянную крепость. А через два года житель города Феофилакт Яковлев построил на собственные средства у городских стен деревянную церковь во имя святителя Николая Чудотворца. Вскоре сам принял священный сан и начал служение в этом храме.

Ни мама, ни дядя не подозревали, что «городок» – это поруганный монастырь, некогда цветущая Арзамасская Николаевская женская обитель

Неизвестно, сколько времени прошло после 1580 года, но, видимо, немного, до того момента, когда приход получил бесценный подарок – резной деревянный образ Николая Чудотворца, именуемый Николой Можайским. Дар этот отец Феофилакт получил от игумена арзамасского Спасского монастыря Сергия вместе с предложением создать в юном городе девичью обитель.

Так Никольский храм из приходского стал монастырским. Рядом с ним усердием священника Феофилакта появились теплая церковь в честь Богоявления Господня с приделом во имя святого великомученика Георгия Победоносца, колокольня и 30 келлий.

В описи начала XVII века читаем:

«… вышед из города от Настасейских ворот, и идучи к Кузнечным воротам, на правой стороне от городовыя стены десять сажен – девич монастырь; церковь Николая Чудотворца Можайского да придел Космы и Дамиана, да церковь теплая Богоявления Господня да великомученника Георгия…».

То есть монастырь изначально находился за стенами арзамасского кремля, но в начале XVIII века крепостная стена опояшет его. Примечательны и «Настасейские» ворота. По преданию, сам государь Иоанн IV назвал одну из башен Арзамасской крепости в честь своей первой, любимой супруги Анастасии.

XVII век принес много горя Русской земле. Арзамас тоже умылся кровью и слезами. Начало столетия – Смута. В 1607 году город штурмовали остатки разбитого войска Ивана Болотникова, в 1608-м – тушинцы, в 1611-м – смоляне… Вторая половина века – Разинское восстание. В городе находился штаб войск, руководимых князем Юрием Долгоруким. После подавления восстания Арзамас превратился в «плаху России». Бунтовщиков сюда привозили отовсюду. За три месяца в городе казнили 11 тысяч человек.

Среди них оказалась монахиня Свято-Николаевского монастыря Марфа. В миру – Алена, в истории она осталась как Алена Арзамасская. «Вор-старица», как называл ее в своих бумагах князь Долгорукий, руководила огромным отрядом разинцев – по некоторым сведениям, в несколько тысяч человек. Она была взята в плен, обвинена в колдовстве и сожжена заживо.

В 1757 году в Арзамас проездом из Санкт-Петербурга в Саров прибыл иеромонах Феодор (Ушаков) – будущий преподобный Феодор Санаксарский. С ним приехали ученицы, которые остались в городе, став насельницами Николаевского монастыря.

Обитель связана и с именем другого подвижника – святого праведного Алексия Бортсурманского. Он был духовным наставником одной из настоятельниц – игумении Марии (Ахматовой).

Со времени своего основания обитель неоднократно горела и восстанавливалась, на смену деревянным зданиям приходили каменные, росло число сестер. В 1913 году их было 325, помимо прочих послушаний насельницы трудились в иконописной мастерской, шили церковные облачения и украшали их золотной вышивкой, вязали чулки, пуховые платки, стегали одеяла.

До революции Арзамас называли «городом тридцати трех церквей»

Свято-Николаевский монастырь был украшением Соборной площади, да и всего «города тридцати трех церквей», как называли Арзамас до революции. В 1928 году обитель закрыли. В обезглавленных храмах устроили склады и учреждения. Святое место стали называть «Комсомольским городком». Но все возвращается на круги своя. Сейчас Николаевская обитель полностью восстановлена. И, возможно, стала еще краше, чем в начале прошлого века. Особенно в рождественские дни.

Плюшарики и рукоделки

Улыбающийся снеговик в Свято-Николаевском монастыре

Входишь во врата – и будто оказываешься в рождественской сказке. Или в далеком детстве. Заснеженные елки и хвойные букеты, светящиеся олени, улыбающийся снеговик…

– Это наши рукоделки, – показывает сестра Нина, одна из насельниц, на огромный елочно-игрушечный сверкающий букет у входа в Богоявленский храм. – Это с елочкой. А есть еще цветочные рукоделки. Летом, весной и осенью в обители очень много цветочных композиций. Я первое время ходила и трогала их – настоящие или нет. Настоящие. Но стабилизированные. То есть букет, обработанный специальным составом. Если за ним правильно ухаживать, может сохраняться до двух лет. Сейчас у нас рождественские – тут и живые веточки ели, и стабилизированные, и искусственные.

Рождаются букеты в мастерских, которые так и называются – «Рукодельные мастерские». Какую только красоту здесь не создают! Лампадки, например, украшают. Не только в монастырских, но и в других арзамасских храмах можно их увидеть, даже в кафедральном Воскресенском соборе.

Не так давно начали в обители украшать вышивкой иконы. Когда-то и Николаевский, и второй женский монастырь Арзамаса – Алексеевский – славились золотным шитьем. Какие были иконы, ризы, плащаницы! И лицевое шитье, и канитель, и поталь – всем занимались сестры. Говорят, сестры Алексеевского монастыря ездили в Грецию, и греческие мастера учились у них. После революции обитель эту тоже разорили. Алексеевский монастырь в Арзамасе сейчас возрождается, а золотное шитье возвращается из небытия в Николаевской обители.

Первая икона сейчас в работе – Казанская. Расшит будет образ золотыми нитками, жемчугом, бисером и канителью. А вот святитель Спиридон Тримифунтский. Здесь не вышивка, украшения приклеены, но тоже чудесно!

В мастерской, где делают елочные игрушки (в основном шарики), – разнообразие ленточек, камушков, фигурок маленьких плюшевых ангелочков и птиц, а также разных симпатичных зверюшек. А шаров сколько! Самый большой – диаметром сантиметров 30.

Мастерицы берут обычные, самые дешевые гладкие шарики и сначала обтягивают их бархатом. Потом украшают жгутами, цепочками, микробисером. А вот дальше игрушка станет либо плюшариком, либо валяной рукоделкой.

Плюшарик – это когда приклеивается плюшевая картинка, вокруг нее идет окантовка. Потом на игрушку прикрепляется так называемая брошка. Вышивальщицы тоже прикладывают руку – есть на части плюшариков и вышитые элементы. А потом мастерицы добавляют, если требуется, прочие украшения, доводя елочную игрушку «до ума». Например, приклеивают бантики. Их можно украсить кабошонами. Часть деталей золотят, покрывая золотой пыльцой.

На елочках в Николаевском монастыре можно увидеть и лисичек, и белочек, и медведей. Валяные мордочки будто выглядывают из норок-шариков.

– Берем шерсть, – рассказывает сестра Нина, – специальную иголку, раз-два – и получаются меховые игрушечки. Это называется фелтинг.

Кроме сестер рукоделием в монастыре занимаются и трудницы. Они приезжают в обитель не только из Арзамаса и окрестностей, но и издалека, например, из Алтайского края или Перми.

– Конечно, работа в радость, – мастерицы Татьяна и Елена делятся впечатлениями, – но бывает, что и поплачешь, когда не получается. Распустишь да заново. По-разному бывает. Шьем – молимся. Господь помогает. А самое главное чувство во время работы – это благодарность Богу. За то, что соприкасаешься с такой красотой.

– Рождество – это ощущение чего-то доброго и светлого, – улыбается сестра Нина. – А каждая игрушка на елке – особые воспоминания. Раньше дома на елку игрушки вешали, и с каждой что-то связано. У меня есть одна, так она со мной одного возраста! Берешь в руки… Надо же, еще не разбилась… Так и здесь – вешаешь шарик и думаешь: вот этот с тем-то вместе делали, эти вот оттуда приезжали, эта вот еще приедет… Смотрите: шарик – уже прошлогодний, он остался как образец. С надписью – 2025. Вот и думаешь, как ты этот год прожил…

Рождественская елка в Свято-Николаевском монастыре

Заснеженным вечером выходишь из корпуса, где трудятся сестры. Повсюду елочки. Блестят на ветках игрушки – искры праздника. «Рождество Христово! Ангел прилетел…» И рассыпал радость по всей земле! Кому-то в виде подарка в блестящем пакетике, кому-то – в виде нечаянной счастливой встречи или хорошего события, а здесь в Николаевской обители – в виде нарядных рождественских игрушек, сделанных добрыми, умелыми, золотыми руками сестер.