Личное Сретение Бога

Фото: monastery.ru

«Сретение» – значит встреча, и праздник Сретения Господня напоминает нам о самом знаковом событии в нашей жизни – встрече с Богом. У каждого она случается по-своему. У кого-то легко и естественно, у кого-то в мучительных сомнениях. У одного через радость, а у иного через отчаяние или горе. Одни приобретают веру как драгоценное наследство от своих родителей, другие говорят «верю!» лишь на самом закате жизни, перед лицом смерти.

Но так ли важно, как произошла эта Встреча? Главное – увидеть и осознать, с Кем ты встретился. А потом пронести это сокровище по жизни, храня его в сердце как первое и главное, определяющее все наше дальнейшее существование. Как Встречу, изменившую жизнь.

В этом материале – фрагменты интервью разных лет, где прихожане белорусских храмов и священнослужители рассказали о том, какой была их встреча с Богом и как начинался их путь к вере.

«Меня приметили в храме и предложили прислуживать в алтаре»

Архиепископ Феодосий (Бильченко):

Архиепископ Полоцкий и Глубокский Феодосий (Бильченко). Фото: vitvesti.by

– Родился я в 1943 году в г. Батуми, в семье военнослужащего. В советское время, как известно, открытое исповедание веры было практически исключено: можно было лишиться должности и вообще попасть в тюрьму. Но в нашей семье не было ни безбожия, ни атеизма. Мать моя, работавшая врачом, была человеком верующим, но малоцерковным. Отец же, будучи офицером советской армии, не мог ни в церковь пойти, ни при людях лоб перекрестить, однако как-то сказал мне: «Ты в Бога веруй, но в церковь не ходи, потому что с меня снимут погоны». То есть он не был ярым атеистом и не препятствовал нам молиться. Иногда мы даже ходили с бабушкой в храм. Моя бабушка по материнской линии была человеком глубоко верующим. Она обладала большим авторитетом в семье и именно она смогла вселить в наши сердца веру в Бога.

В детстве и в годы юности я был вполне светским человеком. И это закономерно, ведь воспитывался-то в советском обществе. Но в мире действует Промысл Божий. И каждому от Бога дано призвание. Очевидно, Господь включил меня в число тех, которые должны были быть призваны на служение Церкви.

Отец сказал мне: «Ты в Бога веруй, но в церковь не ходи, потому что с меня снимут погоны»

В юности у меня было два идеала, совершенно далеких от Бога, от Церкви – кандидат наук и мастер спорта. Я очень любил науку (владыка работал в Академии наук УССР – Институте низких температур и Институте радиофизики и электроники. – Е.Н.), увлекался спортом и много усилий прилагал на этом поприще. Что-то получалось, что-то нет. А один мой друг говорил: ты хочешь везде быть первым…

Но Господь звал меня на иное служение. Первый раз это случилось, когда я был 16-летним подростком. В церковь я тогда ходил с опаской, не в центре города, чтобы меньше на глаза попадаться. Но меня в храме приметили – довольно часто приходил – и предложили прислуживать в алтаре. Я удивился этому предложению и отказался, потому что был тогда совсем светским человекам, хотя и верил, и молился. Но стать вдруг церковнослужителем!.. Когда я вернулся домой и рассказал маме о том, что мне предлагали, она спросила:

– А что ты ответил?

– Отказался.

И она с укором воскликнула:

– И ты отказался?!

Позже был еще такой случай. У меня был очередной отпуск, и я приехал в гости к матери. Тогда уже явного гонения на Церковь не было, и мы с мамой пошли в храм, который она постоянно посещала. После всенощного бдения к нам неожиданно подошел дьякон и спросил у мамы:

– Это ваш сын?

– Да.

– А он не хочет учиться в семинарии? У меня есть знакомый, который может помочь ему.

Придя домой, мы с мамой долго размышляли над этим предложением. И я, в конце концов, сказал: «Ну, как Бог даст, пусть так и будет».

И после этого год меня Господь вел. Это был год реального ощущения присутствия Бога во всем! Это была такая благодать! Потому что буквально каждый день был насыщен какими-то маленькими чудесами, какими-то большими или малыми проявлениями присутствия Божия в мире. За этот год мне было дано столько духовного опыта, сколько, наверное, я потом за всю свою жизнь не получил.

Я как бы читал книгу Божию, которая была широко раскрыта передо мной. Я понял, что все мои действия читаемы на небесах, что Господь все видит, слышит и на все мои действия от Него следует соответствующая реакция. Я реально ощущал и награду, и наказание. Мне стало очевидно, что все мы ходим перед Богом, перед Его очами. Куда ни пойдешь – везде Бог, который укоряет, вразумляет и в то же время обнадеживает и помогает. И это открытие настолько потрясло мою душу, что в конце того года я готов был бегом бежать в семинарию!

«Однажды я сказал: “Господи, если Ты на самом деле есть, открой мне Себя”»

Архиепископ Артемий (Кищенко, 1952–2023):

Архиепископ Артемий (Кищенко)

– Я был воспитан в семье нецерковной. В классе 7–8-м как-то сердцем почувствовал, что есть благодать Божия, есть сила Божия. И сказал: «Господи, я не знаю, Кто Ты Такой, но Ты Сам мне о Себе расскажи. Если Ты на самом деле есть, то открой мне Себя». И вы знаете, в самом деле, Господь открывает. Расскажу только маленький момент из своей жизни.

Будучи 14-летним мальчиком, я пришел в церковь (храм Александра Невского в Минске. – Е.Н.) и там познакомился с женщиной. Однажды она пригласила меня на чай. Вижу: висят у нее иконы. Начал расспрашивать о том, что на них изображено. Она стала рассказывать, и я спросил:

– А откуда вы все это знаете?

– Из Евангелия.

– А что такое Евангелие?

– Это то учение, которое Господь принес нам на землю. И если ты его почитаешь, то узнаешь, что Господь сделал для нас и чего от нас хочет.

«А где взять Евангелие?» (в то время эту книгу было не найти) – «Помолись Богу, и Он тебе даст»

– А где взять Евангелие? (в то время эту книгу было не найти).

– Помолись Богу, и Он тебе даст.

Это было в воскресенье. В понедельник я пошел в школу. После нее опять пришел в церковь (она была недалеко от школы), а сторож меня встречает и спрашивает:

– Тебе Евангелие не надо?

– Надо.

– На, бери.

– А где вы взяли?

– Пришел мужик, не хватало на пиво два рубля – продал мне Евангелие, оно ему от бабушки осталось.

По-человечески все понятно… Но человек принес Евангелие именно в тот момент, когда книге этой нужно было находиться в церкви, потому что за ней придет мальчик, которому она нужна. Ну, разве не рука Божья?! Можно, конечно, сказать, что это случайность… Только верующий человек видит все духовными глазами. И каждый из вас, если начнет свою жизнь анализировать, обращаться к Богу, увидит, что Он отвечает.

«Вера – это внутреннее, сокровенное, что было и есть во мне»

Архиепископ Стефан (Корзун, 1944–2022):

Архиепископ Стефан (Корзун). Фото: tomin.by

– Я себе ничего не выбирал. Возможно, за чьи-то молитвы таким я уродился… И что я могу рассказать, если вера – это внутреннее, сокровенное, что было и есть во мне…

Белорусская деревня, где родился Игорь Корзун, находилась в безбожном районе, где не было ни одной церкви. Но старые люди помнили и рассказывали про свои разрушенные святыни, про то, как жили предки, как ходили в храм, молились, как ладили крестные ходы. В те безбожные времена ближайшим к родной деревне будущего архиерея был храм в Лядах (теперь около него восстановлен Свято-Благовещенский мужской монастырь). Все верующие из округи ходили в эту церковь. Именно там же в возрасте 14-ти лет крестился Игорь, туда очень часто приходил на службу. Когда храм в Лядах закрыли, юноша начал приезжать в Минск. Родным говорил, что пойдет в кино или театр, а сам – в церковь. И не только чтоб побыть на богослужении, но стремился сходить на исповедь и причаститься. Однако пойти в семинарию он решился, только когда ему было уже 28 лет, после того как получил специальность агронома.

– Ждал, когда Господь позовет, когда будет удобный момент, чтобы поступить в духовную школу. И вот когда я уже отслужил в армии, отец Михаил Чуприс из кафедрального собора, с которым я часто советовался, начал меня готовить к поступлению.

Я 18 июня 1972 года отослал документы в Московскую семинарию. На то время я с марта уже нигде не работал, специально уволился – ждал вызов из Москвы. А 3 августа, помню, мы с братом сарай разбирали – одежда вся в пыли. А тут секретарь райкома приезжает и зовет меня: «Знаешь, зачем приехали?» Говорю: «Почему ж нет. Будете меня в семинарию не пускать». И начал он на меня ругаться. Думаю: «Надо ж его как-то успокоить, хорошо поговорить – иначе ничего хорошего не будет». И говорю: «Что вы на меня напали, дайте время одуматься, может, работу какую-нибудь рядом с домом дайте». Тот: «Хорошо, завтра к 10-ти часам ко мне – в райком». И поехал.

В тот же день на имя Игоря Корзуна пришла повестка из военкомата, а вечером приехала еще одна машина:

– Два милиционера взяли меня под руки и повезли в районное отделение милиции. Там на стол положили столько антирелигиозных книг, что меня за ними видно не было, и начали: «Тунеядец ты! Тебя в тюрьму надо посадить!»

Слушал я их, слушал и думаю себе: «Посадят еще в камеру к уголовникам, а те и побить могут». Тогда говорю: «Что вы тут меня задерживаете? Завтра меня секретарь райкома вызывает, а я не собранный, в грязной одежде. Как я к нему пойду?» Тогда отпустили.

На другой день Игорю посчастливилось решить все проблемы. В военкомате его не взяли на сборы, так как он был безработный, а таких брать не позволялось. Секретарь райкома, видать, удовлетворенный тем, что проблема с неудавшимся «семинаристом» очень просто разрешилась, позвонил директору совхоза в Корзунах и приказал тому взять парня на работу… Но Игорь не пошел в совхоз – на самом деле свободных вакансий не было, и тут его с миром отпустили домой. И он со словами «если что появится, приду работать» пришел домой.

Через три дня почтальон принесла конверт – это был долгожданный вызов на экзамены в Москву.

– Быстренько собрался – и в Минск. Это был август – с билетами на поезд тяжело, но купил билет. Еду… Вдруг вижу: рядом с поездом милицейский «козлик» движется. Ну, по мою душу, видать! Но обошлось. Вот так и ехал всю дорогу – на сердце тревога. И в Москве все вокруг озирался.

Когда добрался до Сергиева Посада, пока не сдал вступительные экзамены, никуда не выходил. Так меня семинаристы научили, ибо, как они говорили, можно было выйти из лавры на минуту и уже больше не вернуться.

«Это произошло во время пения “Взбранной Воеводе”»

Отец Павел, священник:

– Для меня момент Божьего посещения произошел на богослужении. Когда во время службы пелось «Взбранной Воеводе», тогда я почувствовал, ощутил… Это сложно передать… Наверное, это был процесс включения всей моей природы в осознание того, что слова, которые звучат в этом песнопении, истинны. И что та мощь Горнего мира, которая выражается в этих словах, и заступничество Богородицы – действительно правда. Правда, которая ни в коей мере не может родниться с нашими человеческими правдами – непостоянными и изменяющимися. Это что-то неизменное.

«Очень важно вложить веру в детстве»

Татьяна, офисный работник:

– Веру в Бога в меня заложила бабушка, которая была глубоко верующим человеком. Она одна с семью детьми, без дома, без крова пережила войну. А последнего ребенка родила во время боя, под телегой, когда гнали обоз в Германию. И я знаю, что моя бабушка выжила только благодаря тому, что она верила в Бога. Ее жизнь – большой пример для меня.

В какой-то момент своей жизни я поняла, что молитва имеет огромную силу

У меня есть молитвослов 1902 года издания, который достался мне от бабушки. Я его очень берегу. Всегда засыпаю и просыпаюсь с молитвой, а первую свою молитву я запомнила еще в детстве, ей меня научила бабушка, это молитва Ангелу-хранителю. В какой-то момент своей жизни я поняла, что молитва имеет огромную силу, поэтому и детей своих учила, чтобы они обращались к Богу с молитвой. Я считаю, что очень важно вложить веру в детстве.

«Когда мой дедушка читал молитву…»

Елена, служащая частной фирмы:

– Мне помнится до сих пор, как вся наша большая семья собиралась у дедушки и бабушки на Пасху. Когда мой дедушка читал молитву, я чувствовала… Что чувствовала? Выразить словами это, наверное, нельзя. Это какое-то внутреннее состояние – ощущение того, что Бог есть.

Повзрослев, я стала чаще ходить в церковь. Особенно когда племянница родилась. Мы ее окрестили, потом на причастие водили и начали все вместе приходить в храм, понимая, что от этого и ребенку будет хорошо, и мы поможем ей своей молитвой. И много разных случаев было, когда Бог помогал.

«В институте преподавали атеизм. Но мне было недостаточно голословных утверждений»

Валерий, инженер-электрик:

Если храм Божий – это место встречи с Богом, то моя встреча произошла, когда я в первый раз пришел в храм

– Как народ говорит? «Гром не грянет – мужик не перекрестится». А когда человек начинает что-то сам искать в душе, это, наверное, уже не от страха, а от желания узнать, ощутить себя в этом мире. Если храм Божий – это место встречи с Богом, то моя встреча произошла, когда я в первый раз пришел в храм. Это было в то время, когда я учился в институте, тогда еще преподавали атеизм. Мне было недостаточно таких голословных утверждений, и я начал ходить в храм, интересоваться религиозной литературой. Это было в 1970-х годах.

На эти посещения храма я смог потом опереться в дальнейших жизненных трудностях. Это давало мне духовную поддержку. Давало мне возможность восполнять те пробелы, которые не заполняло общее образование.

«Моя встреча с Богом произошла через искусство»

Виктор, иконописец:

– Моя встреча с Богом произошла через искусство, через литературу. Ведь каждое хорошее произведение так или иначе включает в себя память о том событии, которое произошло 2000 лет назад, память о явлении Христа.

В школе нам не преподавали Евангелие, Закон Божий, было белое пятно… И когда сталкиваешься с Евангелием, с Библией, ничего не понимаешь, не осознаешь того, что встреча с Богом уже произошла. Но радость охватывает незабываемая!

У каждого это по-своему… Но Господь заботится о всех и каждому дает возможности для встречи – просто надо уметь их видеть. Надо открыть сердце!

Как и в иконе – ее невозможно писать рационалистически, умом, просто копируя то или иное изображение. Мы стараемся не привносить в икону своих страстей, своего понимания, стараемся следовать канону. Тем не менее стараемся научиться писать от сердца, просто, как дети. Искренне писать правду.

«И я вдруг вижу, как из облачной массы появился образ Иисуса Христа!»

Татьяна, многодетная мать:

– Когда ждешь, время всегда томительно тянется. Так и я все ждала, ждала того главного, ради чего живу. Я ощущала всем существом, что живу для любви, но ее не было. Той Любви, которая выше всего земного, выше счастья… Только не знала, что она везде и что это – Бог.

Неприметным дуновением вошло в душу покаяние. Душа плакала, томилась грехом, и выливалась эта боль неведения слезами. Горючими потоками слез, как безутешное дитя, рыдала я, стыдясь своей жизни. Так продолжалось почти год…

Каждый, кто хоть немного знаком с поэзией, помнит образы, которые могут принимать облака. То это корабль с парусами, то небесный замок, то барашки… В мечтательной тоске смотрела я на небо в день Сретения Господня (только не знала тогда, что есть такой праздник) и вот вижу, что облако на небе – не облако. Из облачной массы на небе появился образ Иисуса Христа! Господь протягивал мне ладонь. Собственно говоря, это был лишь Лик и ладонь, как будто Он смотрел на меня вертикально сверху. И я поняла, что Бог зовет меня!

Я долго в оцепенении и блаженстве наблюдала это «облако». Наконец опомнилась и решила отвести взгляд, чтобы проверить, не исчезло ли видение… Подняла глаза – а Он все зовет. Вот она – мистическая встреча!