Евангельская простота

Благовещение. Караваджо

Когда мы слышим в Новом Завете призыв Спасителя или апостолов к простоте, то оказываемся на распутье понимания. Ведь это понятие весьма неоднозначно среди людей: одни смотрят на неё мирским «здравым рассудком», другие – с метафизических высот философии. Нам же нужно постараться осмыслить его в свете Благой вести.

Мирской взгляд

В миру слово «простота» двойственно. В применении к людям оно может означать и добрую детскую бесхитростность, и примитивную ограниченность, и даже опасную глупость. Её значения варьируются от безобидного к злому. С одной стороны, «будь проще – и люди к тебе потянутся»; с другой, «простота – хуже воровства».

Так называемый «здравый рассудок» вообще не склонен считать простоту добродетелью

Так называемый «здравый рассудок» вообще не склонен считать простоту добродетелью: слишком «простой» человек рискует прослыть наивным простаком, которым легко манипулировать. Напротив, ценятся изворотливость, многоплановость умозаключений, умение просчитывать ходы, недоверие и подозрительность – то есть всё то, что простоте прямо противоположно. В обществе, где успех часто сопряжён с хитростью и расчётом, простота выглядит подозрительно: её принимают либо за отсутствие ума, либо за скрытую игру.

Простота в философии

С точки зрения метафизики, подлинная простота есть единство. Совершенно просто то, что состоит из одного единственного, неделимого элемента. Такой простотой, по убеждению философов и богословов, обладает только абсолютный Бог. Он есть Сама Простота, Само Единство, от Которого происходит все тварное сущее. Всё, созданное простым Богом, принципиально сложно. Простота Бога означает, что в Нём нет противоречий, частей, изменений: Он весь есть Бытие, Истина, Сила, Жизнь и Любовь.

Человек – самое совершенное и, пожалуй, самое сложное творение Божие, состоящее из души и тела, которые в свою очередь состоят из своих элементов. Бытийная сложность человеческого существа имеет божественное происхождение; поэтому она объективна и принципиально неискоренима. Для обладающего телом человека невозможно стать простым как ангел, не говоря уже о духовной простоте Самого Бога. Философская простота недостижима для человека. О какой же простоте говорит Христос?

Новозаветное свидетельство

Обратимся к Новому Завету. В его греческом тексте слова корня ἁπλ- встречаются в общей сложности 11 раз:

• существительное ἁπλότης (простота, искренность, прямота) – 8 раз,
• прилагательное ἁπλοῦς (простой, цельный, здоровый) – 2 раза,
• наречие ἁπλῶς (просто, щедро, без упрёков) – 1 раз.

Из этих 11 упоминаний лишь два находятся в самих Евангелиях – это Мф. 6:22 и Лк. 11:34, где Господь говорит о «простом оке». Все остальные случаи – в посланиях апостола Павла (2Кор. 1:12; 8:2; 9:11, 13; 11:3; Рим. 12:8; Еф. 6:5; Кол. 3:22) и в Послании Иакова (Иак. 1:5), где простота понимается как искренность, щедрость и прямота сердца.

Нигде в Новом Завете простота не считается глупостью или наивностью

При этом ни единого раза во всем Новом Завете слова этой группы не употреблены в отрицательном или насмешливом смысле. Нигде простота не считается глупостью или наивностью. Напротив, апостол Павел желает, чтобы мы были «просты на злое» (Рим. 16:19 – в оригинале стоит ἁπλοῦς).

Итак, евангельская простота – это исключительно высокое нравственное качество человека. Она всегда – свет, всегда – добродетель, всегда – благо.

Внимательные читатели должны были заметить, что в перечне новозаветных мест о простоте нет фразы из Мф. 10:16: «Будьте мудры как змеи, и просты как голуби». Здесь используется слово ἀκέραιος (акэрайос), означающее «несмешанный», «чистый»; в переносном смысле – «неиспорченный», «целый», «невинный». Как видим, по своим буквальным и переносным значениям оно является синонимом слова ἁπλοῦς. Так что синодальный русский перевод здесь вполне обоснован.

Язык простоты

Греческое существительное ἁπλότης (хаплотэс) и прилагательное ἁπλοῦς (хаплус) происходят от корня со значением «один», «простой без складок», «цельный». Представьте себе полотно ткани, которое расстелили, – в нём нет ни одной складки, оно всё развёрнуто, его не нужно расправлять. Вот таким, без «внутренних складок» и изгибов, является простой человек.

Антонимом этому слову служит διπλοῦς (диплус) – «двойной», «сложенный вдвое». Двойной человек – это лицемер, лукавец, у которого одно на уме, другое на языке. Простота же по-гречески – это отсутствие двойственности, это честная прямота души, когда «око» человека ясно, здорово, смотрит на одно и видит одно, а не раздваивается, как говорит Сам Господь: «Если око твое будет чисто (ἁπλοῦς), то все тело твое будет светло» (Мф. 6:22; ср. Лк. 11:34).

Славянское и русское слово «простота» хранит в себе тот же образ прямоты. Корень *st- означает «стоять». «Простой» – это, прежде всего, прямой, стоящий вертикально, не искривлённый. Вспомним, что от того же корня происходят слова «простыня» (прямое полотно) и «простить» (сделать прямым, распрямить отношения). Простой человек – это прямой человек, не кривой душой, не изогнутый в угодничестве и не сложенный пополам от лицемерия.

Христианская простота как цельность следования Христу

Как видим, Христос и апостолы не призывают нас ни к глупой инфантильности, ни к метафизическому растворению в Абсолюте. Они говорят о простоте христианской жизни, суть которой – в цельном и неуклонном следовании за Христом, в прямом и несгибаемом стоянии пред лицом Божиим.

Человек как самое совершенное творение Божие сложен, но он может и должен стать простым, не лишаясь своей изначальной бытийной сложности

Человек как самое совершенное творение Божие сложен, но он может и должен стать простым, не лишаясь своей изначальной бытийной сложности. Человек призван стать простым в сложности. Человек будет простым, когда станет проста его душа. Душа будет простой, когда простыми станут её ум, рассудок, воля, чувства, когда вместе они образуют согласное иерархическое единство личности. Это произойдёт тогда, когда в сердце как в храме поселится Христос, Который Своею благодатью исцелит, просветит, освятит, преобразит и упростит как душу, так и тело.

Ум человеческий прост, когда он не раздваивается между знанием истины и ее лукавым искажением. «Если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло» (Мф. 6:22). Чистое око – это простой ум, который прямо взирает на Бога, не строит ложных умозаключений для оправдания греха, не витийствует лукаво. Апостол Иаков предупреждает: «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Иак. 1:8). Простота ума – это отсутствие в нём даже намека, даже тени обращения вспять: когда мысль говорит Богу «да» целиком, без оговорок.

Воля проста, когда она не колеблется между добром и злом, не выбирает «средний путь» компромисса с ними. «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить» (Мф. 6:24). Простая воля – это однозначная решимость: «Я иду за Христом, несмотря ни на что». Греховная воля, напротив, сложна: в ней смешиваются самолюбие, самооправдание, попустительство, сомнение, лукавая рассудочность.

Чувства просты, когда они не лицемерны и не двойственны. Детское сердце не умеет любить и ненавидеть одновременно. А греховное сердце человека часто подобно темному омуту, в котором соседствуют противоположности: жалость и жестокость, умиление и цинизм, любовь и ненависть. При этом человек зачастую и сам не знает, что из этого омута всплывёт в той или иной ситуации, какой, доброй или злой, стороной он себя покажет.

Господь говорит: «Любите врагов ваших» (Мф. 5:44), повелевает любить всех без исключения. Цельно, просто, прямо, без исключений, без условий, без обиняков. Истинная любовь проста и едина для всех. Бог-Любовь любит всех одинаково и нас призывает к тому же. Для такой любви нужно простое, то есть чистое сердце, где нет скрытой горечи, зависти, притворства, осуждения, ревности.

Иерархия души

Человек подобен хору: каждый голос сам по себе может быть чист, но, если они будут петь сами по себе, получится какофония. Одной только простоты отдельных душевных способностей недостаточно. Они должны быть согласованы друг с другом в некоем иерархическом чине. Чин этот созидается послушанием воли и чувств уму, тела – душе, а всего человека – Богу.

Когда в душе нет никаких греховных и суетных помыслов, желаний и чувств, она становится единой и цельной, чтобы просто внимать благодатным откровениям ума. Когда душа отвлекается от общения с Богом, впускает в себя греховные и мирские мысли, воления и эмоции, она неизбежно замутняется, засоряется, усложняется вплоть до раскола, разделения и противостояния в себе.

Простота души задаётся её послушанием уму, который в свою очередь послушен Богу. Послушание значит единство: послушание ума Богу значит всецелое благодатное единство с Ним, всецелая сосредоточенность на Нём; послушание души уму – единство с умом и через него с Богом. Благодать есть та Божья сила, которая в ответ на усилия ума и всех остальных душевных способностей исцеляет и объединяет их.

Через душу благодать изливается на тело и делает его единым с душой и умом особым преображенным образом. Это происходит в ответ на многотрудную аскетическую работу по приведению плоти в послушание духу (уму) и Богу. Когда чрево требует лишнего, когда рука тянется украсть, когда ноги идут туда, где грех, – тело живёт своей плотской жизнью, оказывая давление на высшие способности души (разум, волю, чувства), искушая их, пытаясь перетянуть их на свою земную сторону. Простота тела – это такое состояние, в котором оно уже не сторона конфликта с душой, но послушный инструмент в руках Божиих, проводник Его благодати для ближних.

Итак, христианская простота – это когда ум сосредоточенно молится Богу, воля полностью исполняет Его повеления, чувство всецело любит праведность и ненавидит зло, тело же служит как их дом и храм. Такой человек – прост, как струнный инструмент, издающая один чистый звук. В нем нет никакой двойственности, никакой фальши, никакого диссонанса.

Грех – осложнение отношений с Богом

Грех всегда вносит раскол в человека – раскол с Богом, с ближними, с самим собой. Вспомним грехопадение Адама, когда он потерял свою первозданную простоту и стал стыдиться Творца, своей жены Евы да и самого себя. Ощущая свою вину перед Богом и женой, стал оправдываться и обвинять их в своё падении, не захотел раскаяться и тем самым внес в свою жизнь всё нарастающую сложность греховных страстей.

Греховная сложность нашего произволения или вообще отвергает Бога, чтобы не подчинятся Ему (в этом – глубинная причина атеизма), или начинает с Ним торговаться: «Я сделаю, но при определённом условии, за определённую плату», «Я послушаюсь, но только если мне это будет выгодно», «Я соблюду заповедь, но не эту, а полегче». Послушание лукавого человека – это всегда договор, торг, поиск лазеек. Вспомним богатого юношу: все заповеди он «сохранил от юности», но когда Господь призвал к простоте – «продай имение и следуй за Мной» (Мф. 19:21), – он отошел с печалью, потому что сердце его было раздвоено: одна часть тянулась ко Христу, другая – прикипела к богатству.

Простота послушания Богу

Безоговорочная простота послушания Богу явлена в словах Богородицы «Се, раба Господня; да будет Мне по слову твоему» (Лк. 1:38). Приснодева ответила архангелу на его благую весть, которую она не в силах была понять, – без условий, без страха, без сомнений. Она не разделила свое сердце на «я согласна» и «я боюсь». Она сказала «да», и это «да» покрыло всё.

Простота послушания означает, что мы не спрашиваем: «А если?», «А почему?», «А зачем?», «Почему я?»

Простота послушания означает, что мы не спрашиваем: «А если?», «А почему?», «А зачем?», «Почему я?». Авраам, когда Бог повелел принести в жертву сына, не вступил в обсуждение или полемику – он взял Исаака, нож, дрова, осла и пошёл. Его послушание было столь же просто, сколь и страшно для человеческого рассудка. И это вменилось ему в праведность.

Простота в отношениях с ближним

Если для нас, грешных, так сложно быть простыми по отношению к Богу, то насколько же это труднее по отношению к нашим ближним? Ведь ближний часто неразумен, требователен, несправедлив, лукав и агрессивен. «Всяк человек ложь» (Пс. 115:2). Как быть простым по отношению к тому, кто тебя обманывает и/или оскорбляет, кто тебя ненавидит и/или хочет погубить, от кого зависит твоя карьера и материальное благополучие?

Господь дает ясный и мучительно простой ответ: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7:12) или по-другому: «Возлюби ближнего, как самого себя» (Мф. 22:39). Никаких «если он заслужил», «если он первый начнет», «если это справедливо». Простота послушания заповеди о любви к ближнему не знает сослагательного наклонения.

Что мешает нам быть простыми с ближними? Наша эгоистическая самость, которая строит сложные конструкции: «Я ему помогу, но он должен быть благодарен», «Я прощу, но пусть он извинится», «Я скажу правду, но боюсь обидеть…» – во всём этом мудровании теряется простота. Простой человек просто делает, просто прощает и сам просит прощения, просто делает и помогает, не глядя на обратную реакцию. Простой прощает – и забывает, оставляя всё в прошлом. Простой говорит правду с любовью, не приукрашивая и не смягчая лукаво, но и не оскорбляя.

Апостол Иаков восклицает: «Плод же правды в мире сеется у тех, которые хранят мир» (Иак. 3:18). Простота послушания ближнему – это способность хранить мир, не вступая в сложные игры в «кто кого перехитрит», «кто окажется выше». Простой человек уподобляется чистому ребенку. И Господь сказал: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18:3). Детская простота не умеет обижаться долго, строить козни, держать камень за пазухой.

Святитель Иоанн Златоуст замечал: «Ничто так не располагает к любви, как простота, и ничто так не удаляет от нее, как лукавство и подозрительность»^[1]. Когда мы упрощаемся в общении с ближним – не лицемерим, не льстим, не осуждаем в уме, – мы становимся прозрачными, как чистое стекло, сквозь которое виден Сам простой Бог.

Важно понимать: послушание Богу и послушание ближнему нераздельны. «Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец» (1Ин. 4:20). Если человек лукаво сложен с ближним, он не может быть простым и искренним пред Богом. Напротив, тот, кто научился просто слушаться Бога в малом – в посте, в молитве, в исполнении заповеди, – тот обретает силу и благодать для простого, нелицемерного служения ближнему.

Осязание простоты

Когда по милости Божией оказываешься рядом с истинно простым человеком, например, со старцем, то ощущаешь, что весь он с тобой, весь он здесь и сейчас, простым и единым образом, что от него исходит простой и единый, чистый и всепроникающий свет, что ты просто любим. В присутствии святой простоты становится очевидным, что все наши мирские заботы и волнения не стоят того, чтобы о них говорить. Всё это – суета сует – в сопоставлении с простотой благодатного предстояния Богу и ближнему.

Простые люди не разделяют себя на «сейчас» и «потом», на «для работы» и «для души». Они не экономят своё внимание, не размениваются на мелкие эгоистические расчеты. От них исходит не напряжение, а покой. Ведь в них нет внутренней борьбы за самоутверждение. Они уже утверждены в Боге, а Бог утверждён в них.

При встрече с ними мы, все такие сложные и раздробленные, вдруг впервые чувствуем, что, оказывается, можно жить без этих вечных «да, но» и «если бы», без двойного дна, без масок и ролей. Становится стыдно за свою суетливость, за пустоту своей многосложной жизни. В отличие от стыда Адама, это благой стыд, потому что он ведёт к простоте, а не уводит от неё.

Приобретение простоты

Как же нам стяжать евангельскую простоту? Краткий ответ: уподобляясь Христу. Развёрнутый: приводя в послушание Богу все своё существо (от ума до тела) через исповедание веры, исполнение заповедей, стяжание благодати от молитвы и Таинств.

Простота ума приобретается непрестанной молитвой Иисусовой, которая отсекает помыслы; простота воли утверждается с каждым нашим ответом Богу «да», хотя хочется сказать сложное и лукавое «но»; простота чувства укрепляется неосуждением и прощением любви.

Вот мера простоты послушания: когда тебе говорят «пойди», ты идешь; «приди» – приходишь; «сделай» – делаешь, как сотник, о котором Христос сказал: «И в Израиле не нашел Я такой веры» (Мф. 8:10). Этот сотник был прост: он не требовал от Христа сложных ритуалов или долгих объяснений: он знал, что такое власть и послушание, и приложил это к Царству Божию.

Простота крестной свободы

«Прости им, Господи, ибо они не знают, что делают» (Лк. 23:34) – вот высшая простота Христа, Который даже на Кресте не разделил Свое сердце на гнев и любовь. Он просто любил всех. И этой Своей простой любовью всё преодолел и всё превозмог, даже смерть, ради нашего спасения.

Свобода – это не сложный выбор между добром и злом, но однозначное движение по пути добра. Простота и есть эта свобода от внутреннего колебания

Прости нас, Господи, за нашу сложность, которая вечно ищет оправданий нашей неверности Тебе: «Трудно», «Не могу», «Он не заслужил». Даруй нам простоту апостолов, которые, услышав «идите за Мной», оставили всё и пошли за Учителем (Мф. 4:20).

Свобода – это не сложный выбор между добром и злом, но однозначное движение по пути добра. Простота и есть эта свобода от внутреннего колебания. Ибо только такая простота – послушная, неразделенная, цельная – есть истинная свобода во Христе.