Библия, изложенная для семейного чтения. Царствование Давида (1055–1015 до Р. Х)

И взял Самуил рог с елеем и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и после; Самуил же встал и отошел в Раму. 1 Цар. 16:13; И пришли все старейшины Израиля к царю в Хеврон, и заключил с ними царь Давид завет в Хевроне пред Господом; и помазали Давида в царя над Израилем. 2 Цар. 5:3
И взял Самуил рог с елеем и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и после; Самуил же встал и отошел в Раму. 1 Цар. 16:13; И пришли все старейшины Израиля к царю в Хеврон, и заключил с ними царь Давид завет в Хевроне пред Господом; и помазали Давида в царя над Израилем. 2 Цар. 5:3
Избрав, из состоявших под его властью, доблестных израильтян, Давид с людьми своими пошел на Иерусалим против иевусеев (ханаанского племени), жителей той страны, крепко утвердившихся за неприступной крепостью на горе Сион. Но Давид взял эту крепость и поселился в ней и назвал ее городом Давидовым и «обстроил кругом от Милло и внутри. И преуспевал Давид и возвышался, и Господь Бог Саваоф был с ним».

Поселившись в Иерусалиме, царь Давид перенес туда и ковчег Божий, бывший до тех пор в доме Аминадава, с самого возвращения его из плена филистимского. Это перенесение святыни в новую столицу — на гору Сион совершено было с особым усердием и с всевозможной торжественностью. Когда несшие ковчег Господень проходили шесть шагов, тогда Давид приносил в жертву тельца и овна. И, воодушевленный высшим восторгом, он пел, играл и даже плясал «из всей силы пред Господом».

«Так Давид и весь дом Израилев несли ковчег Господень с восклицаниями и трубными звуками.

Когда входил ковчег Господень в город Давидов, Мелхола, дочь Саула, смотрела в окно и, увидев царя Давида, скачущего и пляшущего пред Господом, уничижила его в сердце своем.

И принесли ковчег Господень и поставили его на своем месте посреди скинии, которую устроил для него Давид; и принес Давид всесожжения пред Господом и жертвы мирные и благословил народ именем Господа Саваофа и роздал пищу ему. И пошел потом весь народ, каждый в дом свой.

Когда Давид возвратился, чтобы благословить дом свой, то Мелхола, дочь Саула, вышла к нему навстречу и приветствовала его, и сказала: как отличился сегодня царь Израилев, обнажившись сегодня пред глазами рабынь рабов своих, как обнажается какой-нибудь пустой человек!

И сказал Давид Мелхоле: пред Господом плясать буду. И благословен Господь, Который предпочел меня отцу твоему и всему дому его, утвердив меня вождем народа Господня, Израиля; пред Господом играть и плясать буду; и я еще больше уничижусь, и сделаюсь еще ничтожнее в глазах моих, и пред служанками, о которых ты говоришь, я буду славен.

И у Мелхолы, дочери Сауловой, не было детей до дня смерти ее».

Совершив устройство новой скинии, учредив подобающее богослужение, Давид горел усердием послужить святым, и более того, построить храм Богу.

«Вот, — сказал он однажды пророку Нафану, — я живу в доме кедровом, а ковчег Божий находится под шатром».

«И сказал Нафан царю: все, что у тебя на сердце, иди, делай; ибо Господь с тобою.

Но в ту же ночь было слово Господа к Нафану: пойди, скажи рабу Моему Давиду: так говорит Господь: ты ли построишь Мне дом для Моего обитания, когда Я не жил в доме с того времени, как вывел сынов Израилевых из Египта, и до сего дня, но переходил в шатре и в скинии? Где Я ни ходил со всеми сынами Израиля, говорил ли Я хотя слово какому-либо из колен, которому Я назначил пасти народ Мой Израиля: почему не построите Мне кедрового дома?

И теперь так скажи рабу Моему Давиду: так говорит Господь Саваоф: Я взял тебя от стада овец, чтобы ты был вождем народа Моего, Израиля; и был с тобою везде, куда ни ходил ты, и истребил всех врагов твоих перед лицем твоим, и сделал имя твое великим, как имя великих на земле. И Я устрою место для народа Моего, для Израиля, и укореню его, и будет он спокойно жить на месте своем, и не будет тревожиться больше, и люди нечестивые не станут более теснить его, как прежде, с того времени, как Я поставил судей над народом Моим, Израилем; и Я успокою тебя от всех врагов твоих. И Господь возвещает тебе, что Он устроит тебе дом.

Когда же исполнятся дни твои, и ты почиешь с отцами твоими, то Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его на веки. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном; и если он согрешит, Я накажу его жезлом мужей и ударами сынов человеческих; но милости Моей не отниму от него, как Я отнял от Саула, которого Я отверг пред лицем твоим.

И будет непоколебим дом твой и царство твое на веки пред лицем Моим, и престол твой устоит во веки».

Все эти слова и все это видение Нафан пересказал Давиду. «И пошел царь Давид, и предстал пред лицем Господа, и сказал: кто я, Господи, Господи, и что такое дом мой, что Ты меня так возвеличил! И этого еще мало показалось в очах Твоих, Господи мой, Господи, но Ты возвестил еще о доме раба Твоего вдаль. Это уже по-человечески, Господи мой, Господи!

Что еще может сказать Тебе Давид? Ты знаешь раба Твоего, Господи мой, Господи! Ради слова Твоего и по сердцу Твоему Ты делаешь это, открывая все это великое рабу Твоему. По всему велик Ты, Господи мой, Господи! ибо нет подобного Тебе и нет Бога, кроме Тебя, по всему, что слышали мы своими ушами. И кто подобен народу Твоему, Израилю, единственному народу на земле, для которого приходил Бог, чтобы приобрести его Себе в народ и прославить Свое имя и совершить великое и страшное пред народом Твоим, который Ты приобрел Себе от Египтян, изгнав народы и богов их? И Ты укрепил за Собою народ Твой, Израиля, как собственный народ, на веки, и Ты, Господи, сделался его Богом.

Итак, Господи мой, Господи! Ты Бог, и слова Твои непреложны, и Ты возвестил рабу Твоему такое благо! И ныне начни и благослови дом раба Твоего, чтоб он был вечно пред лицем Твоим, ибо Ты, Господи мой, Господи, возвестил это, и благословением Твоим соделается дом раба Твоего благословенным, чтоб быть ему пред Тобою во веки».

И преуспевал благословенный Богом царь Давид во всех делах своих. Успешно вел он войны с врагами и оградил от них страну со всех сторон. Поразил и смирил филистимлян, и моавитян, и Адраазара, Сувского царя, также и союзников его — сирийцев дамасских, и все добытое у побежденных народов посвящал Богу, заготовлял богатейшие материалы для построения в будущем величественного храма Ему.

Среди благоденствия своего не превозносился Давид, «творил суд и правду над всем народом своим» и не охладевал в сочувствии к людям; в особенности заботился он об оказании милости кому-нибудь из дома Саула, и узнав, что еще жив хромой ногами сын Ионафана — Мемфивосфей, он возвратил ему «все, что принадлежало Саулу и всему дому его» и предложил ему обедать всегда за его царским столом.

(2 Цар. 5, 9; 6, 14—23; 7, 2—16, 18—24, 28—29; 8, 15; 9, 9)

Однако не навсегда сохранил свое спокойствие Давид, живя благочестиво и пользуясь всеми внешними благами. Грех вошел в его душу, и спокойствие отошло от нее. Давид полюбил красивую женщину именем Вирсавия, жену Урии Хеттеянина, бывшего на войне, которую вели израильтяне с аммонитянами, и дошел до такой преступной несправедливости, что написал письмо военачальнику Иоаву, поручая ему «поставить Урию там, где будет самое сильное сражение и отступить от него, чтобы он был поражен и умер». Когда приказание царя было исполнено и Урия погиб, Давид женился на вдове его Вирсавии.

«И было это дело, которое сделал Давид, зло в очах Господа».

Тогда, для вразумления согрешившего царя, Бог послал пророка Нафана. Тот пришел к нему и рассказал такую притчу: «В одном городе были два человека, один богатый, а другой бедный; у богатого было очень много мелкого и крупного скота, а у бедного ничего, кроме одной овечки, которую он купил маленькую и выкормил, и она выросла у него вместе с детьми его; от хлеба его она ела, и из его чаши пила, и на груди у него спала, и была для него, как дочь; и пришел к богатому человеку странник, и тот пожалел взять из своих овец или волов, чтобы приготовить обед для странника, который пришел к нему, а взял овечку бедняка и приготовил ее для человека, который пришел к нему.

Сильно разгневался Давид на этого человека и сказал Нафану: жив Господь! достоин смерти человек, сделавший это; и за овечку он должен заплатить вчетверо, за то, что он сделал это, и за то, что не имел сострадания.

И сказал Нафан Давиду: ты — тот человек, который сделал это. Так говорит Господь Бог Израилев: Я помазал тебя в царя над Израилем и Я избавил тебя от руки Саула, и дал тебе дом господина твоего и дом Израилев и Иудин, и, если этого для тебя мало, прибавил бы тебе еще больше; зачем же ты пренебрег слово Господа, сделав злое пред очами Его? Урию Хеттеянина ты поразил мечом; жену его взял себе в жену. Итак не отступит меч от дома твоего во веки, за то, что ты пренебрег Меня и взял жену Урии Хеттеянина, чтобы она была тебе женою.

Так говорит Господь: вот, Я воздвигну на тебя зло из дома твоего; ты сделал тайно, а Я сделаю это пред всем Израилем и пред солнцем. И сказал Давид Нафану: согрешил я пред Господом».

Видя прозорливым оком всю глубину сокрушенного покаяния Давида, Нафан смягчил тягость, овладевшую сердцем согрешившего царя, следующими словами: «Господь снял с тебя грех твой; ты не умрешь; но как ты этим делом подал повод врагам Господа хулить Его, то умрет родившийся у тебя сын от Вирсавии».

Это предсказание пророка исполнилось, несмотря на то, что Давид «молился Богу о младенце, и постился, и, уединившись, провел ночь, лежа на земле» в сердечном сокрушении. Как велико было это сокрушение, в высшей степени красноречиво выражают известные псалмы: 50, 6, 31, 37 и 142, которые Святая Церковь сама признает покаянными.

(2 Цар. 11, 14—15, 27; 12, 1—14, 16)

После смерти дорогого младенца и другие бедствия посетили Давида и не отходили от дома его. Сын царя — Амнон, оскорбив свою сестру Фамарь (от другой жены своего отца), был убит за это братом ее Авессаломом, который после того скрылся из дома своего и убежал к царю Гессурскому Фалмаю и пробыл там три года. Царь Давид, любящий детей, сильно опечалился этим злом в своем доме, и всю остальную жизнь не переставал оплакивать любимого сына, первенца Амнона. По возвращении Авессалома в Иерусалим, Давид, хотя и простил, долго не хотел видеть его. Между тем от этого сына ему предстояло новое тяжкое испытание.

Честолюбивый, вкрадчивый и мстительный Авессалом задумал восстановить народ против отца и преуспел в этом деле. «Народ, поверивший клеветам его на Давида и прельщенный разными обещаниями Авессалома, стекался и умножался вокруг него. Пришел вестник к Давиду и сказал: сердце Израильтян уклонилось на сторону Авессалома. И сказал Давид всем слугам своим, которые были при нем в Иерусалиме: встаньте, убежим, ибо не будет нам спасения от Авессалома; спешите, чтобы нам уйти, чтоб он не застиг и не захватил нас, и не навел на нас беды и не истребил города мечом».

«Во всем, что угодно господину нашему царю, — отвечали слуги, — мы — рабы твои».

«И вышел царь и весь дом его за ним пешком». Оказались преданными ему и сопровождали его шестьсот человек из филистимского города Гефа. «И плакала вся земля громким голосом. И царь перешел поток Кедрон; и пошел за ним народ по дороге к пустыне».

Священники Садок и Авиафар и все левиты собрались также в путь вместе с царем, неся пред ним ковчег Божий, но Давид приказал возвратить его в город и поставить на свое место, говоря: «Если я обрету милость пред очами Господа, то Он возвратит меня и даст мне видеть его и жилище его. А если Он скажет так: нет Моего благоволения к тебе, то вот я; пусть творит со мною, что Ему благоугодно».

«И возвратили Садок и Авиафар ковчег Божий в Иерусалим, и остались там. А Давид пошел на гору Елеонскую, шел и плакал; голова у него была покрыта; он шел босой, и все люди, бывшие с ним, покрыли каждый голову свою, шли и плакали».

В это время донесли Давиду, что лучший советник его Ахитофел оказался также в числе заговорщиков с Авессаломом. Но с беспредельной кротостью относился Давид ко всем оскорблениям, которые одно за другим поражали его. Так отнесся он и к Семею, дальнему родственнику Саула, который воспользовался прискорбным положением царя и поспешил присоединиться к его врагам. Встретив Давида, когда он приблизился к Бахуриму, Семей вышел оттуда и злословил царя. «Уходи, уходи, убийца и беззаконник! — кричал он ему и бросал камнями в Давида и всех слуг его. — Господь обратил на тебя всю кровь дома Саулова, вместо которого ты воцарился, и предал Господь царство в руки Авессалома, сына твоего; и вот, ты в беде, ибо ты — кровопийца».

Когда же Авесса, приближенный царя Давида, хотел убить дерзкого оскорбителя своего государя, то Давид воспретил ему нанести даже малейшее зло восставшему против него. «Что мне и вам, сыны Саруины? — сказал он. — Оставьте его, пусть он злословит, ибо Господь повелел ему злословить Давида. Кто же может сказать: зачем ты так делаешь? Вот, если мой сын ищет души моей, тем больше сын Вениамитянина; оставьте его, пусть злословит, ибо Господь повелел ему; может быть, Господь призрит на уничижение мое, и воздаст мне Господь благостью за теперешнее его злословие».

Незлобие, смирение, безусловная преданность воле Божией, которую проявил Давид во время тяжких испытаний, принимаемых им, как воздаяние за его согрешения, с неподражаемым красноречием излились во многих псалмах, которые относятся к этому времени его жизни. Таковы, например, 5, 10, 25, 40, 54, 57, 63, 139-й и другие десять псалмов: 4, 22, 24, 26, 27, 36, 60, 61, 85 и 140-й[1]. В псалме же 142-м с особенной ясностью выражается состояние души царя Давида в то время, когда он страдал от преследований сына своего Авессалома.

Между тем Авессалом продолжал вооружаться против отца своего. Хусий архитянин, друг Давида, которому Давид поручил оставаться в Иерусалиме, чтобы уведомлять его обо всем происходившем там, предупредил царя, чтобы он перебрался за Иордан. «И встал Давид и все люди, бывшие с ним, и перешли Иордан»; и пришел Давид в Маханаим (Галаадский), где встретил много преданных ему людей, которые снабдили разными припасами его и людей, бывших при нем, «ибо говорили они: народ голоден и утомлен и терпел жажду в пустыне».

Давид осмотрел людей, бывших с ним, и поставил над ними тысяченачальников и сотников. Он доверил начальство над ними Иоаву, Авессе и Еффею Гефянину, и сам хотел выступить с ними. Но преданные ему люди удержали его, говоря: «Если мы и побежим, если и умрет половина из нас, то на это не обратят внимания, а ты один то же, что нас десять тысяч. Итак для нас лучше, чтобы ты помогал нам из города». Поэтому Давид остался.

«И стал царь у ворот, и весь народ выходил по сотням и по тысячам. И приказал царь Иоаву и Авессе и Еффею, говоря: сберегите мне отрока Авессалома. И вышли люди в поле навстречу Израильтянам, и было сражение в лесу Ефремовом», которое распространилось по всей той стране, «и лес погубил народа больше, чем сколько истребил меч, в тот день».

«И встретился Авессалом с рабами Давидовыми; он был на муле. Когда мул вбежал с ним под ветви большого дуба, то Авессалом запутался волосами в ветвях дуба и повис между небом и землею, а мул бывший под ним, убежал».

Когда донесли об этом Иоаву, то, несмотря на просьбу царя о своем сыне, он «взял в руки три стрелы и вонзил их в сердце Авессалома, который еще был жив на дубе».

«И окружили Авессалома десять отроков, оруженосцев Иоава, и поразили и умертвили его. И затрубил Иоав трубою, и возвратились люди из погони за Израилем, ибо Иоав щадил народ. И взяли Авессалома, и бросили его в лесу в глубокую яму, и наметали над ним огромную кучу камней. И все Израильтяне разбежались, каждый в шатер свой».

Когда весть о таком исходе сражения дошла до царя Давида, то смутился он «и пошел в горницу над воротами, и плакал, и когда шел, говорил так: сын мой Авессалом! сын мой, сын мой Авессалом! о, кто дал бы мне умереть вместо тебя, Авессалом, сын мой!»

Из-за этой скорби и плача царя о своем сыне победа того дня обратилась в плач и для всего народа. «И входил тогда народ в город украдкой, как крадутся люди стыдящиеся, которые во время сражения обратились в бегство. А царь закрыл лице свое и громко взывал: сын мой Авессалом! Авессалом, сын мой, сын мой!»

«И пришел Иоав к царю в дом и сказал: ты в стыд привел сегодня всех слуг твоих, спасших ныне жизнь твою и жизнь сыновей и дочерей твоих; ты любишь ненавидящих тебя и ненавидишь любящих тебя, ибо ты показал сегодня, что ничто для тебя и вожди и слуги; сегодня я узнал, что если бы Авессалом остался жив, а мы все умерли, то тебе было бы приятнее; итак встань, выйди и поговори к сердцу рабов твоих, ибо клянусь Господом, что, если ты не выйдешь, в эту ночь не останется у тебя ни одного человека; и это будет для тебя хуже всех бедствий, какие находили на тебя от юности твоей доныне».

Царь обратил внимание на это предупреждение своего военачальника и «встал и сел у ворот, а всему народу возвестили, что царь сидит у ворот. И пришел весь народ пред лице царя».

Израильтяне же, разбежавшиеся сначала по шатрам своим, решили, что теперь, по смерти Авессалома, нечего медлить возвратить царя, сами положили между собой возвратить на царство Давида. Таким образом, кончилось восстание, поднятое Авессаломом, и мятежники усмирились, но в это время явился другой возмутитель — Савей, из рода Саулова, увлекший за собой все колена израилевы, кроме Иудина. Впрочем, и это возмущение было скоро усмирено, и Савей был казнен по решению самого народа.

Прекратились преследования Давида его врагами, но не был он избавлен от бедствий. В остальные годы жизни: «был голод на земле его три года, год за годом»; потом снова разгорелась война с филистимлянами, «и вышел Давид и слуги его с ним, и воевали с Филистимлянами; и Давид утомился». И не участвовал уже лично в следующих войнах, так как народ не допустил его, говоря: «Не выйдешь ты больше с нами на войну, чтобы не угас светильник Израиля». Но когда кончились эти войны славными победами и Господь избавил царя Давида от всех врагов его, то воспел он Богу хвалу, в которой излил благодарные чувства за всемогущее хранение и чудную помощь Божию, сопровождавших его неизменно во всю жизнь его. «Господь — твердыня моя и крепость моя и избавитель мой. Бог мой — скала моя; на Него я уповаю; щит мой, рог спасения моего, ограждение мое и убежище мое; Спаситель мой, от бед Ты избавил меня!»

Однажды Давид навлек на себя гнев Божий таким образом: не получив благословения свыше, и забыв, что сила народа не в многочисленности, а в помощи Божией, Давид вздумал пересчитать народ Израиля. «И сказал царь Иоаву военачальнику, который был при нем: пройди по всем коленам Израилевым (и Иудиным) от Дана до Вирсавии, и исчислите народ, чтобы мне знать число народа. И сказал Иоав царю: Господь Бог твой да умножит столько народа, сколько есть, и еще во сто раз столько, а очи господина моего царя да увидят это; но для чего господин мой царь желает этого дела? Но слово царя Иоаву и военачальникам превозмогло; и пошел Иоав с военачальниками от царя считать народ Израильский. И обошли всю землю и пришли чрез девять месяцев и двадцать дней в Иерусалим. И подал Иоав список народной переписи царю; и оказалось, что Израильтян было восемьсот тысяч мужей сильных, способных к войне, а Иудеян пятьсот тысяч.

И вздрогнуло сердце Давидово после того, как он сосчитал народ. И сказал Давид Господу: тяжко согрешил я, поступив так; и ныне молю Тебя, Господи, прости грех раба Твоего, ибо крайне неразумно поступил я».

К Давиду пришел на следующее утро пророк Гад и сказал ему от лица Господа: «Три наказания предлагаю Я тебе; выбери себе одно из них, которое совершилось бы над тобою»: семь ли лет голода в царстве твоем, или три месяца войны, или три дня моровой язвы?

«Тяжело мне очень, — отвечал Давид пророку, — но пусть впаду я в руки Господа, ибо велико милосердие Его; только бы в руки человеческие не впасть мне».

И избрал себе Давид моровую язву во время жатвы пшеницы. «И послал Господь моровую язву на Израильтян от утра до назначенного времени».

Во время этой моровой язвы, истребившей до семидесяти тысяч народа, царь Давид снова высказал любовь свою к израильтянам и глубокое смирение свое в молитве, в которой он просил Бога, чтобы «учше рука Божия обратилась на него и на дом отца его, чем на невинный народ. «Вот, я согрешил, я пастырь поступил беззаконно, — сознавался он пред Богом, — а эти овцы, что сделали они?»

«И умилостивился Господь над страною, и прекратилось поражение Израильтян». А Давид, по слову пророка Гада, «соорудил жертвенник Господу и принес всесожжения и мирные жертвы Господу» на гумне Орны Иевусеянина в том месте, где остановился истребляющий иудеев Ангел Божий, и купил землю для постройки будущего храма.

Дожив до старости, одряхлевший и немощный царь Давид имел еще огорчение в доме своем от остававшегося старшим между его сыновьями Адония, который еще при жизни его самовольно объявил себя преемником его царского достоинства. Впрочем, Давид, своевременно предупрежденный об этом женой своей, Вирсавией, матерью Соломона, и пророком Нафаном, успел воспротивиться притязаниям Адония, приказав провозгласить и помазать в преемники себе сына своего Соломона, о котором еще прежде царь клялся Вирсавии «Господом Богом Израилевым, что будет царствовать после него и сядет на престол вместо него».

Наконец «приблизилось время умереть Давиду, и тогда завещал он сыну своему Соломону, говоря: вот, я отхожу в путь всей земли, ты же будь тверд и будь мужествен и храни завет Господа Бога твоего, ходя путями Его и соблюдая уставы Его, как написано в законе Моисеевом, чтобы быть тебе благоразумным во всем, что ни будешь делать, и везде, куда ни обратишься; чтобы Господь исполнил слово Свое, которое Он сказал мне, говоря: если сыны твои будут наблюдать за путями своими, чтобы ходить предо Мною в истине от всего сердца своего и от всей души своей, то не прекратится муж от тебя на престоле Израилевом».

И передал Соломону все материалы, приготовленные им для построения храма, который было у него на сердце построить во имя Господа своего, а также план храма. Завещал и своим вельможам содействовать построению этого храма. Призвав благословение Божие на весь народ иудейский, прославив Господа за все милости Его, Давид мирно «почил с отцами своими и погребен был в городе Давидовом».

«Времени царствования Давида над Израилем было сорок лет: в Хевроне царствовал он семь лет и тридцать три года царствовал в Иерусалиме».

(2 Цар. 15, 12—16, 23—26, 29—30; 16, 7—8, 10—12;

17, 22, 29; 18, 3—6, 8—9, 14—17, 33; 19, 3—8, 10; 21, 1, 15, 17;

22, 2—3; 24, 2—4, 8—10, 12—15, 17, 25. 3 Цар. 1, 30; 2, 1—4, 10—11)



[1] По мнению сочинителя книги «О происхождении Псалтири» священника Вешнякова.

31 января 2007 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×