![]() |
Рис. Г. Дудичева |
В гостях было хорошо, по телевидению шла веселая передача, и родители малышей не могли от нее оторваться, поэтому домой, к своему ремонту, решили вернуться утром. Юмористы-артисты были в ударе, и возле телевизора все покатывались от смеха. При каждом хи-хи и ха-ха у моих знакомых все-таки внутри щемило и скребло чувство вины, оно подсказывало, что грешно в такие дни зубоскалить. Душой-то понимали, но оторвать глаза от телевизора они не могли. Будто прикипели! И смеялись, смеялись! Словно их кто щекотал… Мои знакомые знали, что делали плохо, но все равно продолжали.
Наутро, вернувшись домой, они нашли дверь в свою квартиру взломанной, и возле нее стоял завернутый в одеяло телевизор. Стоял, как укор и назидание, – это мои знакомые сразу поняли, вспоминая безудержный вечерний смех.
Как потом установит следствие, воры не смогли унести все вещи сразу и вторым заходом планировали забрать телевизор. Но сосед по лестничной площадке закрыл входную дверь в общий коридор и спас тем самым именно телевизор. Много нужных и хороших вещей не досчитались в квартире. В общем, освежили интерьер…
На Пасху, когда все люди веселились, моим знакомым было не до радости и не до смеха.
***
К этой бабульке я ходила за козьим молоком. Ее частный приземистый домишко на окраине города был так же одинок, как и его хозяйка. Не было у нее никакой защиты, кроме необыкновенной доброты и любви ко всему живому. Жила она бедно, но нашлись люди, которые позарились на пожитки старой женщины, выбили окошко и залезли в дом. Воры, как и полагается лихим людям, стали вести себя дерзко, куражились, грозили огромным ножом, кричали ругательства, толкали ее, требуя выдать имеющиеся ценности.
Бабулька не напугалась, она смотрела на своих мучителей сначала удивленно, а потом с материнской жалостью. В этом взгляде отразились ее огромная любовь и бесшумный вопль неравнодушного сердца: «Несчастные мои, как же вам плохо, раз вы такие дела творите!..» Воры почувствовали вдруг, насколько они неуклюжи в своих запугиваниях, нелепы в угрозах и просто жалки… Эти видавшие виды грабители, возможно, впервые в жизни почувствовали, что их любят, что им сострадают… Притихшие и посрамленные в своих грешных делах, они оставили старушку в покое. Не взяли ничего из ее скудных вещичек. Уходя, воры заботливо заткнули подушкой выбитое ими окно. Ведь на улице стоял мороз, и бабушка могла простудиться.
– Я-то думала, что несчастней меня на свете нет, – говорила бабушка потом своей козе. – Увидела, что, оказывается, есть. Молюсь за этих несчастных, и от этого как-то на душе светлее…