«Вы – род избранный»: апостольское призвание каждого христианина и искусство быть светом среди людей

Апостолы Петр и Иоанн, спешащие ко гробу после Воскресения Христова. Художник: Эжен Бюрнан

«Но вы – род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет»

(1 Пет. 2, 9).

Разрушение стереотипа об «апостольстве»

Признаюсь, как священник, я часто встречаю в глазах прихожан тихое недоумение, когда речь заходит об апостольском служении. Стоит нам услышать слово «апостол», как перед мысленным взором встают величественные образы двенадцати учеников, облечённых благодатью Пятидесятницы, или святых просветителей целых народов, чей путь запечатлён мученической кровью. И невольно закрадывается мысль: «Это они – избранные. Это их удел – проповедовать до края земли. А я? Я простой человек, мирской, обременённый немощами и заботами житейскими. Какое отношение к апостольству имею я?»

По самому факту нашего воцерковления мы призваны быть свидетелями и посланниками Божиими в этом мире

Но вот что удивительно, и что мне хотелось бы донести до ваших сердец сегодня. Апостол Пётр в своём соборном послании обращает эти высокие слова – «род избранный, царственное священство» – не к горстке посвящённых, а ко всей Церкви, ко всем верующим, искупленным Кровью Христовой. Через таинство Крещения мы с вами родились в жизнь вечную, а через Миропомазание были лично запечатлены «печатью дара Духа Святаго». Не по сану, не по богословскому диплому, а по самому факту нашего воцерковления мы призваны быть свидетелями и посланниками Божиими в этом мире.

Апостол – значит «посланный». И каждый из нас послан на то место, куда Господь определил нас, чтобы там возвещать – не столько словом, сколько самой своей жизнью – дивный свет Христов.

Вот об этом тихом, подчас незаметном, но подлинно апостольском призвании каждого христианина – и о том, как воплотить его в непростых реалиях нашего времени – я и хочу сегодня поразмышлять вместе с вами.

В чём заключается наше призвание?

Вспомним: кого Господь призвал быть первыми апостолами? Не фарисеев и не первосвященников, не мудрецов, искушённых в книжной премудрости, а простых рыбаков и, что поразительнее всего, мытаря Матфея, человека презираемой обществом профессии. Между ними и нами нет непроходимой пропасти. Все они были такие же люди, как мы, обуреваемые страстями, сомнениями, страхом. Пётр, будучи уже призванным, трижды отрёкся. Фома не поверил величайшей вести о Воскресении, пока не вложил персты в раны Спасителя. Но их всех изменила встреча с живым Христом, и именно эта встреча, это личное потрясение от близости Бога стали содержанием их последующей проповеди.

Наше призвание, возлюбленные, удивительным образом остаётся тем же. От нас не требуется изобретать новое богословие или совершать великие внешние подвиги. От нас требуется только одно: позволить этой встрече с Воскресшим Христом состояться в глубине нашего собственного сердца. Дать Ему преобразить нашу жизнь изнутри, чтобы окружающие, глядя на нас, чувствовали не нас самих, а то тихое и радостное Присутствие, которое невозможно объяснить никакой человеческой логикой.

Если мирянин станет жить подлинно по-христиански, то сама жизнь его будет проповедью, более действенной, чем громкие слова

Святитель Иоанн Златоуст в одной из своих бесед заметил, что если мирянин станет жить подлинно по-христиански, то сама жизнь его будет непрестанной литургией и проповедью, гораздо более действенной, чем иные громкие слова. Господь в Нагорной проповеди называет нас «солью земли» и «светом мира». Соль хранит пищу от гниения – так и христиане призваны хранить мир от духовного разложения своей верностью заповедям, правдивостью, целомудрием. Свет разгоняет тьму не пламенными речами о природе фотонов, а просто самим фактом своего существования – так и мы, если действительно носим в себе этот тихий Божественный свет, обязательно будем замечены теми, кто блуждает во тьме уныния, отчаяния и богооставленности.

Вот в чём наша апостольская задача: не просто называться христианами, а быть ими – не по наружности, а по внутреннему устроению души, пропитанному евангельским духом.

Искусство быть христианином среди разных людей

Но здесь мы неизбежно сталкиваемся с самым трудным вопросом. Бережно хранить светильник веры в храме, среди единомышленников, под пение знакомых молитв – это одно. А как быть светом там, где нас не понимают, где нас зачастую провоцируют, высмеивают или, что ещё сложнее, остаются к нам совершенно равнодушны? Именно в этом повседневном искусстве и раскрывается наше малое апостольство.

Среди страдающих и скорбящих. В жизни каждого из нас неизбежно оказываются люди, раздавленные горем, потерей, болезнью. И первое, почти инстинктивное наше искушение – начать говорить. Объяснять – «за что», искать богословский смысл страдания, утешать дежурными фразами вроде «Бог дал, Бог взял» или «всё будет хорошо». Но разве учит нас такому Евангелие? Вспомним трогательный момент: Христос приходит к гробнице Своего друга Лазаря. Он, Сын Божий, уже знает, что через минуту воскресит усопшего. И всё же, видя слёзы Марфы и Марии, Он не произносит богословской лекции. Он плачет. Он просто плачет вместе с ними, разделяя их человеческую боль. Наша подлинная миссия среди скорбящих – это, прежде всего, наше молчаливое присутствие, наша способность слушать и слышать, наша готовность просто побыть рядом, разделяя чужую беду, как свою собственную. Иногда одна искренняя слеза сострадания говорит больше, чем тысяча благочестивых наставлений.

Иногда одна искренняя слеза сострадания говорит больше, чем тысяча благочестивых наставлений

Среди агрессивно настроенных или хулящих веру. Сегодня, в эпоху Интернет-споров и словесных баталий, этот вызов встаёт особенно остро. Как легко нам, ощутив укол по самому дорогому, броситься в бой с праведным гневом, обличить, уязвить оппонента эффектной цитатой! Но апостол Пётр предупреждает нас: «…будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчёта в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением» (1 Пет. 3, 15). Кротость и благоговение – вот единственно возможная тональность христианской апологии. Вспомним Христа перед Пилатом. Господь, воплощённая Истина, отвечает на клевету не оправданиями, а исполненным достоинства молчанием. Он знал, что перед Ним не ищущий правды, а заложник собственных страхов и тщеславия. Священное Писание даёт нам и другой мудрый совет: «Не мечите бисера вашего перед свиньями» (Мф. 7, 6). Это не призыв к презрению. Это призыв к духовной трезвости: не выставлять святыню на поругание, не провоцировать ближнего на ещё большее озлобление, понимая, что слово, сказанное невовремя, способно лишь укрепить человека в его богоборчестве. Здесь наша миссия – в тихой внутренней молитве за обидчика и в том, чтобы не отвечать злом на зло, сохраняя мирное устроение.

Среди равнодушных и «мирских». Это, пожалуй, самая сложная и обширная категория людей, с которыми мы сталкиваемся ежедневно. Коллеги по работе, соседи, попутчики, живущие сугубо земными интересами и не помышляющие о Боге. Как часто верующий человек в такой среде невольно становится замкнутым, настороженным, осуждающим всё и вся «унылым православным». Но именно здесь и проверяется подлинность нашего апостольства. Людей не привлечёшь к Церкви суровым лицом, вечным постом и взглядом, полным укоризны.

Людей не привлечёшь к Церкви суровым лицом, вечным постом и взглядом, полным укоризны

Их может заинтересовать только то, чего у них нет. А у них зачастую нет тихой радости, сердечного мира, нелицемерной любви. Если мы в своём рабочем коллективе будем самым честным и ответственным сотрудником, в своей компании – самым надёжным и не предающим другом, в быту – человеком, не участвующим в сплетнях и осуждении, рано или поздно кто-то обязательно спросит: «Слушай, в чём твой секрет? Почему ты так спокойно переносишь трудности? Откуда у тебя это внутреннее достоинство?» Вот он, долгожданный момент, когда нам не нужно будет подбирать высокие слова, потому что наш собеседник уже сам открыл своё сердце, видя в нас нечто подлинное.

Среди близких – в семье. И именно в кругу родных людей наше апостольство проходит самую суровую проверку. Как метко заметил кто-то из подвижников, на людях мы все святые, а вот дома, когда кончился сахар, а пульт от телевизора пропал, проявляется наша настоящая вера. Терпение немощей друг друга, умение промолчать, когда хочется сказать колкость, способность искренне попросить прощения и первым пойти навстречу – это и есть высшая, бескровная форма миссии. Никакая проповедь не будет услышана неверующими домашними, если она произносится раздражённым тоном. Но если муж, жена или дети увидят, как мы молимся в углу комнаты, как мы стараемся исполнить заповедь любви в бытовых мелочах, – это будет запечатлено в их душах сильнее целых богословских томов.

Ловушки на пути «малого апостола»

Однако, вступив с горячим сердцем на этот путь, нам необходимо помнить о тех опасностях, которые подстерегают ревностного, но неопытного делателя. И здесь я хочу сказать несколько слов предостережения – с пастырской любовью.

Первая и самая страшная ловушка – это подмена цели средствами. Желание привести людей к Богу подменяется желанием переделать их под себя, навязать им нашу личную «благочестивую» картину мира. Мы начинаем смотреть на окружающих как на объект миссии, а не как на живые души, за которые Христос пролил Свою Кровь. Тогда в сердце незаметно прорастает ядовитый сорняк превозношения: «я – спасаю, они – погибают». Но апостол Павел в гимне любви предупреждает нас с непререкаемой ясностью: если я раздам всё имение и даже тело своё отдам на сожжение, а любви не имею, – я ничто, я медь звенящая.

Вторая ловушка – это желание скорого и зримого результата. Мы хотим видеть плоды своих апостольских усилий немедленно: чтобы коллега тут же побежал в храм, а родственник немедленно бросил дурную привычку. Не видя этих плодов, мы впадаем в уныние и разочарование. Но наше дело – сеять. Наше дело – быть верными в малом. А взращивает семя веры и любви в человеческом сердце Сам Господь, и происходит это, как правило, в сокровенной тишине, незримо для наших глаз и не по нашему расписанию.

И, наконец, пожалуй, самая тонкая ловушка – подмена живой любви внешней благочестивой атрибутикой. Нам начинает казаться, что если мы выучили церковнославянский, строго соблюдаем все посты и знаем устав до тонкостей, то мы уже автоматически являемся светом для мира. Но преподобный Серафим Саровский, чья память и чьи наставления согревают всякую русскую душу, оставил нам иной, удивительный критерий: «Стяжи дух мирен, и тогда тысячи вокруг тебя спасутся». Не от нашего благочестивого вида, не от нашего умения цитировать каноны, а от того, каким духом – мирным или осуждающим, любящим или гордым – веет от нашего сердца, зависит наше подлинное влияние на ближних.

Призыв к тихому подвигу

Дорогие мои братья и сестры! Мир сегодня оглушён потоком информации, громких лозунгов, политических и социальных баталий. В этом море шума человеческая душа изнемогает от жажды тишины, искренности и подлинной, бескорыстной любви. И именно сейчас, как, возможно, никогда прежде, мир нуждается не в грозных проповедниках, а в тихих, кротких носителях света Христова. В нас с вами.

Каждый из нас, крещёный и миропомазанный, призван и поставлен Богом на то место, где он сейчас находится, не случайно. Именно здесь, на своём рабочем месте, в своей семье, в очереди в поликлинике или в вагоне метро, мы призваны совершать наше малое, незаметное, но царственное апостольство. Мы – род избранный, не для гордости и самолюбования, а для смиренного служения. Мы – наследники апостолов, не по крови и не по формальному сану, а по благодати и по нашему свободному произволению следовать за Христом каждый прожитый день.

Так давайте же начнём это служение прямо сегодня. Не откладывая на завтрашний день. Начнём с малого: с искренней, тёплой улыбки тому, кто нам неприятен и кого мы привыкли избегать. С терпеливого, не перебивающего выслушивания уставшего супруга или одинокого пожилого родственника. С короткой, но горячей молитвы своими словами за весь этот мятущийся и страждущий мир, которую мы можем вознести, даже идя по улице. С решимости промолчать в ответ на провокацию, погасив зарождающуюся внутри волну гнева.

Вот из этих малых, едва заметных кирпичиков и складывается здание нашего спасения и спасения окружающих нас людей. И тогда тихий, благодатный огонь Пятидесятницы, который Господь изливает на всякую душу, ищущую Его, действительно согреет и преобразит не только наши собственные сердца, но и сердца тех, кто рядом с нами.