Кошице – второй по величине город Словакии, уступающий по численности населения только столице, Братиславе. Он расположен на востоке, недалеко от границ с Венгрией и Украиной. Преимущественно католический, как и вся Словакия, Кошице также известен своим православным приходом – одним из крупнейших в стране.
Приход существует более 90 лет, беспрерывно с момента основания в 1935-м году. Ведущую роль в том, что в этом городе на востоке Словакии зазвучали слова православной молитвы, сыграли русские эмигранты. Для них возможность участвовать в Божественной литургии была намного важнее тех сложностей и невзгод, с которыми они сталкивались в приютивших их странах. Поэтому в центрах русской эмиграции почти всегда появлялись православные приходы – как правило, небольшие, небогатые, но зато сплочённые и крепкие.
Православие – это не этническая или национальная религия. Можно быть православным, но не быть русским. Церковная община в Кошице, хотя и созданная русскими людьми, по мере своего развития утрачивала свой русский характер, становилась более многонациональной – к ней присоединялись русины, словаки, украинцы, люди других национальностей. Почти все эти годы православные молились во временных приспособленных помещениях, хотя некоторый период служили в храме, поочерёдно с греко-католиками.
В 1991-м году униаты Кошице, как и повсюду в Словакии, потребовали от православных покинуть «общий» храм. Пришлось снова искать временное пристанище. Больше 20 лет, с начала 1990-х, богослужения велись в арендованном подвальном помещении на ул. Главная – вплоть до того момента, пока не завершилось строительство храма на улице Ческословенскей армаады (Чехословацкой армии). Это событие порадовало православных Кошице в 2012-м году.
В храме незримо присутствует связь с Русской Церковью: закладной камень освятил Патриарх Алексий II во время своего визита в Словакию в мае 1996 года. К сожалению, из-за нехватки средств строительство тогда застопорилось. Возобновить его смогли только спустя 10 лет, в 2006-м году. Но и после возобновления строительных работ пришлось ждать ещё 6 лет, пока новый храм распахнул свои двери для православных верующих.
Сейчас в Церкви Успения Пресвятой Богородицы, Иоанна Милостивого и Розалии Палермской служат два священника – Петер Бзик и Матуш Спишак. Настоятель – Матуш Спишак – из священнического рода, его дед – Михаил – и отец – Владимир – служили у престола Божия. Протоиерей Владимир Спишак много лет был настоятелем Церкви в Кошице, вплоть до своей кончины в феврале прошлого года.
***
– На самом деле я не планировал быть священником, и мой отец не принуждал меня к выбору священнической стези, – говорит отец Матуш. – Я занимался футболом, даже поступил на спортивный факультет в университете. Но проучился там всего один год: не знаю как, но Бог привёл меня на богословский факультет Прешовского университета. Наверное, это немного стандартная фраза – «на всё воля Божия», но, думаю, именно воля Божия сподвигла меня к учёбе на факультете богословия и рукоположению в священный сан.
Отец Матуш стал диаконом в 2010-м году, а священником – спустя 12 лет, в 2022-м. Важный шаг от диакона до иерея был сделан во многом благодаря епископу Георгию (Странскому), правящему архиерею Михаловско-Кошицкой епархии.
– Владыка сказал мне: будешь священником, и я принял это как волю Божию, – поясняет отец Матуш. – Хотя, как упоминал ранее, никогда не стремился к священству. Видя перед глазами пример отца и деда, я понимал, насколько сложно это служение. Быть священником – очень тяжёлая работа; даже не работа, а призвание. Каждый иерей несёт свой великий крест, имея много обязательств и ответственности.
Каждый иерей несёт свой великий крест, имея много обязательств и ответственности
– Отец Матуш, я вполне понимаю сложность вашего служения; тем более что вы служите в одном из самых многочисленных приходов в Словакии. Каким образом вам удаётся организовывать, например, совершение таинства Исповеди?
– В приходе есть такое правило: если человек регулярно исповедуется и причащается, то я могу благословить причащаться некоторое время (например, 2–3 недели) без Исповеди (если у прихожанина не появится тяжких грехов). Обычно я исповедую в субботу, после вечернего богослужения. Когда я был единственным священником, Исповедь продолжалась 2–3 часа, пока все желающие не исповедовались. В конце прошлого года в приход был назначен второй священник, поэтому успеваем исповедовать где-то за полтора часа. В воскресенье Исповеди нет: мы сосредоточены на молитве, на литургии.
– Приход у вас многочисленный, в нём есть дети и подростки. Как сделать, чтобы они не уходили из Церкви, особенно когда наступает непростой переходный возраст?
– У меня 5 детей, от 2 до 15 лет, но я сам не знаю, как это сделать. Наверное, нужно быть настоящим священником, не притворяться, не лицемерить (то же самое относится и к мирянам). Плохо, когда мы в церкви говорим одним образом, а дома – другим. Дети не понимают, почему, например, в храме папа добрый и улыбается, а дома злится и кричит.
Дети не понимают, почему в храме папа добрый и улыбается, а дома злится и кричит
Лицемерие отталкивает от Церкви. Конечно, мы не святые, нам сложно избегать подобного лицемерия, но мы должны стараться, чтобы его было меньше в нашей жизни… Также нужно понимать, что на детей влияет окружение, Интернет. Быть верующим в обществе «непрестижно», для молодёжи это некое понижение, хотя должно быть наоборот.
– Почему же для молодёжи быть верующим – это понижение?
– Не знаю. Но я и сам такое переживал, хотя в церковь ходил, так как папа был священником. Может быть, в молодости вы себя чувствуете сильным, здоровым, не нуждающимся в Боге… И когда прихожане просят совета о детях, уходящих из Церкви, я обычно рекомендую оставить детей в покое.
Когда прихожане просят совета о детях, уходящих из Церкви, я обычно рекомендую оставить детей в покое
Объясняю, что, даже уйдя из храма, подростки всё равно сохраняют веру в душе, в своём сердце. Мы должны молиться за них, а они, как и блудный сын, вернутся. Время, когда они были при Церкви, не уйдёт от них безвозвратно. Люди, вкусив мирские соблазны, поймут, что подлинное счастье возможно только в Боге. У нас есть прихожане, уходившие в молодости из Церкви, а потом вернувшиеся. Родители должны всегда молиться за своих детей. Не только детям говорить о Боге, но и Богу говорить о детях, просить Бога, чтобы дети вернулись в храм Господень.
– Немалый плюс в Словакии в том, что дети могут изучать «Основы Православия» в школе… Возможно, в этом есть шанс как-то укрепить их в вере.
– Это хорошо в теории, но сложнее на практике. Я преподавал школьникам «Основы Православия», но сейчас от этой практики отказался. Уроки обычно ставят последними, когда дети уставшие, хотят домой. Для них сложно, иногда мучительно оставаться и ещё что-то слушать 45 минут. Поэтому мы решили, что лучше наставление в вере предлагать в воскресной школе при храме. Здесь собираются дети из разных школ, они знакомятся друг с другом. Мы можем не только учиться, но и, например, пить чай, или даже пойти поиграть в футбол. У нас есть ещё одно правило: основы Православия должны знать не только дети, но и их родители. Мы не поощряем такую практику, когда родители оставляют своих детей в воскресной школе, а сами куда-то уходят по своим делам. Поэтому параллельно с занятиями для детей у нас идут занятия для взрослых. Когда родители знают о Боге, Церкви, Православии, они могут что-то передать своим детям.
В умении говорить с детьми о Боге и Церкви также проявляется ответственность родителей за судьбу детей. Она важна ещё и потому, что за воспитание своих чад в вере мы будем держать ответ перед Всевышним.