Мой первый Великорецкий крестный ход

Кто ходил, тот поймет.
Кто не ходил – объяснить затруднительно.
Это как про восход солнца рассказывать.
Слов много – и все без толку. Надо самому зреть.
(прочитано в интернете, А. Рохлин, 2020 год)

Предисловие

Про Великорецкий крестный ход я знала давно. Лет 25 точно. Именно тогда этот путь прошла моя мама. Мне не было и 40 лет – в голове был ветер, гоняющий тараканов и разметающий по углам кучи всякого мысленного мусора. Помню, как, насмотревшись фоток в интернете, очень за нее переживала. Да и связь тогда была плохая совсем. Помню, как слушала ее рассказы про грозу, град, грязь и сон по два часа в сутки, восхищалась стойкостью, но пройти самой – да ладно, и в мыслях не было! Потом много лет в крестный ход ходил двоюродный брат Андрей, даже икону нести ему доводилось. Ну, Андрюха-то не мама, здоровенный амбал! Хотя и тут я удивлялась, чего он там забыл каждый год-то! Время от времени я посматривала фотки, сделанные паломниками, но пойти самой по-прежнему совсем не хотелось. Лет 15 назад мы съездили в Великорецкое просто сами на машине, я видела этот берег, реку, даже окуналась в купель. Да, там было красиво, даже ощутимо намолено, но, опять же, я восприняла эту поездку спокойно, как интересную экскурсию.

Шли годы, жизнь менялась, стали уходить в мир иной один за другим родные и знакомые люди (это, знаете ли, заставляет задуматься). 2024 год стал переломным. Пожалуй, рекордным по количеству горя и радости, которые сменяли друг друга калейдоскопом… В начале 2025-го я несколько месяцев сидела без работы, много слонялась по ближайшему лесу и много передумала всякого. Моя жизнь изменилась, и как-то пришла в голову мысль, что я тоже должна пойти в Великорецкое. Ну, знаете, как бывает, когда помощи просить больше не у кого, вспоминаешь о Боге… В общем, накопилось, видимо. Оно, выходит, так и должно было случиться.

Никого не агитирую, никого не зову. Позвать в Великорецкое может только собственное сердце

Правда, сразу в 2025-м осуществить идею не получилось, но зато на этот шестидесятый год моей жизни крестный ход стал четкой осмысленной целью. Правда, я не совсем осознавала, как и что будет, надеялась на помощь Андрея. Это потом я поняла, что помогает Бог. Руками и силами многих других людей.

Постараюсь рассказать вам «про восход солнца». Никого не агитирую, никого не зову. Позвать в Великорецкое может только собственное сердце.

Как все устроилось

Что ж, отпуск оформлен, билеты закуплены заранее. Пара бесед по телефону с братом. Он все думал, искал варианты как опытный индеец. А я думала: ну, куплю маленькую, легенькую палатку и пойду одна, как-нибудь все устроится. Я же могу и люблю ходить одна. И вот в субботу, 30 мая, у нас был «СберПрайм Зеленый марафон» – бегу свои четыре километра по набережной Москва-реки, а в кармане надрывается телефон. Андрей:

– Я тебе скинул телефон, позвони как можно скорее! Пойдешь с приходом, тебе все расскажут.

– Андрюх, я бегу сейчас, бегом. Через полчасика только смогу.

– Ну, давай, только позвони!

Добежала, отдышалась, набираю присланный номер. Приятнейший голос девушки по имени Оксана рассказывает, что приход кировского храма сорока Севастийских мучеников берет меня под свое крыло за скромное пожертвование. Мне дадут мешок для тяжелых и объемных вещей, который будет переезжать со стоянки на стоянку, обеспечат местом для палатки, горячим ужином, утренним (вернее, ночным) чаем с печеньем. Выдыхаю, перечисляю пожертвование, благодарю брата и Николая Чудотворца за помощь. Но чудеса на этом только начинаются.

Прекрасный ангел Оксана пишет: «Если хотите, сориентирую Вас на своих ребят…»

Хочу, хочу! Я уже все хочу!

В общем, не буду пересказывать всю переписку. В принципе, я не знаю, почему Оксана решила познакомить меня со своими друзьями. Правда не знаю. Она ведь могла этого не делать. Все рассказала, объяснила, нужные телефоны дала… Но она пошла дальше: добавила меня в чат к людям, которые за эти шесть дней стали мне братьями и сестрами. Если бы не они, я бы вполне возможно и не прошла бы весь путь… И это тоже было чудо.

Крестный ход

Ранним утром 3 июня я приехала в Киров, пришла в Трифонов монастырь и без труда нашла своих прекрасных спутников по ориентирам, присланным в чат. Знакомимся уже в реале. Вот таким составом мы шли в Великорецкое:

• Владимир. Почти мой ровесник. Приехал из Крыма. Открытый, внимательный взгляд спокойного и сильного человека. Потом дополнительно обнаруживается прекрасное чувство юмора и способность рассказывать анекдоты к месту.
• Алексей. Молодой, красивый, большой такой богатырь наш вятский! Потом уже замечаю, что все прикольчики и манеры в точности как у моего сыночка (поколение миллениалов), только чуточку другой репертуар. «Эх, лук-лучок!» не давал загрустить всю дорогу, особенно обратную. (А у меня в голове: ничего себе совпадение – у меня сын Алексей, а папа Владимир!)
• Александр и Ольга. Как и все, кто идет не первый раз, рады празднику – началу крестного хода, но, очевидно, сосредоточены на своих мыслях. Ой, а рядом с ними сын – мальчишка такой глазастый, хрупкий, выглядит младше своих девяти лет. У Артема ДЦП, и большую часть пути он поедет в специальной коляске, переделанной из велосипедного прицепа. Они хотят дойти до Великорецкого, в прошлом году не получилось, пришлось раньше вернуться. Помоги им, Господи!
• Ульяна догнала нас на первом привале. Она вошла в реку крестного хода чуть позже, в городе. Совершенно очаровательная, добрейшая, ясноглазая! Вместо обычного «спасибо» всегда: «Благодарю тебя!» – так чудесно! Потом уже к образу добавятся фирменные мурашки и «Слава Богу за все!».
• А добрый мой ангел Оксана приедет к нам уже в Великорецкое, а потом еще и отвезет меня на вокзал в Кирове, когда мы вернемся.

Заканчивается молебен, и под колокольный звон Великорецкий крестный ход трогается в путь. Идем потихоньку и мы. Перед воротами батюшки кропят паломников святой водой, благословляя каждого на труд по силам. Святителю отче Николае, моли Бога о нас!

Первый день прошел быстро. Всего 19 километров по хорошей-то дороге, с привалами. Было время и полно сил еще смотреть по сторонам. Вон старушка какая, согнулась вся, как она, бедная, дойдет!? А вон молодая женщина. Зачем она такого маленького ребятенка-то на себе несет!? А вон вообще здорового бугая без ног везут на такой дощечке с колесиками… А вот, смотрите, дяденька слепой, держится одной рукой за рюкзак своего проводника, а другой за соединяющую их трость. Детей сколько! Разных возрастов, все с рюкзаками, такие деловые! Подростки без телефонов и наушников, давно вы такое видели? И совсем малышня в колясках. Молодежи полно! Рюкзачищи у некоторых огромные, тяжеленные. Даже бабули не позволяют помочь им нести тяжесть!

Обращаю внимание, что люди встречаются, узнают старых знакомых, обнимаются, поздравляют друг друга с праздником, «с новым ходом!». И такие все радостные!

Вообще, у крестного хода есть строгий порядок: впереди несут хоругви, потом идут представители духовенства, за ними несут икону, за иконой идут певчие и поют. Певчих много, в основном женщины и девушки в зеленых косыночках. Петь молитвы на ходу трудно, один хор сменяет другой, по очереди. И только за певчими уже можно идти обычным паломникам.

Утром из Кирова вышло около 31 тысячи человек – настоящая людская река

Утром из Кирова вышло около 31 тысячи человек – настоящая людская река. Когда Великорецкая икона уже переходила Вятку через мост, последние паломники еще выходили из ворот монастыря, а это, между прочим, два километра!

Говорят, тех, кто идет в первый раз, святой Николай на руках несет, а уж потом начинает испытывать… Наверное, он меня и пронес. Сейчас мне даже кажется, что было не так и трудно. Тело забыло про боль и усталость, а сердце помнит только радость и благодать.

Вот по каким дорогам приходится ходить

По-настоящему трудным для меня (и объективно для всех) был второй день пути. Первая ночевка в селе Бобино. Хотела написать «ночь прошла нормально, было даже совсем не холодно». Но какое там «ночь прошла»!.. Встали-то мы в два часа, а в три уже вышли – ночь в самом разгаре. Конечно же, к утру пошел дождь, пришлось доставать защиту. Кстати, современные технологичные защитные пленки-одеяла оказались очень кстати, места занимали мало, защищали отлично. Первый большой привал был в Загарье. Леха пророчит: «В Загарье ВСЕГДА бывает дождь!» И точно, дождь посыпал довольно-таки приличный. Вообще, дожди поливали нас весь второй день, да и ладно бы только нас, они поливали еще и дорогу, которая, будучи растоптанной тысячами ног, превратилась в сплошное грязно-водяное месиво! Узкие участки более или менее проходимой почвы были по краям, плюс время от времени эти обходные тропки углублялись в лес. Предупрежденная опытными спутниками, я вышла из Бобино сразу в сапогах. С двойными стельками для мягкости. Нет, я не натерла мозолей, но к обеду пальцы оказались «намяты», и каждый шаг стал отдаваться тупой болью, как будто нажимают на синяк. Дай, думаю, одну стельку уберу, может, лучше будет. Убрала тонкую, которая с сапогами продавалась, но лучше не стало. Иду, терплю. А потом я потеряла своих спутников. Когда теряешься, получается так, что непонятно, то ли ждать, то ли догонять… Ждать хуже: вдруг все вперед ушли, можно долго и бессмысленно простоять. Поэтому решила идти. И тут мне святой Николай как раз приготовил немного испытаний…

Вот по каким дорогам приходится ходить

Дело в том, что, в отличие от меня (все-таки в значительной мере «туристки»), люди в крестный ход идут с молитвой. Кто как: кто-то про себя молится, кто-то акафист Николаю Чудотворцу наизусть знает, а кто-то по книжке читает, прямо на ходу смотрит в текст… Один дедуля, такой старичок-лесовичок бородатенький, возглавлял группу старушек, и они довольно бодро, дружно и совершенно непрерывно подгоняли себя строевой песней: «Слава Тебе, Господи, слава Тебе! Слава Тебе, Господи, слава Тебе! Слава Тебе, Господи, слава Тебе! Слава Тебе, Господи, слава Тебе!»

Примерно в таком же ключе пелась крестоходцами и Иисусова молитва. Не так задорно, конечно, но достаточно монотонно и тоже непрерывно.

– Гооосподи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас греешных! – поют женские голоса.

– Гооосподи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас греешных! – вторят им мужские.

И так без остановки…

Поскольку я не богослов, приведу цитату из интернета, поясняющую смысл и значение Иисусовой молитвы, это важно:

«Иисусова молитва подчеркивает личную веру в Бога как в живого и личного, а не абстрактного, безличного бога. В ней происходит обращение к конкретной личности – Иисусу Христу, Сыну Божию. Ее регулярное повторение помогает уму и сердцу очиститься от назойливых и греховных помыслов. Молитва действует как духовный страж, препятствуя оседанию нечистых мыслей и помогая удерживать сосредоточенность на Боге. Это важный аспект, поскольку именно рассеянность и блуждание ума отвлекают верующего и ослабляют молитвенную жизнь.

Также Иисусова молитва помогает воспитать смирение, очищает сердце от гордыни и суеты, тем самым обеспечивая покой и мир душе. Молитвенный текст несет в себе обращение о милости – “помилуй”, – в котором заключено все: просьба о прощении грехов, об утешении, укреплении и помощи в жизни. Считается, что повторение молитвы способствует развитию умиротворения и любви к ближнему».

Признаюсь, поющие меня ужасно раздражали, мешали думать о своем. При этом я понимала, что растущее раздражение – это совершенно неправильно

Надо ли объяснять, что мою практически совершенно не воцерковленную голову одолевали в пути как раз самые различные мысли? В общем, признаюсь, поющие меня ужасно раздражали, мешали думать о своем. Я отпускала вперед одних, на их место приходили другие, обгоняла одних – догоняла других… и так без конца. При этом я понимала, что растущее раздражение – это совершенно неправильно, что я тут не на прогулке и надо бы смириться как минимум. Но понимание помогало мало, внутреннее напряжение росло.

Так мы дошли до достаточно широкого ручья, вытекающего из переполненного дождями озера. Через ручей было перекинуто несколько шатких бревен разной толщины и скользкости, между которыми бурлил поднявшийся поток ледяной воды. Конечно же, добрые ангелы дороги, мужчины с сильными руками в высоких сапогах, встали на переправе, заботливо подавали руку и в финале выдергивали на берег, не давая растянуться на липкой глине. А перед этой переправой образовалась внушительная пробка. Примерно как в час пик перед эскалатором в метро. Такое же пингвинье передвижение, только ногами в чавкающей грязи. Ну, и еще никто никого не толкал и не пытался пролезть вперед. И прямо над ухом бесконечное: «Гооосподи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас греешных!» Сил моих неееет! «Ну, замолчите, пожалуйста, хоть ненадолго!» – вопил один мой внутренний голос, а второй пытался его успокоить…

Что случилось дальше, должно быть уже понятно. Подходит моя очередь, берусь за протянутую мне руку, шагаю на бревно и – тадам!!! – соскальзываю обеими ногами в ручей по колено. В общем, выбралась на берег я с мыслью: «Вот тебе, Наташа, за раздражение твое. Получи!» И, знаете, не было злости, досады, а наоборот, как-то весело стало сразу. В сапогах чавкает холодная вода, а я топаю и чувствую, как отпускает боль в пальцах. Видимо, от холода спала отечность и ноги перестали болеть. Прошагав до ближайшего удобного привала, сажусь, выливаю из сапог воду, достаю мокрые стельки и протираю сапоги салфетками. Вот зачем я стельки-то вторые вытащила, пригодились они мне! Носки сухие в запасе были, без этого никак. Дальше уже иду и тихонько себе под нос подпеваю: «Гооосподи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас греешных!»

Кстати, до сих пор у меня в голове крутится и крутится Иисусова молитва…

До сих пор у меня в голове крутится и крутится Иисусова молитва…

В итоге я пришла в Монастырское на ночлег примерно на полчаса раньше своих спутников. Второй день достался им тоже очень непростой, ведь они еще и с Артемом в коляске все эти преграды преодолевали. Артема укачало за день так, что будь здоров! Оля с Сашей уже думали, что, как и в прошлом году, дойти до Великорецкого не получится и придется уезжать в Киров из Монастырского. Но время было уже позднее, решение отложили до утра. Вернее, до ночи.

В Монастырском было холодно спать. Я вся извертелась в спальнике, напялила даже флиску, налепила на себя все имеющиеся грелки, но нормально поспать так и не смогла, подъем был даже в радость. Горячий чай малость приподнял настроение. Пока вставали и упаковывали вещи, Артемка наш немного повеселел. Конечно, Оле и Саше очень хотелось идти дальше, но сомнения не отпускали. Икона уже ушла, а мы все копались, собирались, сдавали мешки… Понимали, что самый трудный день прошли, дальше будет полегче, но и ровной, чистой дороги не будет, впереди еще 30 километров! Когда тянуть стало уже некуда, Саша, видимо, инстинктивно решив довериться Николаю Чудотворцу, помогающему в пути, спросил сына: «Ну что, Артемка, поедем опять по лужам кататься?» И каково было общее удивление, когда мальчуган уверенно ответил: «Да»!

В третий день я решила не теряться, постоянно отслеживала глазами Володю, Леху и Ульяну. А вот Артемкино семейство отстало, но мы решили, что пусть они пойдут пока не торопясь, вдруг вернуться придется… Правда, переживали, как они там, но опять же положились на волю Божью и помощь святого Николая.

На половине пути густой лес вдруг расступился, и перед нами вырос храм. Ого-го! Не, мы проходили разные села, и храмы там были вполне ничего, но храм в Горохово заслуживает по праву отдельного рассказа!

С давних пор паломники Великорецкого крестного хода останавливались передохнуть в деревушке Гороховской. Молились, отдыхали, набирались сил на дальнейшую дорогу. Была построена деревянная Трехсвятительская церковь, и деревушка выросла в большое село Горохово, через которое шел земский почтовый тракт. Люди здесь жили весело, проводили в году аж три разных ярмарки. И, чтобы не забывали они о Боге, в начале XIX века недалеко от храма, в лесу, явился образ Божией Матери в окружении святых ангелов. Весть быстро облетела всю округу, по просьбе жителей Указом императора Александра I в 1817 году начали строительство новой каменной церкви с колокольней. Собрали мастеров, построили храм на века, иконописец запечатлел чудесное событие над входом в колокольню и еще одно изображение Казанской иконы Божией Матери – на стенах и своде. Чтобы помнили об этом люди. В 1845 году строительство храма завершилось. Его высота – 38 метров, колокольни – 45 метров. В интернете пишут, что с высоты колокольни видна вся округа: села Великорецкое, Монастырское, Медяны, Загарье, Чудиново и множество деревень. Могу примерно представить, какая красота.

А в 1937 году храм закрыли. В интернете читаю историю о том, что в июне 1941 года какой-то мужик залез на купол храма и спилил крест. И тут подъехала машина НКВД, вышел сотрудник и объявил о нападении Германии на нашу страну. Так, говорят, Господь допустил войну: за мой Крест неси народ свой Крест. А мужик тот вскоре погиб. И те, кто разрушал храм, умерли не своей смертью. После войны в село вернулись единицы. А Леха, который в этих местах вырос, пересказывает нам слышанное с детства, что собрали всех жителей села Горохово и на глазах у них сбросили колокол с колокольни. И за то, что стояли, смотрели и не сопротивлялись, вымерло впоследствии все село. В конце 1970-х Горохово сгорело и прекратило свое существование, остались только не поддавшиеся окончательному уничтожению стены церкви. А вместо засыпанного храмового колодца в лесу, где явился образ Божией Матери, забил источник.

Вот нашла в интернете фотографию, сделанную крестоходцами в 2005 году. Таким примерно храм видела и моя мама.

Храм в Горохово в 2005 г.

А вот так храм в Горохово выглядит сейчас.

Храм в Горохово в наши дни

Храм в Горохово в наши дни

На оставшейся от старых стен кирпичной кладке над входом на колокольню можно заметить с каждым годом все ярче проступающий лик Богородицы.

Проступающий лик Богородицы над входом на колокольню

В Горохово у нас большой привал. Устраиваем лежбище в тени, ветерок сдувает комаров – прекрасно, даже прохладно. С удовольствием валяемся на «пенках». Бродим по очереди вокруг храма, получаем бесплатную гречневую кашу и вятские пряники. Переживаем, как там по лесной дороге идут наши Оля, Саша и Артем – связь-то мобильная в лесу никакая, по рации Саша тоже пока не отвечает.

Иконостас гороховского храма

Захожу в храм, там идет служба. Надо же, за 20 лет практически с нуля такую красоту посреди лесов воссоздали!

Ставлю свечку за упокой всех усопших, шепчу имена родных и знакомых.

Интерьеры гороховского храма

Возвращаюсь неспешно к месту отдыха. Навстречу Ульяна с миской, побежала за кашей – пришли, пришли наши!

Почти шесть километров этот маленький мальчик с ДЦП шел пешком по лесной дороге, держась за мамину руку!

Подхожу – Артемка уже дрыхнет без задних ног на подстилке, рядом уставшая Оля. А Саня-то где? И коляски не видать… В смысле «сами пешком пришли»?! Как?! Оказывается, они потерялись где-то после середины пути. Чтобы было легче провезти коляску через очередную грязь, решили, что Артем немного пройдет пешком с Олей, а Саша провезет коляску. И потерялись. Где-то Саша замешкался. И не позвонить – связи в лесу нет. Постояли, подождали, делать нечего – пошли. И почти шесть километров этот маленький мальчик с такой непростой болезнью шел пешком по лесной дороге, держась за мамину руку. Мы, когда это услышали, реально слезами ревели с Ульяной вместе! Мы же там только что шли, здоровые тети, и нам было совсем ни разу не легко!!! Там же грязища такая, что взрослые скользили и падали! И это тоже было чудо.

Конечно же, мы вскоре дождались и Сашу с коляской. Что толку выяснять, какие обстоятельства развели их там в лесу, главное – все дошли до привала в целости и сохранности. И лишний раз убедились, что у каждого паломника свой крестный ход, каждый несет свои грехи и преодолевает по силам данные испытания.

Привал был долгим. Успели и к Великорецкой иконе приложиться, отстояв очередь. На каждом привале можно, но не везде удобно. А здесь прямо перед храмом отведено специальное место. Не знаю, может, воображение уже больное от усталости, но от нее реально исходит благодать! Мужчины сходили в купель, Ульяна тоже. Оказалось, что там целиком не окунуться – обмелело. Но умыться в целебной воде да ноги уставшие охладить – и то хорошо! Набрали в бутылки ледяной воды из святого источника.

Саша, Оля и Артемка

Крестоходцы

До финиша оставалось примерно 13 километров, четыре часа пути с дополнительным коротким отдыхом. Леху уже не остановить, он берется за коляску с Артемом и включает третью скорость! Догнали мы его уже в Великорецком.

Вот они, наши герои. Это еще с первого дня фото.

Ура, мы дошли!

Впереди золотой купол Никольского храма.

Конец пути. Село Великорецкое

Вот с такими примерно лицами (не очень качественное фото, но какое есть) люди приходят сюда. Уставшие, не спавшие, преодолевшие 90 километров разных дорог. Но какое же это было счастье!

Я поначалу удивлялась, почему люди ходят в крестный ход годами, а если случается пропустить, то страдают и переживают… А теперь я понимаю их!

Знаете, я поначалу удивлялась, почему люди ходят в крестный ход годами, в любую погоду, а если случается пропустить, то страдают и переживают… А теперь я понимаю их! В первый день мне было как-то все интересно, но не слишком эмоционально. Во второй день я думала, что больше никогда и ни за какие коврижки не пойду!!! А на третий день пути, как раз после Горохова, я уже думала о том, что мне надо взять с собой в следующий раз! И понимала, что обязательно захочу снова увидеть этих людей, пройти с ними этот путь. Вот такое преображение…

Итак, под вечер третьего дня, 5 июня, примерно 31 тысяча паломников равномерно распределилась по Великорецкому на отдых. Мы тоже пришли к своему лагерю, поставили палатки, смогли неспешно прогуляться, осмотреться. Кто-то ходил в храм на службы, которые проходили одна за другой с полуночи. Кто-то бухнулся спать. Я сходила в церковную лавку, написала и подала спокойно все записочки о здравии и об упокоении, купила свечи. Это был очень тихий и уютный вечер. И ночь была не такая холодная, как в Монастырском.

Привожу фотографию из интернета, чтобы было понятно, как там все устроено, в Великорецком.

Великорецкое

В правом нижнем углу вход, а в левом верхнем дорога уходит вниз к реке Великой, где, собственно, и случилось обретение чудотворного образа. И там, за колокольней на полянах, была и наша палаточная стоянка.

Народу – тьма! В СМИ говорили о 37 тысячах человек, собравшихся в этот день в Великорецком

А на следующее утро был праздник явления Великорецкой иконы святителя Николая, который отмечается 6 июня аж с 1668 года. Народу – тьма! В СМИ говорили о 37 тысячах человек, собравшихся в этот день в Великорецком. И огромная ярмарка, со всех соседних областей – море красоты и вкусноты.

В нашем лагере батюшки еще с вечера начали исповедовать своих прихожан и примкнувших к ним желающих. Утром кто-то еще стоял в очереди на исповедь, а кто-то уже готовился ко причастию – нельзя ни есть, ни пить. Я, когда узнала, что перед причастием надо еще читать определенные молитвы, решила не форсировать события, не насиловать свой мозг. И так мое критическое мышление вынесло достаточную нагрузку. Мы с Ульяной к 10 часам пошли на службу на берег реки Великой. Полтора часа я выдержала, надо признаться, с трудом… Спасло только то, что хор красиво пел, вот это мне нравится. А так мне очень трудно, потому что я не понимаю слов. А то, что понимаю… тоже непонятно. В общем, вспоминаю свою бабушку, Царствие ей Небесное, которая меня называла «заблудившейся» (в смысле «заблудшей», как гласит толковый словарь – «сбившейся с правильного пути в жизни; живущей в грехе, беспутной»). Не знаю, может, я и выбираюсь на правильный путь… но пока очень постепенно.

Во всей круговерти дня я так и не сходила к тому самому месту на береговом откосе, где была обретена икона. И окунаться в реку мы с Ульяной не стали, только ноги помочили уже к вечеру, когда основная масса народа схлынула. И очередь в купель не стали стоять. А вот за тем, как проносили икону к реке, потом к купели и обратно, мы как раз наблюдали из первых рядов, и водой святой нас щедро окропили. И воды из источника набрали с собой.

Слава Богу за все! И, дай Бог, не в последний раз я побывала здесь.

Проводили наших Олю, Сашу и Артема в Киров, они обратно уезжали на машине. Обнимались, желали добра и Ангела Хранителя в дорогу. Очень надеюсь, что мы еще встретимся!

Приехала Оксана с девочками-певчими, они должны были петь на вечерней службе в Преображенском храме. Мы успели перед службой познакомиться, поговорить. Ульяшенька наша тоже собрала вещи: она уезжала в Киров с Оксаной, завтра на работу. Пошли провожать.

Вот и вечер. Грустно немного. Все разъехались. Мы остались втроем на обратную дорогу. Поужинали подаренной Оксаной вкуснющей копченой рыбкой и расползлись по палаткам спать. Вставать нам в час, икона выходит в обратный путь в два. Вот так выглядит палаточный лагерь паломников в момент подъема:

Палаточный лагерь паломников в момент подъема

Алексей взбадривает нас песней про «лук-лучок» и обещаниями лютого глинистого бездорожья в районе поселка Медяны, где он проводил свое босоногое детство у бабушки. Рассказывает, что каждое лето с мальчишками встречали крестный ход, пробегали под иконой (есть такая традиция у встречающих).

Но дорога оказывается, в целом, вполне сносной, не страшнее второго дня. В Медянах нас ждет необыкновенно гостеприимный привал у Лехиных родственников, дай им Бог всякого благополучия и добра! Я такого вкусного простого огурцово-помидорного салата с маслом в жизни не едала, правда!

Плакат на фасаде местного ДК в пос. Мурыгино

Поселок Мурыгино встречает нас радугой, а надпись на фасаде местного ДК веселит до невозможности! Потом, уже вернувшись в родной город, на ярмарке в День города увидела еще: «Котельнич – душа России!» Вот не страдают от скромности вятичи!

Ночлег обещает быть забавным. Ночуем в местном ДК – как раз где родина счастья! Наши спальники привезли и заранее расстелили, где кому досталось. Вова с Лехой находят свои места в холле, а мой спальник оказывается в спортзале. Неизвестно, кому повезло больше… В холле бетонный пол, на одной пенке спать жестковато, а в спортзале маты расстелили, зато весьма душно, с проветриванием плохо дело. Хотя, опять же, спать-то всего до двух часов ночи, как-нибудь переживем! Надо будет на следующий год взять беруши, чтобы храпунов на все лады поменьше было слышно.

Остался всего один день пути. Говорят, он самый сложный, монотонно по асфальту идти тяжело будет. Да ну, думаю, что такого-то! Ан нет, потом я пойму, когда забьются мышцы. Особенно у меня болели передние поверхности икр, а левую ногу я еще два дня потом мазала всякими мазями и бинтовала эластичным бинтом, иначе ходить не могла. Опять же, на будущий год надо брать тейпы и заранее клеить. Вот такие дела.

Про последний день особенно и рассказать-то нечего. Светило солнце, пару раз принимался дождь, не доставляя каких-то существенных неудобств. Дотопали до Кирова, буквально падая на всех привалах. Вроде ноги отдыхали, но минут через десять боль возвращалась.

Я еще год назад обратила внимание, что люди, возвращающиеся с крестного хода, как будто с другой планеты прилетели, выражения лиц непередаваемые!

Центр Кирова встречал колокольными звонами, местные жители восторженно смотрели на уставших, но таких счастливых крестоходцев. Вспомнила, как мы в прошлом году были в Кирове как раз 8 июня. Я тогда еще обратила внимание, что идут они так, как будто с другой планеты прилетели, выражения лиц непередаваемые! Прошел год – и вот я в их рядах, и очень-очень этому рада.

Доходим до Трифонова монастыря. Круг замкнулся. Наш ход завершен.

Ребята остаются, чтобы после службы приложиться к иконе, а я боюсь опоздать на электричку, надо еще в храм за вещами заехать. Поэтому прощаемся до следующего года, и у нас еще остается общий чат.

Выхожу из перекрытой для движения части города, вызываю такси. Яндекс, конечно, в своем репертуаре – пользуется обстановкой, обдирает народ, но делать нечего.

Храм сорока Севастийских мучеников оказался очень уютным, хоть и построен совсем недавно. Прошла, посмотрела красоту, поставила свечку за упокой, положила денежку на цветы для украшения. Попила воды, перепаковала вещи. А тут и мой добрый ангел Оксана приехала, отвезла меня на вокзал. Никаких слов не хватит, чтоб высказать всю благодарность…

Храни вас Бог, дорогие мои братья и сестры! Оксаночка, Ульяша, Владимир, Алексей, Олечка, Саша и Артемка, спасибо вам за все! Даст Бог, мы встретимся снова, и будет новый ход и новые чудеса.