Из цепких объятий хозяйства к Пасхе

Великая Суббота в Сретенском монастыре

Каждой хозяйке известно, как сложно подготовиться к большому празднику, и особенно к Пасхе. И особенно если с детства внушили, что в Чистый Четверг должны быть помыты окна, и занавески постираны, и чтоб полы сияли, даже под диваном. Ну, и так далее. Список у каждого свой, но к Пасхе все делают генеральную уборку. И готовить надо не по-детски после долгого строгого поста, и закупить всё заранее. Наверно, не найдется более хлопотного дня во всем году, чем Великая Суббота.

Это достирать, то домыть, пасху творожную в холодильник поставить, куличи глазурью покрыть, яйца покрасить, холодец сварить, голубцы потушить

Я не помню, чтобы я хоть раз в жизни была в храме в этот день до прошлого года. Дел невпроворот. Это достирать, то домыть, пасху творожную в холодильник поставить, куличи глазурью покрыть, яйца покрасить, холодец сварить, голубцы потушить. Это не считая вечной круговерти с детьми и обычными хлопотами. Хорошо, если получится на часок прилечь перед ночной службой.

В прошлом году у меня впервые появилась возможность уехать из дому на три дня и побывать на службах Страстной Пятницы, Великой Субботы и Пасхи.

Как только решение было принято, я физически, психически, всем своим существом почувствовала притяжение хозяйства. Это было мощное магнитное поле. Оно реально не отпускало. Я не имела права оставлять дом, ибо:

1. Не все окна были вымыты.
2. К Празднику ничего не было приготовлено, за исключением куличей, яиц и творожной пасхи.
3. Что скажут гости, которые придут освящать куличи (поверьте, им было что сказать)?
4. Как можно прожить первый день Праздника без заранее приготовленных блюд?

Список укоризненно крутился в голове, и к нему добавлялись всё новые и страшные пункты: «а если…», «что скажут», «вдруг заметят», «как же можно».

Я зажмурилась и стала потихоньку выходить из поля. Знаете, как от высоковольтной вышки – не прямо, а то убьёт, а потихоньку, кругами. Решение принято, вещи на три дня собраны, младший сын усажен в машину. Тронулись. Беспокойство внутри дошло почти до уровня панической атаки, возникло чувство непоправимого. Я. Уезжаю. Из. Дома. Перед Пасхой. Я никогда раньше так не делала. Что же теперь будет? Недомытые окна взывают к совести. Полы кричат. Посудомойка рыдает.

Недомытые окна взывают к совести. Полы кричат. Посудомойка рыдает

По мере удаления от дома я успокаивалась и настраивалась на Великие дни.

Служба Страстной Пятницы. Последние годы я посещала с детьми вынос Плащаницы, короткую и пронзительную службу, и оказалась не готова к продолжительному богослужению. После часа стояния я потеряла счет времени, поняла, что устала, что уже не слежу за службой и не понимаю, о чем поют. И тут сынок решил купить книжку с текстом службы, открыл её и стал следить за чинопоследованием. Я тоже стала следить. Ко мне подошёл Николас, сын покойного настоятеля в Кембридже, о. Рафаила. Николас – блаженный. Он сказал мне громко на ухо: «Sing, Liudmila! Sing! (Пой, Людмила! Пой!)» Многозначительно посмотрел на меня – и пошёл дальше.

Я стала тихонько напевать. Вникла в слова. Забыла об усталости.

Великая Суббота была действительно великой и тихой

Великая Суббота была действительно великой и тихой. «Да молчит всякая плоть человеча». Сынок купил еще одну книжку, а сам присоединился к хору. После службы прочла предисловие протоиерея Александра Шмемана. Он сетует, что люди традиционно посещают службу Великого Четверга и Пятницы, а вот о Великой Субботе многие забывают. Закрываю книжку. Что-то сказал бы он, если бы увидел нас?..

Великая Суббота потрясла. Хотелось рассказать о ней, но о ней нужно молчать.

После богослужений Страстной Седмицы и двухдневного отрыва от суеты Пасха воспринималась по-новому.

Когда мы вернулись, дом стоял на своём месте. Холодильник никуда не убежал, окна не отсвечивали, в раковине прозябала одинокая тарелка, оставленная взрослым сыном, но я мужественно встретила этот удар судьбы. Пасха ведь на дворе!

Пришли те, кто не смог быть на службе, муж освятил куличи, мы спели «Христос Воскресе!», младший сын устроил для малышей поиск шоколадных яиц в саду и сыграл нам на виолончели. Я с ужасом заметила под столом фантик и крошки, но, похоже, никто не обратил на это внимания. Все радовались Пасхе.