Тайна предательства: почему мы оставляем Христа?

Отречение Петра, фрагмент. Художник: Гавриил Козлов, 1762 г.

В дни Страстной седмицы, когда мы вновь и вновь переживаем события двухтысячелетней давности, сердца верующих людей сжимаются от боли. Мы слышим за богослужением страстные Евангелия: вместе с апостолами на Тайной вечери спрашиваем: «Не я ли, Господи?» (Мф. 26: 22); видим толпу, исступленно кричащую: «Распни, распни Его!» (Ин. 19: 6), хотя совсем недавно те же люди кричали: «Осанна Сыну Давидову! благословен Грядущий во имя Господне! осанна в вышних» (Мф. 21: 9); с ужасом стоим перед Распятым, внимая Его предсмертным словам.

Враги Христа – первосвященники, фарисеи и книжники – действуют по-своему логично и последовательно. Они изначально не приняли Его проповедь искренней смиренной любви ко всем; не вместили Его учения о Небесном Царстве, противоположном царству земному; отвергли Его откровение о том, что Он – Сын Божий. Они дошли до конца в своем неприятии Иисуса из Назарета – до Его осуждения и убийства. Ведь Он совершенно не вписывался в их образ Мошиаха. Их логика – это логика человеческой гордости и ревности, логика борьбы за богатство, влияние и власть.

Если с врагами Господа все ясно, то совершенно не ясно поведение Его самых ближайших учеников. «Тогда все ученики, оставивши Его, бежали» (Мф. 26: 56).

Если ненависть Его врагов понятна, то бегство учеников – это тайна, которая касается не только их, но и каждого из нас. Ведь и мы – ученики Христа

Почему бежали те, кто неразлучно был с Ним три с половиной года? Те, кто своими глазами видел, как вода превращается в вино, как хлеба и рыбы умножаются для насыщения тысяч, как воскресает мертвый Лазарь? Они сами выходили проповедовать, сами творили чудеса Его именем и в конце концов исповедали: «Ты – Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16: 16).

Если ненависть врагов понятна, то бегство учеников и друзей – это тайна, которая касается не только их, но и каждого из нас. Ведь и мы, христиане, – ученики Христа.

Вера, ищущая своего

Можно предположить, что апостолы бежали из-за страха смерти. Мол, инстинкт самосохранения взял верх. Но, думаю, корень их предательства (а оставление Учителя в час смертельной опасности – это и есть предательство) лежит глубже. Дело не только в животном, физическом страхе.

Вспомним, о чем они спорили во время своего путешествия с Учителем. Евангелист Лука сохранил для нас эту нелицеприятную деталь: «Возник же и спор между ними, кто из них должен почитаться большим» (Лк. 22: 24). Мать сыновей Зеведеевых просила для них почетные места – одесную и ошуюю в Царстве (Мф. 20: 21).

Их вера долгое время была пропитана «духом выгоды». Они шли за Христом, ожидая получить нечто взамен. Они видели в Нем земного Мессию-Царя, который свергнет римское иго и установит новое политическое царство, где они займут высокие посты. Они верили в Него не ради Него Самого, а ради того, что Он мог им дать: безопасность, власть, статус, чудесную помощь, защиту и могущество.

И когда их расчеты рухнули в одночасье – когда Христос не взошел на престол, а позволил схватить Себя, когда Он вместо триумфа пошел на позорную казнь, – тогда их вера, построенная на песке собственных ожиданий, рассыпалась в прах. Им стало не на что опереться и не за что держаться. Все их надежды оказались бессмысленным, пустым самообманом.

Рухнула вера – рухнула и любовь. Остался только одинокий страх за свою никчемную жизнь.

Любовь, которая не ищет своего

Но Евангелие показывает нам пример другой веры и другой любви. Кто остался у Креста? Апостол Иоанн Богослов – тот, который больше всех впитал тайну жертвенной любви, которому было суждено понять всю глубину слов: «Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного» (Ин. 3: 16).

С Ним стояла Пресвятая Богородица и жены, которые скоро станут мироносицами. Они остались не потому, что были сильнее или храбрее апостолов. Просто их вера была чистой и беспримесной. В ней не было ничего лишнего. Они не искали и не ждали ничего, кроме общения со Христом. Для них быть с Господом, видеть Его, слушать Его, служить Ему – и было главным и единственным приобретением. Им не нужны были места в правительстве или какие-то другие земные блага. Им нужен был только Он Сам, Иисус Христос. В любви ко Христу они совершенно забыли о себе. Поэтому ничего и никого не боялись.

Апостол Павел позже сформулирует это свойство духовной жизни в своем знаменитом гимне любви: «Любовь не ищет своего» (1 Кор. 13: 5). Истинная любовь – единственная сила, которая не знает предательства. Она верна до смерти, потому что не торгуется, не рассчитывает, не рассуждает: «Я – тебе; ты – мне». Она просто отдает себя без остатка.

Момент истины

Современные христиане часто повторяют ошибку первых учеников. Зачастую мы приходим в храм, обращаемся к Богу, крестимся и прибегаем к другим Таинствам, чтобы Он дал нам здоровье, устроил наши семейные дела, помог с работой. Тем самым мы относимся к Богу, к вере, к Церкви как к средству для земного благополучия. Господь же говорит: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6: 33). Сами по себе земные блага неплохи. Проблема возникает тогда, когда для нас они становятся важнее Того, Кто их дает.

Сами по себе земные блага неплохи. Проблема возникает тогда, когда для нас они становятся важнее Того, Кто их дает

Если наша вера держится на приятных ощущениях, на решенных проблемах, на земном комфорте, то в конце концов приходит момент истины – момент выбора: «Я с Тобой, потому что я Тебя люблю» или «Я с Тобой, пока Ты мне выгоден». Господь протягивает нам Чашу страданий, ожидая услышать: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты» (Мф. 26: 39). Услышит ли? – вот в чем вопрос.

Петр, который клялся в верности до смерти, но трижды отрекся у костра, – это о каждом из нас. Мы отрекаемся от Христа каждый раз, когда выбираем удобство вместо совести, когда молчим там, где нужно исповедать истину, когда не хотим нести свой крест, когда не прощаем и осуждаем.

Путь истинной веры и любви – путь, явленный Христом. «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15: 13). По этому пути пошли Пресвятая Богородица, Иоанн Богослов, жены-мироносицы и все святые.

Не предадим ли мы?

Страстная седмица дает нам уникальную возможность заглянуть в собственное сердце. Не торгуемся ли мы с Богом? Не ждем ли от Него земных благ, забывая, что Он Сам есть наша главная награда и сокровище?

Апостол Иаков прямо обличает такое устроение: «Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4: 4). Мы не замечаем, как легко становимся «друзьями мира» – мира, который требует от нас компромиссов, выгоды, осторожного молчания.

Будем помнить, что Бог хочет от нас не формального соблюдения обрядов и не делового взаимовыгодного сотрудничества. Он ждет от нас той любви, которая не ищет своего. Только такая любовь способна пройти сквозь тьму Гефсимании, устоять у подножия Креста и войти в радость Воскресения.