Почему Бог не слышит наши молитвы

Старый новый храм. Художник: Дмитрий Белюкин, 1995 г.

Бог всеведущ – Он все и всегда слышит. Более того, и прислушивается – тоже всегда! Другое дело, что Он делает из наших молитв Свои выводы.

Наши молитвы из разговора с Богом превращаются в монолог. Наш, естественно. Господь пытается что-то вставить в этот монолог, но мы не даем Ему слова

И первый из них тот, что молитвы наши из разговора с Богом – чем по сути и должна бы быть молитва – сплошь и рядом превращаются в монолог. Наш, естественно. Господь пытается что-то вставить в этот монолог, но мы – увы и ах – не даем Ему слова.

Или даем… но не слушаем ответы. Иногда по самой банальной причине: потому что потеряна способность слышать.

***

Что такое совесть? Это способность человека слышать голос Божий в своей душе.

Помню, как начиналась моя студенческая жизнь в первом институте: мы жили в общежитии, и рядом не было мам, которые проконтролировали бы наш подъем по утрам. Поэтому нередко студенты просто шлепали по отключателю будильника ладошкой и засыпали заново. И вот что интересно: если поначалу человек помнил, что будильник звонил, а он его просто отключил, то постепенно он либо переставал это запоминать, либо и вовсе не слышал будильника…

Это очень расхожий образ того, как человек перестает слышать голос совести, и первый ответ на вопрос «Почему Бог меня не слышит?». Потому что вернуть нам это умение бывает способна, к сожалению, только сильная (и чаще всего неприятная) встряска.

Причем случается такая потеря способности слышания совести и с теми, кто воцерковлен, к жизни по совести имеет массу побудительных мотиваций и вроде бы с задачей справляется. В чем-то. Или даже во многом. Но вот какая-то область оказывается выпавшей из этого стройного плана духовной брани… А человек и не заметил.

Работает он честно, жизнь старается проводить воздержанную, с унынием борется с самоотдачей… Но, например, «закусился» с одним сотрудником (соседом, тещей, свекровью, управдомом и т.д.) и никак не перестает его осуждать. Никак… И в какой-то момент вдруг обнаруживается, что он уже давненько и не старается. И более того – не собирается в этом что-то менять. А тут случается нужда, и человек просит Бога… просит…а Тот его, как кажется, не слышит.

На самом деле слышит. И отвечает даже: «У тебя же грех непрощенной обиды. У тебя – осуждение. Надо исправляться, иначе погибнет душа!» Но человек не воспринимает. Он слишком долго себя в этом оправдывал, слишком долго заглушал совесть, слишком много подушек накидал на этот будильник – и не слышит! А говорит, что не слышит Бог.

***

Другая частая причина, по которой ответы от Бога нам не нужны, – та, что они нам неприятны. Можно ведь неплохо сознавать, что у тебя грех непрощенной обиды и осуждение… но не желать от этого избавиться.

Библейское выражение «жестоковыйность» как раз и обозначает нежелание каяться. Ну, как Адам и Ева сделали: они ведь не просто поверили дьяволу и не поверили Богу – они поверили дьяволу в его самых отвратительных наветах на Бога. Они предали Бога! То есть согрешили весьма тяжело. Но, будучи призваны ответить за свой поступок, начали сваливать вину на всех, включая и Самого Бога. Вот это и есть жестоковыйность.

Тема наказания Господня в наш толерантный век нередко стала не по нраву и верующим в Господа людям

Жестоковыйность всегда подкинет дровишек в костер нашего самооправдания, всегда объяснит, почему нам простительно ненавидеть и осуждать. Как написано у аввы Дорофея:

«…иной, как кажется ему, пребывает в мире и безмолвии, но когда брат скажет ему оскорбительное слово, то он смущается, и потому полагает себя вправе скорбеть на него, говоря: если бы он не пришел и не смутил бы меня своими словами, то я не согрешил бы…»^[1]

И лечится эта болезнь ударами – тема жестоковыйности еще в пророческих книгах хорошо раскрыта. Хотя иногда из уст пророков звучит и изумление: «Во что вас бить еще, продолжающие свое упорство? Вся голова в язвах, и все сердце исчахло…» (см.: Ис. 1: 5–14) А дальше что? Правильно, поднятая тема: «И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови» (Ис. 1: 15).

Тема наказания Господня в наш толерантный век нередко стала не по нраву и верующим в Господа людям. А между тем с этой донельзя разгромной и обличительной главы пророка Исаии начинаются паремии Великого поста – она читается самая первая в самый первый день.

***

А какую причину неполучения просимого указывал Сам Господь? Маловерие. «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: “перейди отсюда туда”, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» (Мф. 17: 20).

Хорошо, но в чем выражается сильная вера? В уверенности, что Бог может все? Как бы не так! Масса людей вполне себе уверены, что Бог всемогущ и может все… но просимого не получает. И более того: эта уверенность становится признаком как раз-таки людей, которые о вере имеют самые смутные представления. Они так искренне уверены в том, что Бог может все, что разочаровываются именно поэтому: «Так верил, так верил – но не получил просимого… и разуверился!»

Бог не все может, что вы! Он не может творить зла, не может сделать нас добрыми насильно, не может спасать нас против нашей воли. Бог более благ, чем всемогущ, и Он не может делать того, что не пойдет нам на пользу.

Когда Господь говорил про сильную веру, то, вообще-то, под ней подразумевалось и доверие Богу

И когда Господь говорил про сильную веру, то, вообще-то, под ней подразумевалось и доверие Богу. В том числе и в вопросах того, полезно ли будет тебе просимое…

Такая малость: предполагается ведь, что полученные от Бога блага ты будешь использовать только как… хм… блага? Потому что мы сплошь и рядом просим себе чего-то, что, по сути, даст нам возможность и дальше истлевать в наших страстях. Просим покоя, защиты, здоровья, одним словом, благополучия (себе и близким), чтобы – что?

Разве нет у нас опыта того, что самые жестокосердые люди бывают те, у которых как раз все максимально благополучно? И разве мы не знаем себя хоть немного, чтобы догадаться: едва ли и мы сами «справимся» с благополучием, едва ли мы не станем от него хуже!

Апостол Иаков сказал: «…препираетесь и враждуете – и не имеете, потому что не просите. Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений» (Иак. 4: 2–3). Или в славянском тексте «зане зле просите, да в сластех ваших иждивете», то есть растратите, проживете данное вам Богом для удовлетворения своих страстей.

Помню грустное наблюдение моей подруги, работавшей в реанимации в 1990-х (см.: «Мой брат работает медсестрой»):

«Здоровые, спортивные ребята оказываются у нас либо на аппаратах ИВЛ, либо сразу на каталках для трупов, потому что именно их здоровье и их физические кондиции позволили им вступить в криминальные группировки… А ведь одноклассники наверняка завидовали их сложению, мускулатуре и успехам в единоборствах!»

В общем, получается у нас нередко как в том анекдоте: «С психиатром трудно спорить: ты ему – мысль, а он тебе – диагноз». И мы обращаемся к Богу с просьбами – неразумными, несвоевременными, претенциозными, дерзкими – и никак не желаем услышать от Него причин, по которым наши просьбы не выполняются.