Господь услышал

Когда-то с Галиной, героиней рассказа, мы жили в одном общежитии МГУ, но учились на разных факультетах и курсах. Галина поделилась своей историей прихода к вере, помощи молитвы.

Вузовки. Художник: Константин Николаевич Истомин, 1933 г.

– Это случилось со мной в середине 1990-х в Москве. Была студенткой, жила в общежитии. Стипендия копеечная, но у родителей, хотя они и предлагали, денег не брала: я знала, что они последнее от себя хотят оторвать, ведь в те годы люди месяцами не получали зарплату.

С подругой-однокурсницей Светой решили, что, с одной стороны, 1990-е годы – тяжелое испытание для людей, а с другой – время для смелых и предприимчивых. Мы не могли кататься в Турцию челноками за куртками и дубленками, это было исключено: у нас не было ни загранпаспортов, ни средств для закупки оптом товара. Да и учебу, с сессиями, курсовыми и коллоквиумами, никто не отменял. Наш факультет почвоведения – может быть, не самый популярный и известный в МГУ, но учиться там спустя рукава невозможно. Темы сложные: не ответил, схватил один «хвост» – пока его исправляешь, копятся другие пробелы.

Мы посмотрели, как некоторые ребята из нашего общежития «крутятся»: один на рынке постельное белье продает, другой по соседним домам ходит с соцопросами, третий книгами торгует. Подрабатывали ребята только на выходных и каникулах, но все равно им удавалось даже родителям помогать. Мы с ними переговорили, попросили поделиться опытом. Выглядело всё не так страшно и трудно.

Пошли мы со Светой на рынок, расположенный недалеко от общежития, покрутились, познакомились с Ниной Анатольевной, приятной женщиной, бывшим фельдшером на скорой помощи. В ближайший выходной вышли продавать туфли. Всё прошло успешно, получили первые деньги. Небольшие, но свои. Несколько месяцев мы работали с ней. Ее сын с другом, потеряв работу в НИИ, продали свои мотоциклы, машину, еще что-то и занялись торговлей. Они закупали туфли, а Нина Анатольевна их продавала. В силу возраста ей было трудно одной стоять за прилавком, поэтому она нас и пригласила на подработку. Большую часть выручки Нина Анатольевна забирала себе, но все равно мы чувствовали себя увереннее. Помню, удалось отложить немного и маме на день рождения купить золотой перстень – с камушками-фианитами, но работа была красивой и изящной. А через какое-то время к нам подошел приятный молодой человек Сергей:

– Я вижу вас тут, девчонки, давно. Наблюдаю, как вы ловко работаете, зазываете покупателей, уговариваете. Бойко у вас получается. Но у Нины Анатольевны вы особо не разбогатеете. Я вам предлагаю помощь. Вы покупаете оптом товар и сами назначаете цену. Сами себе хозяйки, а это уже совсем другая история и другие суммы.

Сначала мы отказались: где мы возьмем деньги? Но Сергей был убедителен. Он пообещал за нас поручиться и у своих хороших знакомых взять в долг без процентов определенную сумму. Далее он сведет нас с нужными людьми, у которых качественные куртки и пуховики. Всё разлетится быстро. Сергей обещал помочь с хранением, перевозкой, и вообще вызвался нас опекать. Выплатим долг, выйдем в плюс – и дальше уже свои средства будем вкладывать и расширяться.

Мы не сразу согласились. У нас были сомнения. С одной стороны, откуда такая доброта? С Сергеем мы не были близко знакомы, видели его на рынке, несколько раз он приносил нам бутерброды, напитки. С другой – почему нельзя поверить в искренность его намерений, неужели в каждом поступке надо искать подвох?.. Конечно, мы знали, как у людей жестоко отнимали квартиры, избивали их и калечили, порой убивали за невыплаченный долг, но мы не собирались связываться с бандитами. Сергей – спортсмен, бывший школьный учитель физкультуры, его поведение не вызывало опасений. Вел он себя прилично, никаких пошлых намеков и приглашений «развлечься» от него не поступало. Нам показалось, что ему нас жалко: стоим в выходные без перерыва на обед, на руки получаем то, что отсчитает нам Нина Анатольевна.

Его поведение не вызывало опасений. Вел он себя прилично, никаких пошлых намеков и приглашений «развлечься» от него не поступало

На рынке бывали разные случаи. Мы были свидетельницами того, как пенсионерка, бывшая учительница, потеряла партию духов, и ей стали угрожать, если она в срок не вернет деньги. Женщину госпитализировали с сердечным приступом. Что потом с ней случилось, неизвестно, но больше мы ее не видели, а за этим прилавком уже стояла другая продавщица, тоже бывшая учительница, громко предлагая всем приобрести «настоящие французские духи».

Одним словом, мы решили рискнуть...

Думали, что сможем все грамотно рассчитать, не будем гнаться за суперприбылью, тогда и не прогорим.

Сергей передал нам увесистый сверток с деньгами. Хорошую новость предложил отметить в небольшом ресторане. Наверное, успех или ожидание будущего успеха вскружили нам голову.

Головы наши закружились, мы словно очутились в тумане, а потом погрузились в темноту... Что было дальше, ни я, ни подруга не помнили

В ресторан мы поехали прямо с деньгами. За столом ничего лишнего себе не позволяли, выпив по одному бокалу шампанского. Как вдруг головы наши закружились, мы словно очутились в тумане, а потом погрузились в темноту... Что было дальше, ни я, ни подруга не помнили. Очнулись в общежитии. Соседки по комнате испуганно на нас смотрели:

– Вас привезли двое, побросали, как поленья, на кровать и тут же ушли. Страшно было, живы ли вы вообще: обе бледные, вас не добудиться. Подумали: вдруг вас обкололи чем-то, отравили и изнасиловали, но вроде одежда целая, синяков и ссадин нет. Спорили: вызвать ли милицию или скорую, но побоялись вас подставить, мало ли что – ещё отчислят из вуза, родителям сообщат…

Дальше всё развивалось как в детективе. Появился Сергей и потребовал или купить товар, или вернуть деньги. Мы объяснили, что сверток пропал, на что Сергей рассмеялся и заявил, что с ним такие номера и хитрости не пройдут, поскольку в этом задействованы серьезные люди, которые шуток не любят. Нам дали три дня. Естественно, ни за три дня, ни за три месяца мы такие деньги собрать не могли.

Нас со Светой посадили в машину и отвезли куда-то в подмосковную небольшую деревню, закрыли в заброшенном доме

Нас со Светой посадили в машину и отвезли куда-то в подмосковную небольшую деревню, закрыли в заброшенном доме.

– Раз денег нет, и взять с вас, кроме вашей молодости и красоты, нечего, будете долг отрабатывать, – сказал Сергей. – Я привезу косметику, одежду, подгоню клиентов. Будете с ними милыми и ласковыми, вернете деньги, я вас отпущу.

Мы пытались уговорить отпустить нас, предупреждали, что нас будут искать. Но Сергея это только рассмешило: мол, кому мы нужны?

Сначала мы долго плакали и жаловались на несчастную судьбу. Обходительный Сергей оказался мошенником и подлецом, который так жестоко нас подставил. Он кружил вокруг нас на рынке, подготавливая свою схему. Вспоминали родителей – как им будет страшно узнать, в какую историю мы попали и чем нас заставят заниматься. «Обслуживать мужчин» мы не хотели, от одной этой мысли мурашки бегали по коже.

За нами приглядывал молодой человек, которому было приказано нас не трогать (как говорил Сергей, «не портить товарный вид»), вовремя кормить и следить, чтобы мы никуда не убежали. Мы со Светой сначала пытались по-доброму уговорить мужчину отпустить нас, объясняли, что мы – простые студентки, у нас есть родители, и заниматься таким грязным «ремеслом» мы не собираемся. Взывали к его совести, просили представить, если бы на нашем месте оказалась его сестра или невеста. Но все было тщетно...

Мы дождались, когда он опьянеет и уснет, и побежали. Была зима, мы пробирались по сугробам, падали, проваливались, вставали и снова бежали

Нам повезло, что наш охранник выпивал. Однажды мы дождались, когда он опьянеет и уснет, и побежали. Была зима, мы пробирались по глубоким сугробам, падали, проваливались, вставали и снова бежали. Проблема была не только в том, что мы устали и боялись погони, но и в том, что мы даже примерно не знали, где находимся.

Нам удалось выйти на проезжую полупустую дорогу. И тут я вспомнила, как мама сказала мне: поступила в МГУ – сходи в храм, поставь свечу перед иконами.

Родители не были атеистами. Они знали, как писать записки о здравии, когда празднуются Родительские субботы, Рождество и Пасха, как подойти к иконе. Но на этом все. А вот мой прадедушка Шура по маминой линии был верующим человеком. Он прошел лагеря, выжил благодаря молитве и вере в милость Господа. Когда я еще была маленькая, он читал вслух Евангелие, жития святых, разъяснял смысл прочитанного. От него я узнала слова «грех», «прощение», «покаяние», «милость». У него на веревочке был нательный крестик, с которым прадед никогда расставался. Благодаря ему я запомнила молитву «Отче наш», а еще он говорил, что есть короткая и сильная молитва: «Спаси и сохрани». Я предложила Свете вместе повторять:

– Спаси и сохрани нас, грешных! Спаси и сохрани! Прости нам нашу глупость!

Подруга сначала удивленно посмотрела на меня:

– Ты уверена, что нам это поможет?

– Обязательно! Мой прадед молился в заключении. Его били по голове, ранили заточкой, а он вышел живой и свое честное имя вернул.

Света стала со мной вместе читать молитву. Вдруг на дороге появился горбатый «запорожец». Мы стали кричать, размахивать руками, просить остановиться. Водитель выбежал из машины, спросил, что случилось. Мы, перебивая друг друга, сумбурно описали нашу беду, просили спрятать нас, не отдавать в руки бандитам.

И тут оказалось, что водитель машины Анатолий Иванович ехал в... храм, который тогда восстанавливался. Он, бывший строитель и воин-афганец, помогал приходу. Мы приехали в храм, там нас покормили, согрели и успокоили. Внимательно выслушали нашу историю. Договорились, что мы поживем несколько дней у Анатолия Ивановича. По его совету мы позвонили родителям сказать, что мы живы и здоровы, связались с деканатом и пообещали вернуться к учебе, сессии на следующей неделе. Наш спаситель так и сказал:

– Не хватало из-за мерзавца бросать учебу и родителей от волнения в больницу отправить. А о Сергее и его «серьезных» людях не думайте: у нас на приходе есть воины-афганцы, для которых слово «честь» – не пустой звук, они готовы постоять за слабых. А пока располагайтесь. Моя жена Анюта – гостеприимная хозяйка, позаботится о вас.

Через неделю мы вернулись к себе в общежитие, к нормальной жизни и учебе. Сергея мы больше не видели и о нем не слышали

Через неделю мы вернулись к себе в общежитие, к нормальной жизни и учебе. Подробностей не знаю, но Сергея мы больше не видели и о нем не слышали. Знаем только, что Анатолий Иванович и его друзья-афганцы с ним поговорили. Сергей, как выяснилось, никакой не учитель физкультуры и никогда им не был, зато уже имел проблемы с законом.

Конечно, после этого случая мы с подругой стали интересоваться церковной жизнью, молиться на службах, готовились к Исповеди и Причастию. Процесс воцерковления шел нелегко. Были вопросы, мы беседовали с батюшками, читали православную литературу.

Благодарна Богу, что Он услышал наши молитвы, послал нам Анатолия Ивановича, а главное – показал, что важно и истинно в жизни, что рядом с нами Господь, Его милость. Конечно, с любовью поминаю своего прадеда Шуру, который и заложил во мне ростки веры.

Мы хорошо учились и подработку нашли в своей же лаборатории. Деньги были небольшие, зато подработка была связана с нашей специальностью, не отвлекала от программы и была полностью безопасной.

После вуза мы со Светой разъехались по разным городам, но общения не прекратили. Позже мы стали крестными у наших детей, а до этого были друг у друга на Венчании.