«Никого почти не осталось, кто помнит церковную жизнь 1920-х годов…»

Архимандрит Михей возле церкви Петра и Павла

Двадцать лет прошло со дня кончины архиепископа Ярославского и Ростовского Михея (Хархарова). А он не перестает удивлять. Как говорил его друг Сергей Андреевич Зегжда, профессор математики Санкт-Петербургского университета, «светозарная жизнь во Христе возможна при любых условиях: при коварных, жестоких гонениях со стороны властей, при необходимости постоянного общения с людьми, которые не стремятся исполнять заповеди Христовы, при тяжелых телесных недугах». Все это было в жизни владыки Михея. И гонения, и безбожники, и болезни. И была светозарная жизнь во Христе.

В девять лет Саша Хархаров твердо решил, что станет монахом, и даже хотел бежать на Афон. Шел 1930-й год. С побегом по понятным причинам не получилось, пошел на афонское подворье в Питере. Открывший ворота монах сказал, что надо подрасти. А, возможно, и горячо помолился за мальчика. Он стал прислуживать в Преображенском соборе настоятелю протоиерею Николаю Гронскому.

В девять лет Саша Хархаров твердо решил, что станет монахом

У архиепископа Михея что ни событие, то золотая страница истории Русской Православной Церкви. Почти ребенком он вошел в прекрасное общество православных людей под названием Александро-Невское братство. В его жизни был подпольный монастырь в Узбекистане. Становление проходило под духовным руководством митрополита Гурия (Егорова, 1891–1965), к которому после лагерей и ссылок в Среднюю Азию съехались оставшиеся в живых члены братства. И настолько глубоко был законспирирован монастырь, что смог продержаться до лучших времен, когда за веру гнали, издевались, но уже не расстреливали.

В жизни Александра Хархарова были фронт, открытие Троице-Сергиевой лавры, долгожданный монашеский постриг, служба в разных епархиях. Подобный путь проходили многие. Но есть в его биографии уникальные страницы.

***

Архимандрит Михей и архиепископ Ермоген

В ноябре 1965 года за активную защиту прав верующих отправили на покой архиепископа Ермогена (Голубева), определив местом его проживания Жировичский монастырь в Белоруссии.

Наместником там был архимандрит Михей (Хархаров). Он очень хорошо знал, уважал и любил владыку Ермогена. Власти требовали, чтобы он ограничивал в служении и произнесении проповедей сосланного архиерея. Чтобы сообщал паспортные данные всех, кто посещает архиепископа. Отец Михей не мог, конечно, с этим согласиться.

В 1969 году архимандрит Михей был освобожден от должности наместника Жировичского монастыря. Но премудрость Божия так велика, что и несправедливость Господь обращает в пользу человеку. Когда мы смиряемся, наши дела устраивает Бог. Бог ждет от нас только смирения, все остальное – непосредственный результат действия Божией благодати (причины всех благ), которую привлекает смиренный человек благодаря своему доброму расположению. Отец Михей смирился.

***

Митрополит Иоанн (Вендланд) приютил своего друга – гонимого архимандрита – в Ярославской епархии. Почти через двадцать пять лет отец Михей, которому было уже за 70, стал ее правящим архиереем. Это вторая уникальная страница его биографии.

Архиепископ Михей оказался дееспособнее многих молодых. Он действовал не столько своей энергией, сколько благодатью Божией, которая была в нем

Для такого преклонного возраста случай исключительный, небывалый. Во время гонений такое могло быть, но в 1993 году, когда Церковь стала свободна, старались избирать епископами молодых и энергичных, в расцвете сил и лет. Но архиепископ Михей оказался дееспособнее многих молодых. Именно потому, что он действовал не столько своей энергией, молодым задором, но благодатью Божией, которая была в нем. Это несравненно больше и сильнее.

Владыка Михей явил образ такого епископа-отца, простого, доступного, любящего, радостного, готового разделить с тобой скорби и переживания, вникнуть, понять, помочь, посочувствовать, посоветовать, подбодрить.

В своей жизни архиепископ Михей прошел большие испытания. Все у него было: и духовные радости, и невзгоды. Но, однако, понимая, что Церковью управляет Господь, он на Господа уповал, и Господь его призвал и избрал на великое служение.

В отличие от своих прославленных в вере современников, он не сидел в лагерях и тюрьмах. Он не попал в жернова репрессивной машины в 1930-е и 1940-е годы. Он уклонялся от того, чтобы брать на себя духовное водительство кого бы то ни было, тем более людей известных. Дескать, мне еще самому расти и расти. Он угождал Богу другим – монашеским подвигом: молитвой, постом и трудами стремился быть подобным Господу Иисусу Христу. Он жил той монашеской жизнью, которая отличалась напряженным устремлением к Богу. Такие монахи, когда достигают совершенства, прославляются Церковью и носят звание преподобных.

Протоиерей Игорь Мальцев, тоже из духовной семьи митрополита Гурия (Егорова), всегда отмечал: отец Михей за всю жизнь ни разу не сократил монашеское правило. А это где-то два часа каждый день. И он имел настоящую радость через молитву. Такая она, монашеская жизнь.

Отец Михей за всю жизнь ни разу не сократил монашеское правило

А протоиерей Владимир Воробьев рассказывал, как какое-то время после кончины своего духовника окормлялся у архиепископа Михея:

– Я спрашивал владыку, какое правило мне читать перед Причастием. Священники служат часто и каждый раз причащаются. А в нашей жизни бывает мало времени, чтобы вычитывать длинные правила. Он сказал читать правило, которое теперь установлено архиерейским совещанием в документе «Об участии верных в Евхаристии». Это Последование ко святому Причащению издается и для мирян, но в несколько сокращенном виде. В частности, четвертая, самая длинная молитва опущена. Владыка же мне сказал обязательно читать эту молитву. Я читал ее и раньше, но теперь, доходя до четвертой молитвы, всегда вспоминаю владыку Михея. Он все делал по-настоящему, от всего сердца, стараясь не ослабить, не кое-как, но с душой исполнить все самое главное.

Придя на смену тем, кто еще служил Богу и Церкви до революции, отец Михей полностью повторил духовный, да и бытовой тип русского монаха. У него была школа Александро-Невского братства.

***

В течение нескольких лет в августе мы ездим из Ярославля в Петербург на торжества в память митрополита Вениамина Петроградского (Казанского). Мы – это группа почитателей Александро-Невского братства, два славных представителя которого, митрополит Иоанн (Вендланд) и архиепископ Михей (Хархаров), были правящими архиереями нашей епархии. И обязательно бываем на Леушинском подворье. Последний раз старшая сестра подворья монахиня Евфросиния (Олюшина) пригласила нас посетить Мемориальный музей. Посвящен он святому праведному Иоанну Кронштадтскому и настоятельнице Леушинского монастыря игумении Таисии (Солоповой). В потоке интереснейшей информации промелькнуло, как находят организаторы музея необходимую информацию. Например, как искали фотографию настоятеля подворья. Долго не могли найти. И уже когда смирились, вдруг осенило поискать на других приходах. Батюшки зачастую, да и по сегодняшний день могут служить в нескольких местах.

Протоиерей Николай Гронский

И ведь нашли! И тут произносится имя настоятеля… Протоиерей Николай Гронский! И мы понимаем, что речь идет о первом духовном отце архиепископа Михея. До Преображенского собора, где отцу Николаю прислуживал мальчик Саша Хархаров, служил он здесь, на Леушинском подворье. Священство принял по благословению святого праведного отца Иоанна Кронштадтского.

Ни разу не обошел его вниманием владыка Михей, рассказывая о своей жизни. Обязательно подчеркивал: мой первый духовный отец. Я услышала это имя впервые от архимандрита Михея еще в начале 1990-х. Перед его архиерейской хиротонией. Даже выражение лица изменилось тогда у батюшки, когда вспоминал о нем.

В музее нам рассказали, что протоиерей Николай Гронский был нестрогий, веселый, любил навещать прихожан, приносить подарки на праздники. Служил, в основном, поздние литургии. Жил недалеко от подворья на Бассейной улице, дом 25, квартира 10:

«Ходил по улице в баню простоволосый, в одном подряснике, с тазиком под мышкой, неизменно улыбался и напевал что-то весело…».

Отец Николай был высок ростом, дородный.

Когда началась истерическая кампания клеветы на праведного Иоанна Кронштадтского, отец Николай принял участие в организации общества его защиты. Он сослужил во время отпевания всероссийского батюшки, был одним из основателей Общества памяти отца Иоанна Кронштадтского, членом правления и одним из постоянных авторов журнала «Кронштадтский пастырь».

Владыка Михей не имел фотографии своего духовного отца, которую мы чудом обнаружили

Владыка Михей не только не имел фотографии своего духовного отца, которую мы таким чудом обнаружили. Он полагал, что отец Николай умер в ссылке в 1942 году в Уфе. Такова была официальная версия. Оказалось, что он не умер. Несколько раз был арестован. На допросах был непреклонен, ни с какими обвинениями не соглашался и говорил, что религия не есть «опиум для народа», а нужна и при советском строе, свободно говорил о вере и признавал себя монархистом. Был выслан в Уфу. Жил в землянке вместе с другими высланными священнослужителями. Последний раз был арестован 1 августа 1937 года по подозрению в участии в «контрреволюционной повстанческой организации церковников». На допросах отец Николай не признал никакой вины. Приговор – высшая мера наказания по статьям 58-10, 58-11УК РСФСР («измена родине») – был вынесен 30 ноября 1937 года. А приведен в исполнение 17 декабря 1937 года.

В этот же день 17 декабря 1937 года в городке Боровичи были расстреляны две активные участницы Александро-Невского братства - Екатерина Арская и княжна Кира Оболенская. В 2003 году Священный Синод Русской Православной Церкви причислил их к лику святых новомучениц и исповедниц Российских.

И в этот же день, только много лет спустя, 17 декабря 1993 года состоялась архиерейская хиротония духовного сына протоиерея Николая Гронского Саши Хархарова, на тот момент архимандрита Михея.

Как говорят православные, кто верит в случай, тот не верит в Бога. В году 365 дней. Дата хиротонии назначается в зависимости от рабочего календаря Святейшего. Так было и в 1993 году, когда глава Русской Православной Церкви Патриарх Алексий II возвел в Ярославле на архиерейскую кафедру архимандрита Михея. И произошло это в день мученической казни людей, к прекрасному обществу которых принадлежал архимандрит Михей.

Архиепископ Михей встречает патриарха Алексия II

Но и этим «совпадения» не закончилась. Хиротония состоялась в день именин митрополита Гурия (Егорова). Под его духовным руководством владыка Михей провел большую часть монашеской жизни. Был им пострижен в монахи и рукоположен во священники. В наших календарях имя святителя Гурия поставлено на 5/18 декабря, чтобы празднование памяти святой великомученицы Варвары 4/17 декабря не мешало празднованию памяти святителя Гурия. Но по житию святитель Гурий преставился ко Господу 4/17 декабря, и поэтому митрополит Гурий отмечал свои именины именно в этот день.

***

Сергей Андреевич Зегжда, профессор кафедры теоретической и прикладной механики математико-механического факультета Санкт-Петербургского университета

О себе владыка Михей мало рассказывал, не писал мемуаров. Есть его небольшие воспоминания о Глинской пустыни (где он был в 1955 году) и об открытии Троице-Сергиевой лавры в 1946 году, написанные по просьбе Галины Пыльневой, будущей монахини Варвары. Сохранились письма, которые он писал своей духовной дочери, настоятельнице Гродненского Свято-Рождество-Богородичного монастыря игуменье Гаврииле (Глуховой). В Самарканде его письма протоиерею Петру Княжинскому хранит Александр Галак. Кажется, и все.

О себе владыка Михей мало рассказывал, не писал мемуаров

И вот находка. Пачка писем архимандрита, а затем владыки Михея семье Заспеловых-Зегжда.

Сергей Андреевич Зегжда был профессором кафедры теоретической и прикладной механики математико-механического факультета Санкт-Петербургского университета. Он автор монографий и статей, опубликованных в российских и зарубежных журналах. В 1988 году защитил докторскую диссертацию. Является одним из соавторов учебника для университетов «Теоретическая механика».

Квартира Сергея Андреевича, его мамы и тетушки в Петергофе была центром притяжения для оставшихся в живых участников Александро-Невского братства. Он собрал и опубликовал подлинные документы братства, издал несколько монографий о нем. Приезжали к ним в Петергоф митрополит Иоанн (Вендланд) и архиепископ Михей (Хархаров).

Митрополит Волгоградский и Камышинский Феодор служит панихиду на могиле С.А. Зегжды

Могила С.А. Зегжды

Племянник Сергея Андреевича Андрей Владимирович Зегжда недавно предоставил автору этих строк возможность ознакомиться с семейным архивом, в том числе и с письмами архиепископа Михея.

Вниманию читателей мы предоставляем три из них.

Первое письмо написано в 1968 году, когда архимандрит Михей был наместником Жировичского монастыря в Белоруссии.

Второе – в 1989 году, когда архимандрит Михей служил в сельской церкви Петра и Павла под Ярославлем. В это время в стране происходили большие перемены.

Третье – в 1996 году, когда он был уже архиепископом Ярославским и Ростовским.

Братия Жировичского монастыря. В центре – архимандрит Михей

ПИСЬМА

Письмо от 16 октября 1968 г.

Дорогой, родной Сережа!

Письмо архимандрита Михея

Сердечно поздравляю вас с днем вашего Ангела. Молитвенно желаю вам доброго здоровья, благополучия, радости и души спасения.

Ваших родных поздравляю с дорогим именинником.

Не знаю, дойдет ли мое письмо ко дню памяти св. мч. Сергия и Вакха, но в этот день буду вспоминать вас, хотя и буду в Москве или в Загорске.

Дорогой Сережа, я очень благодарен вам и Варваре Сергеевне за ваше посещение нашей обители. Если будет у Вас возможность, милости просим еще посетить нас.

У нас очень красивая осень. До сих пор мало было хороших дней, но сейчас установилась погода.

В лесу так красиво, что глаз не оторвать. Если увидите Сережу и Наташу, прошу передать им сердечный мой привет.

Наш Вл[адыка] Ант[оний] после длительных поездок на различные конференции приезжал к нам, много интересного рассказывал. Сейчас он опять собирается в дальнее путешествие (в Индию).

Сегодня уезжаю по делам в Москву. Остановлюсь, по всей вероятности, у м. Алексии.

Она все время плохо себя чувствует, жалуется на постоянную простуду, от которой поднимается температура. Однако, можно полагать, что температура поднимается не только от простуды, но и в результате заболевания крови. Чахнет старушка. Очень жаль, если скоро она умрет.

Иеромонах Димитрий

Вчера мы схоронили о. Димитрия (помните старичок, что кормил всё голубей и кошек?).

Старец в последние годы жизни своей «смирился до зела». Вечно грязный, обвешенный какими-нибудь тряпками, подвязками, веревками (он говорил, что это его «украшения»). Но нередко бывает, что низко у людей, высоко пред Богом.

Подобное случилось и с батюшкой о. Димитрием. Ему были устроены такие шикарные похороны, с таким многолюдством, как редко бывает у нас, когда хоронят и более почетного и высокого по должности человека. Умер он накануне Покрова. К престольному празднику придела собора собирается много людей. Многие и остались на заупокойную всенощную и на погребение его. Отпевал сам Вл[адыка] Ерм[оген], который сказал прекрасное надгробное слово.

У нас все не прекращаются еще ремонтные работы. Провели центральное отопление в зимний храм, полностью отремонтировали кладбищенскую церковь, отремонтировали колокольню. В зимней церкви сменили оконные коробки и рамы и входные двери, выбелили, но не успели покрасить панели, да и пол придется перекладывать.

Слава Богу, обитель благоустраивается, но, увы, для кого? Насельники вымирают. Нас всего осталось 14 человек. Неужели Матерь Божия допустит до того, что монастырь сам умрет своей смертью? Что не останется насельников?

Не знаю, что предпринять, кого просить? Все начальство только выражает сочувствие и только. Помощи ниоткуда, вот опять еду напоминать, просить, надоедать начальству, досаждать своими просьбами. Если они не смогут ничего предпринять, что же смогу сделать здесь я?

Популярность нашего монастыря растет, и большинство побывавших у нас уезжают удовлетворенными (несмотря на оскудение в братии)

Но и смириться с таким положением нельзя. Старцы слабеют. Не дай Бог, заболеет или умрет еще один, и у нас будет некому служить. Но, чудо, популярность нашего монастыря растет и все или, во всяком случае, большинство побывавших у нас уезжают удовлетворенными и довольными (несмотря на оскудение в братии).

Вот таковы наши обительные дела. Прошу вас, дорогой Сережа, вспоминать нас и обитель нашу в ваших молитвах.

Сердечный привет, благословение и лучшие благопожелания шлю Варваре Сергеевне, тете Насте, Володе и его семейству.

С искренней любовью во Христе.

16 октября 1968 г.

Нед[остойный] архим[андрит] Михей.

Жировицы м-рь.

Жировичский монастырь

***

Письмо от 8 ноября 1989 г.

Дорогой возлюбленный о Господе Сергей Андреевич!

От всей души благодарю вас за очень интересное письмо. То, что Вы написали о торжествах в связи с 160-летием со дня рождения батюшки отца Иоанна Кронштадтского, об освещении храма в Иоанновском монастыре и предполагаемой канонизации отца Иоанна, все это так близко, захватывает даже дух.

Вы, вероятно, помните, что именно в этом храме была первая хиротония Владыки Гурия во дьякона.

Я хорошо помню настоятеля монастырского храма о. Иоанна Орнатского, брата известного о. Философа Орнатского, настоятеля Казанского собора. Я много слышал об игуменье Иоанновского монастыря Ангелине, знал нескольких сестёр из этой обители.

С именем отца Иоанна Кронштадтского так много связано. Мой первый духовный отец Николай Гронский был настоятель Леушинского подворья, устроенного отцом Иоанном и игуменьей Таисией на Бассейной улице – был принят дьяконом в это подворье самим батюшкой о. Иоанном.

Помню хорошо и игуменью Агнию Леушинскую, которая была после игуменьи Таисии настоятельницей, и её внимание ко мне, мальчику-прислужнику. Мои родные дедушка и бабушка по отцу были близки к батюшке Иоанну Кронштадтскому, а также и к игуменье Таисии, и упоминаются в её книге.

У владыки Гурия была двоюродная сестра, которая была замужем за отцом Стефаном Поповым. Отец Стефан служил в Кронштадте в Андреевском соборе вместе с батюшкой о. Иоанном дьяконом, а впоследствии и священником. Батюшка Иоанн бывал в нашем доме у моих дедушки и бабушки. Вот как много личного связано с отцом Иоанном. Поэтому я всегда благоговел перед памятью дорогого батюшки отца Иоанна.

Но вот в 1930-е годы ходили слухи, будто бы отца Иоанна тайно перезахоронили на Богословском кладбище, другие утверждали, что он замурован на месте.

Мы ходили к окошечку, помеченному черной краской, у которого с внутренней стороны была гробница.

Мне привелось быть и внутри храма, когда там была фабрика переписи населения. Я видел глухую стену, которой был заделан весь проем, отделяющий усыпальницу. И вот теперь доподлинно стало известно, что тело батюшки о. Иоанна на месте. И храм, в котором находится его гробница или надгробие, вновь открывается как подворье монастыря Пюхтицкого, кстати, также основанного отцом Иоанном Кронштадтским.

Какая радость! Благодарение Господу. Ваш город теперь имеет стольких покровителей, столько причисленных к лику святых: мощи Александра Невского, блажен. Ксения, а теперь еще и батюшка отец Иоанн, которого тоже собираются причислить к лику святых.

Какая милость Божия! Вот до каких времен мы дожили! Однако с одной стороны всё это очень радостно, с другой – становится страшно. Надолго ли? А что будет дальше? Не являются ли эти события предвестниками грядущего конца?

Твори Господи волю Свою! Господу одному ведомо всё. Я и мама Ваша – люди старые, не долог наш век. Нам, может быть, и не дожить до того времени, хотя и очень интересно, как и что будет дальше? Владыка Иоанн покойный мечтал дожить до 2000 года. Сейчас еще живущий владыка Кассиан, которому 90 с лишним лет, мечтает дожить до КириеПасхи (1991 г.).

И мне очень хотелось бы знать и посмотреть, что будет дальше. Но «Да будет воля Твоя, Господи».

Я служу в деревне в маленьком храме и очень доволен своим положением

Как чувствует себя Варвара Сергеевна? Сердечный ей поклон и благословение. Я служу в деревне в маленьком храме и очень доволен своим положением. Летом удалось сделать ремонт (но не полностью). Сейчас разбиты все дороги, грязь непролазная, но по насыпи железной дороги пройти можно, и люди храм посещают.

Здоровье – по-всякому. Очень сильно сказывается.

Если когда-нибудь заглянете в наши края, пожалуйста, не минуйте меня, очень рад буду видеть Вас.

Дай, Господи, крепости сил Варваре Сергеевне и Вам здоровья и благоденствия.

С искренней любовью, ваш архимандрит Михей

Примечание: За строчками из письма «Батюшка о. Иоанн бывал в нашем доме у моих дедушки и бабушки» скрывается целая история. Речь идет о дедушке архиепископа Михея, Кузьме Гавриловиче Хархарове. Был он серебряных дел мастер, человек состоятельный, держал в Питере ювелирную мастерскую. Его имя можно видеть в списке ювелиров Санкт-Петербурга – Петрограда. У Кузьмы Гавриловича было три дочери – Варвара, Татьяна, Мария – и сын Александр, отец будущего владыки Михея. В мастерской изготавливали не только ювелирные украшения, но и различную церковную утварь: серебряные раки для мощей и под плащаницы, ризы для икон. Хархаровы были состоятельными и очень верующими людьми. Они много помогали храмам, русскому Свято-Пантелеимоновому монастырю на Афоне. Известно, что в благодарность монастырь прислал им в дар икону великомученика и целителя Пантелеимона, выполненную на доске из кипариса величиной почти в человеческий рост. Тетя владыки Варвара была замужем за Федором Ивановичем Рубахиным, известным купцом-мануфактурщиком, старостой и попечителем академического храма в Санкт-Петербургской Духовной академии. Во время Первой мировой войны он получил специальный заказ на пошив обмундирования для солдат русской армии. Ясно, что такое важное и ответственное задание дается только людям проверенным, с безупречной репутацией и большим авторитетом. Еще одна тетя, Мария Кузьминична, была близка к Императорскому дому. Лично знала отца Иоанна Кронштадтского. Так что семья Хархаровых действительно была тесно связано с Кронштадтским батюшкой.

***

Письмо от 13 октября 1996 г.

Дорогой, возлюбленный о Господе Сергей Андреевич!

Вседушевно, сердечно поздравляю вас с днем вашего Ангела. Желаю вам доброго здоровья, благополучия, счастья, богатых милостей Господних и многих лет жизни.

Варвару Сергеевну поздравляю с дорогим именинником.

Благодарю Вас за письмецо, которому был очень рад.

Да, действительно, из прежнего окружения, из близких вл. Гурия осталось уже немного, особенно из периода Киновийского и Ташкентского. Поэтому особенно дорога каждая весточка от старых друзей и близких. Как ваше здоровье и здоровье Варвары Сергеевны? Слава Богу, что она еще жива и не только двигается, но и вам помогает, и себя обслуживает, хотя по возрасту уже нужна ей обслуга и уход. Дай Бог бы, чтобы подольше пожила.

В нашей жизни никаких перемен нет. Недавно открыли еще один монастырёк в нашей епархии – в Варницах, на родине прп. Сергия Радонежского, под Ростовом. Там сейчас живет 4 человека монахов. Храм сильно запущен, остальные постройки тоже. Очень неприятное соседство с птицефабрикой. Однако, по всей вероятности, возьмет шефство Лавра над этим монастырьком и поможет восстановить его.

Открываются многие и другие храмы, и все они – в самом плохом состоянии.

Всё это умом воспринимаешь, а сердце не очень радуется. То ли привыкли с осторожностью относиться ко всем переменам, насколько оно прочно, то ли и в монастырях у насельников какой-то другой дух, настроенность не та, как у прежних иноков, а может быть, сами мы не те, старики становимся и не можем воспринимать всё по-новому, вспоминая наше старое доброе время!

Дорогой Сергей Андреевич! Сейчас почти никого не осталось в живых, кто помнит церковную жизнь [19]20 годов, наверное, только Варвара Сергеевна да Лидия Александровна. Мы с Вами знаем о ней от непосредственных свидетелей и участников ее. Я имею в виду ту духовную настроенность, подъем внутренней церковной жизни, которую переживали в первые годы после революции, братство, интерес ко всему духовному среди интеллигенции.

Какой напряженной духовной жизнью жили в 1920-е годы простые и интеллигентные люди!

Вот ведь рассказывают, какой напряженной духовной жизнью жили в те годы простые и интеллигентные люди. С утра спешили к ранней обедни, затем кое-как и кое-где в подворотне или в парадной наспех перекусят (домой заходить было некогда, а на улице не принято было есть) и бегут на работу.

С работы спешат опять в храм. В Л-де в каждой церкви в какой-то день недели были акафисты с пением нараспев. В Никольском соборе в четверг, в Преображенском соборе тоже в четверг Б[ожией] М[атери] «Утоли моя печали» и т.д. Но вот еще были организованы при разных храмах братства. В Лавре, при Андреевской Соборе на Вас[ильевском] о[строве], при Знаменской церкви, Спасское братство Вл[адыки] Мануила и пр.

Порасспросите подробнее живую свидетельницу Варвару Сергеевну и, если можно, что-нибудь запишите. Мы уйдём, целый период интереснейший в жизни Церкви пропадет незамеченным. Далее период катакомбной Церкви (для нас Ферганский и Ташкентский). Тоже кто освятит его? В те тяжелые [19]30 годы в Л-де не прекращалась духовная жизнь. Помните ли Вы Владимира Константиновича? Вот он организовал в то время такие собрания, на которых приходилось бывать и мне.

Группа интеллигентных церковных людей собирались на квартире. Там устраивался чай. Кто что принесет (кто конфет, кто пряников) и доклад. Одна из присутствующих по поручению Вл[адимира] Кон[стантиновича] делает доклад или по истории Церкви или [на] др. темы. При мне был доклад о Максиме Греке. Простые люди по вечерам бегали на акафисты по разным храмам.

Так было до войны. Ну а послевоенный период – много живых свидетелей, переживших и период открытия церквей (до [19]50-х годов), и период закрытия и гонений.

Простите, что пишу вам об этом. Вы занятый человек, трудно урвать время, но кто еще сможет написать об этом. Хотя бы для себя?

Кланяюсь вам. Ваш а[рхиепископ] Михей.

***

Архиепископ Михей, к счастью, ошибся в том, что с их уходом целый интереснейший период в жизни Церкви пропадет незамеченным. За прошедшие тридцать лет много сердец загорелось интересом к Александро-Невскому братству. О нем написаны книги, статьи, научные работы, сняты фильмы, проводятся вечера памяти. Процветает и Жировичский монастырь, о будущем которого так переживал бывший его наместник. Слава Богу за все!