Торжество Православия. Взгляд из костромской глубинки

Священник Михаил Розин

Отцу Михаилу нужно было срочно поехать в Дом милосердия проведать друга, и времени на сборы оставалось крайне мало, поэтому костюм с галстуком надевать не стал. «Ничего-ничего, – рассмеялся батюшка. – Туда в галстуках редко ездят. Все чаще в медицинском, священническом облачении. Ну, или в рабочей куртке, как у некоторых». «Некоторым» как раз очень нужно было попасть в Дом милосердия – узнать, как идут дела, поинтересоваться новостями, да и вообще еще раз воочию убедиться, что, несмотря на стальную удушающую «оптимизационную» хватку, русское село помирать не хочет. И не помирает: работать надо.

Зима радует: снег сияет под солнцем, солнце тоже, кажется, улыбается. Дорога чистая, огромные сугробы по обеим сторонам, лесок вдали, а там, над лесом, птицы какой-то свой танец затеяли, смешной и таинственный.

Разговорились со священником, в чем же заключается подлинное торжество Православия. Отец Михаил помолчал, потом говорит:

– Мне кажется, в маленьких победах. Подчас незаметных стороннему глазу. Торжество красоты и разума в голове и сердце. «Сила Моя в немощи совершается» (2 Кор. 12:9), правильно? Ощутить эту силу, услышать «глас хлада тонка» и жить с этой силой Христа – вот где торжество. Что? Нет, это не общие слова. Смотри: сейчас мы едем в Дом милосердия к моему другу. Ну, как моему: вообще-то отцовский друг, Георгий Васильевич. А я пытаюсь жить по правилу: «Своих друзей имей, да и отцовских не забывай». Они с папой подружились в Печорах. Сам Георгий родом из Лисичанска, потом перебрался в Печоры, стал жить недалеко от обители. А поскольку папа, а потом уже вся наша семья часто приезжали к отцу Иоанну (Крестьянкину), то с Георгием мы не могли не встретиться: он все время был в монастыре, постоянно ходил на службы, прекрасно знал всех «несвятых святых», особенно «вредного» отца Нафанаила. После смерти папы мы с Георгием чуть не потеряли связь, но потом узнали, что дела у него пошли совсем плохо: он ослеп, начал выпивать от тоски. В общем, беда. И мне, не страдающему худобой дядьке, пришлось этой зимой перелезать через забор, зайти в дом Василича, схватить его в охапку, убедить прийти в себя и отвезти из Печор вот сюда в Костромскую глубинку, в Дом милосердия, чтобы чего не натворил. Здесь он и правда в себя пришел, присмотр за ним есть: и причесан, и от голода не страдает. Что бы с ним случилось, не вломись я как тать в его замызганные покои, можно себе представить, думаю. Сейчас хоть на человека снова похож: когда служба есть в храме рядом, всегда там. Да, Георгий протестует – требует «свободы попугаям», но мы так договорились: до тепла остается в Доме милосердия, а уж потом пусть сам решает, возвращаться ему в Печоры или нет. Совесть нас не осуждает: нужно было вмешаться. Как ты считаешь, это торжество Православия? Для меня – несомненно. И торжество не потому, что мы такие прям все из себя праведные, нет: просто поступили так, как совесть велит.

Не забывая отцовских друзей: спасенный Георгий Васильевич в Доме милосердия

Или возьмем семейную историю. Папа мой, отец Алексий Розин, Царствие ему Небесное, организовал у нас в Красном-на-Волге библейский кружок в училище художественной обработки металлов. Он сам его и закончил в свое время, поэтому с учениками общался на равных. А ученички, доложу вам, все неформалы – в поиске, с претензией, ребята серьезные, за словом в карман не лезут. Нет, не сброд с мобилами, пивом и семечками, а действительно с серьезными вопросами. Дискуссии, беседы, споры, походы, сплавы по Волге, стоянки в лесу, еда на костре, чтение Библии – понятное дело, сдружились. Многие пришли ко Христу. Однажды подходит к папе милая девушка Эльмира, она татарочка, и говорит: «Я хочу быть со Христом, отец Алексий, вот». Крестилась, ревностная христианка. Но уже больше 30 лет домой не ездит, потому что брат ее сказал: «Приедешь – зарежу». За это крещение папа тогда здорово получил по шапке от духовных властей, и библейский кружок быстренько прикрыли. Но все-таки – торжество это Православия, победа это Христа или нет? Мне думается, это и есть подлинная победа, несмотря на все немощи, страх и предательство.

Подлинное торжество Православия заключается в маленьких победах, подчас незаметных стороннему глазу

Тоже из семейной истории. Когда отец Алексий стал трудиться в запасниках Ипатьевского монастыря в Костроме, ему открылся дивный мир христианства в виде летописей, житий святых, богослужебных книг, в безбожное советское время от русских людей закрытый. И, знакомясь с жизнью России, родной страны, папа увидел тот жуткий обман, клевету, ложь, которыми насыщали наши головы и души «товарищи». Увидел, что история страны начинается не с Октябрьского переворота, а лет на тысячу пораньше. Что целью жизни русских людей было служение Богу и ближнему. Что Отечество – это не «вечно живой» гражданин в мавзолее, а отцы, деды, прадеды, пра-пра-прадеды, построившие Россию. И он последовал совету святителя Луки (Войно-Ясенецкого):

«Ищите общения с людьми чистыми, благородными, праведными пред Богом. Их очень немного, но они есть рядом с каждым из нас. Идите туда, где чисто, добро, свято; не ходите на те увеселения и зрелища, которых так жаждет грязная толпа, дикими криками восторга приветствующая то, что не заслуживает приветствия. Бойтесь встреч, опасных для души! Ведь только стяжав чистоту, мы можем надеяться войти в Царствие Божие».

Дом милосердия им. С. И. Бирюкова

Так он и познакомился с отцом Иоанном (Крестьянкиным), полностью и бесповоротно отказавшись от участия во всяких большевистских торжествах и сборищах. Сначала его сочли сумасшедшим, даже бабушка, идейная коммунистка. Хотела его в психушку отправить. Но, вчитавшись в книги, которые отец тайком приносил домой, сама стала верующей. И скончалась уже христианкой. Торжество Православия, так ведь?

Бабушка, идейная коммунистка, вчитавшись в книги, которые отец тайком приносил домой, сама стала верующей. Торжество Православия, так ведь?

Сила Христа в немощи. Вспоминается один учитель истории: в годы торжества богоборческой власти он встал перед храмом, который сельские «активисты» собирались разрушить, и не давал технике подъехать и растащить церковь. Так его схватили и руки связали, чтобы не мешал. Но все равно это – торжество Христа, согласитесь. Связанный учитель, поруганный храм, Христос в терновом венце – все-таки это торжество, обещающее конечную победу.

А то, как люди откликнулись на нашу просьбу помочь Дому милосердия, – разве это не говорит о победе Бога в их жизни? Может быть, и небольшая жертва, но все-таки жертва: человек отказался от чего-то, ущемил в чем-то себя и помог нашим старикам – значит, мы еще не совсем расхристаны. Спаси Господь всех наших помощников – о всех молимся. Отец Александр Ельчанинов, упокой Господь его душу, писал в своих «Записях»:

«Равнодушие верующих – вещь гораздо более ужасная, чем тот факт, что существуют неверующие».

Думаю, он очень бы утешился, видя, как люди со всей России помогают друг другу, борясь с равнодушием и самолюбием.

Давайте и мы будем помогать друг другу видеть свет Христов. Он, свет, тихий. Но какой же он добрый!