Он сердцем болел за дело Христово

Памяти архимандрита Дионисия (Шишигина)

1 декабря отошел ко Господу благочинный Богоявленского округа, настоятель храмов святителя Николая Мирликийского в Покровском и Патриаршего подворья святого благоверного князя Александра Невского при бывшей Покровской богадельне, архимандрит Дионисий (Шишигин).

Архимандрит Дионисий (Шишигин) Архимандрит Дионисий (Шишигин)

Светлый человек

Священник Артемий Цех, клирик храма Новомучеников и исповедников Церкви Русской на Бутовском полигоне:

— Архимандрит Дионисий — светлый человек. Я трудился под его началом в храме святителя Николая в Покровском, где батюшку сегодня отпевают. Здесь я работал сторожем, когда учился в Свято-Тихоновском институте. Потом, когда Господь направил меня алтарничать в другой храм, мы продолжили с отцом Дионисием общение. Он потом даже способствовал моему рукоположению.

А когда я еще сторожил, то постоянно вспоминал слова пророка Исайи: сторож! сколько ночи? сторож! сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь (Ис. 21, 11), — и по-евангельски радовался, что с отцом Дионисием — всегда день Господень. Сказано же, что в раю не будет ночи и солнце там — Сам Господь (ср. Откр. 21, 23).

Батюшка — настоящий молитвенник. Всё его существо точно состояло из молитвы, а всё излишнее он удалял из него постом и воздержанием. Огненный монах! Подвижник. Как он все успевал? — уму непостижимо. Работал в Патриархии, служил в храме, — а служба в храме — это не только пребывание в алтаре, это быть с народом во всех его нуждах, горестях и скорбях. Пока народ воцерковляется, малое количество тех, кто радоваться в храм приходит, — в основном сюда приводит тяжесть и боль. А это тоже та мука, которую надо с ближним разделить, понести. Он сердцем болел за дело Христово и за наш изувеченный XX-м веком русский народ.

Когда ему отдали храм святителя Николая в Покровском, это здание даже не было похоже на храм. И стояло оно, как, впрочем, и сейчас уже храм стоит, — на улице, названной «в честь» того, кто, в числе прочих, все эти изуверства над православными людьми и храмами в прошлом кровавом и святотатственном веке нашей истории учинил, — Бакунина. Сколько этих фамилий и кличек насельников ада омрачают нашу страну.

Некогда эту церковь переделали в хлебозавод, точно пытаясь издевательски опровергнуть слова Господа, сказанные сатане в пустыне: Не хлебом единым жив будет человек, но всяким глаголом, исходящим из уст Божиих (Мф. 4, 4). На месте золотых главок с крестами — трубы. Вместо: В храме стояще славы Твоея, на небеси стояти мним, — работа в несколько смен.

Здание было разбито и обшарпано — руины. Я видел чудо воскресения храма. Это как видение пророка Иезекииля. Когда священнослужитель молится Богу, а не своим идолам, его слово обретает силу глагола Божиего. Это не просто остов развалины обшивают новыми перетяжками и штукатурят — храм обретает дух: ...изреки пророчество духу, изреки пророчество, сын человеческий, и скажи духу: так говорит Господь Бог (Иез. 37, 9). В молитве и словесном служении отца Дионисия мог говорить Господь.

Крест болезни

Отпевание архимандрита Дионисия (Шишигина) Отпевание архимандрита Дионисия (Шишигина)

Протоиерей Сергий Точеный, настоятель храмов Иакова Заведеева в Казенной слободе и Воскресения Словущего в Барашах:

— Для меня отец Дионисий — пример следования за Христом. Подобно Иову Многострадальному, принимал он от Бога и добрая и злая, за все благодаря. Всю жизнь он нес свой крест и распялся на нем, когда Господь судил ему понести тяжелую болезнь.

Святые отцы говорили, что равны следующие три делания: когда кто безмолвствует, когда кто находится в нелицемерном послушании и когда кто претерпевает болезнь. Насчет безмолвия ничего не скажу — он был голосом нашей Церкви, — а вот то, что батюшка был всецело послушен воли Божией и безропотно нес много лет тяжелейший недуг (хотя на самом деле это было многокрестие болезней), — подтверждаю. Вместе со святым апостолом Павлом отец Дионисий засвидетельствовал самой своей жизнью, что никакие обстоятельства не смогут нас разлучить от любви Божией: ни смерть, ни живот, ни ангели, ни начала, ни силы, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина кая тварь возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (Рим. 8, 38‒39).

Его жизненный подвиг останется примером того, на что способен человек, возлюбивший Господа

С креста, — говорят, — не сходят: с креста снимают. И хотя милосердный Господь снял теперь со креста дорогого батюшку, его жизненный подвиг для нас останется примером того, на что способен становится человек, возлюбивший Господа. Этой любовью он щедро делился с нами, воспламеняя наши сердца желанием служить Богу и ближнему.

Дай Боже нашему батюшке вселиться со Христом в Его Царствии, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная и где он сможет лицезреть Того, Кого смолоду возлюбил, за Кем шел, неся свой крест и к Кому стремился всю свою жизнь (ср. Ин. 14,6).

Труженик

Священник Александр Данилов, клирик храма Спаса Нерукотворного на Сетуни:

Архимандрит Дионисий (Шишигин) Архимандрит Дионисий (Шишигин)
— Архимандрит Дионисий искренне жил всю свою жизнь Церковью. Он не наемник, а человек, который, некогда услышав призыв Божий в своей душе, полностью этому призыву последовал.

Он нес послушание в самом сердце нашей Церкви — служил иподиаконом, книгодержцем, потом — келейником, помощником-референтом еще у Святейшего Патриарха Пимена. Мне в свое время тоже довелось недолгое время иподиаконствовать у этого Предстоятеля. Но мы, мальчишки, помню, смотрели даже на самого будущего архимандрита с трепетом.

Он был в гуще всех церковных событий и после неустанно передавал традиции и опыт потенциальным священнослужителям, опекал молодых, радел о их рукоположении. Это очень благоговейный человек. Я сам свидетель того, как он относился к богослужению. Всегда призывал к порядку, если вдруг на соборном богослужении кто-то из духовенства заговорит в алтаре.

Он нес очень большую нагрузку: помимо работы в Патриархии, послушания благочинного, его постоянно назначали настоятелем требующих восстановления храмов: в 1992-м году — храма святителя Николая Мирликийского в Покровском, с 1998 года — храма святого благоверного князя Александра Невского, Патриаршего подворья при бывшей Покровской богадельне; в 1993-2006 годах — церкви Иерусалимской иконы Божией Матери, Патриаршего подворья за Покровской заставой; в 1998-2016 годах — храма Покрова Пресвятой Богородицы в Рубцове.

Знаю, что он тут же начинал кому-то помогать: кормил бездомных, заботился о пациентах больниц, стариках, инвалидах. Я тогда занимался сайтом Московской епархии и изумлялся, что приход отца Дионисия — это та община, в которой масса информационных поводов, о которых надо писать в пример всем остальным.

Господь его высоко возвел на свещницу церковного служения. Он был благочинным Богоявленского церковного округа города Москвы. Долгие годы также являлся членом Комиссии по церковному имуществу и землевладениям и возглавлял епархиальную Ревизионную комиссию. Вся Москва его знала.

Знаковая личность. Труженик, который мог при всем множестве своих попечений и дел не упустить главного: священнического служения, которое ставил во главу угла (ср. Пс. 117, 22).

Крестный

Ирина Феофилова-Чувикина, дочь митрофорного протоиерея Владимира Чувикина:

Архимандрит Дионисий (Шишигин) Архимандрит Дионисий (Шишигин)
– Архимандрит Дионисий — мой крестный отец. Я его помню с раннего детства. Он принимал большое участие в моем воспитании. Привозил мне в подарок какие-то фантастически красивые красочные книги, каких мы в те годы не видели. Мы вместе ходили в театр на детские спектакли. А как-то раз, помню, вырезал специально для меня печать с надписью «Иришкина книжка». Вручает и говорит:

— Будешь ставить на все свои книжки такие печати.

Мне тогда еще было лет шесть, и это стало таким радостным занятием!

Он никогда не называл меня иначе, как Иришка.

Хорошо помню, как мы с родителями ходили звонить крестному. Тогда еще не было домашних телефонов, звонили из аппаратов в таких красных будочках. Почему-то запомнились звонки именно крестному. Сначала говорил по телефону папа, потом брала трубку мама, а я, маленькая, дожидалась, вытаптывая хороводы вокруг будки, пока мне сообщат: когда же крестный приедет?!!

Помню, как мне, еще дошкольнице, мама купила новое платье, и я стала умолять маму надеть эту новинку к приезду крестного. Мама недоумевала:

— Мы же дома. Зачем надевать новое платье?! Наденешь, когда пойдешь в церковь на праздник...

Но для меня приезд крестного был событием почти богослужебного значения и всегда большой радостью. Как про епископа говорят: где епископ — там Церковь, — так и при крестном у меня было порой ощущение длящейся и за пределами храма службы.

Про литургию отец Дионисий говорил, что она в центре его жизни.

— Не служащим, — признавался, — я себя не представляю.

Он и на больничной койке, распятый телом, духом предстоял Христу

Даже как-то раз поделился, что его мечта — по возможности, умереть у престола. Но   думаю, что он и на больничной койке, распятый телом, духом предстоял Христу.

Батюшка рассказывал как-то раз про своего нового диакона. Он говорил, что когда ты служишь литургию, ты полностью в этом особенном чувствовании иного Божественного мира растворяешься, тебя самого будто нет – в центре таинство Евхаристии, – и ты уже не видишь, что происходит вокруг... А когда пришел новый диакон и, может быть, не всегда был точен в своих действиях: не вовремя кадило подавал или делал еще что-то невпопад, — отец Дионисий сокрушался:

— Я не раздражаюсь. Но это меня, к сожалению, из этого особенного состояния выводило, возвращало на землю. Я его не ругал. Понимал, что он молодой. Конечно, все у него впереди.

Крестный был, пожалуй, единственным человеком, которому я могла говорить все, не боясь какой-то резкой реакции, хотя он по натуре своей не был мягок. Он сам признавался, что бывает жестким, строгим. Но для меня он был по-настоящему близким другом.

В предпоследнюю нашу встречу мы просидели и проговорили четыре часа. Я ему рассказывала о сложностях, которыми оборачиваются для людей, с которыми я работаю, нынешние времена. У него был дар чувствовать за словами реальную боль, радость, надежду, поэтому и его собственное слово было столь жизненным. Мы сидели и вместе плакали.

Тогда он благословил меня написать книгу. Последние годы я руковожу созданным по благословению Святейшего Патриарха Алексия II Благотворительным фондом «Неопалимая купина» (kupina.ru). Самая болевая забота — помощь детям с опорно-двигательными и неврологическими нарушениями. Через меня проходит очень много судеб семей с такими детками. Если ты не пропустишь всю их боль через свое сердце, ты не сможешь им помочь. Но даже если ты сможешь их утешить, боль от невозможности помочь с лечением остается с тобой. Крестный все это очень глубоко чувствовал. Так же, как понимал, что мамам-одиночкам и многодетным семьям лечение и реабилитацию больных малышей не потянуть — кто-то должен подставить плечо.

Кстати, более половины тиража написанной им удивительной книги о своем Святейшем отце и наставнике «Былое пролетает… Патриарх Пимен и его время» крестный раздарил. И, рассказывая об этом, тут же делился планами на восстановление одной из разрушающихся построек XIX века, на реставрацию которой, впрочем, пока нет средств.

А их и не было, потому что он жил по заповеди Христовой: блаженнее давать, нежели принимать (ср. Деян. 20, 35), — и потому, что жизнь маленького человечка — этого пришедшего в мир нового образа Божия — для него была важнее творений рук человеческих.

Я, как всегда с ним, совершенно не заметила, как пролетело время. Мне надо было ехать далеко за город. Батюшка посетовал:

— Я думал, ты на машине, а тебе сейчас еще ехать в метро. Темно идти — беги.

Я пошла, а у двери остановилась и не могу ее открыть. Возвращаюсь:

— Крестный, а как ее открыть?

И тут же созналась, что на самом деле никуда и не хочется уезжать. А он сказал:

— Хочешь — оставайся. У нас тут печка есть.

Тогда я и узнала, что он живет уже в этом домике при храме...

— Я тяжело передвигаюсь, — сознался он. — Мне уже ниоткуда не добраться.

Он вставал уже с огромным трудом. Поэтому и не пошел показывать мне, как открывается дверь — не хотел обнаруживать свою немощь.

У него с детства был полиартрит. Потом прибавлялись еще заболевания. В какой-то момент он заметил, что стал поправляться. Дел, как всегда, было очень много, так что обратить внимание на свое состояние он не решался до самого последнего момента, пока ему не стало совсем плохо. Только невозможность дальше продолжать труды заставила его обратиться к врачам. Избыточный вес оказался не чем иным, как отеком. Состояние было уже настолько запущенным, что его отправили на лечение в Германию. Проконсультировавший его там врач сообщил, что жить ему осталось не более чем две недели, если он срочно не пройдет курс лечения, и выставил счет. Отец Дионисий, посмотрев на огромную сумму, быстренько собрал вещи и вернулся домой. Это детям, считал он, может оказаться неподъемной боль. А сам, закаленный крестоношением, готов был к голгофе. Еще на несколько лет жизнь ему продлили процедурой диализа, весьма (тем более при прочих его недугах) болезненной. До самой своей кончины он оставался благочинным Богоявленского округа, настоятелем храмов святителя Николая Мирликийского в Покровском и Патриаршего подворья святого благоверного князя Александра Невского при бывшей Покровской богадельне.

В силу его занятости мы виделись с крестным не очень часто, но я непрестанно ощущала его молитвенную поддержку. Буквально полтора месяца назад в сентябре, когда он звонил и поздравлял меня с Днем Ангела, он подтвердил, что постоянно молится обо мне.

За три дня до смерти я вдруг, оставив все дела, поехала к нему. Он точно позвал меня...

Мы много говорили с ним о Боге, о вере, о смерти, которой нет. Он рассказал, что не так давно был при смерти трижды. Я задала вопрос:

— Крестный, а умирать страшно?

— Нет, не страшно, — ответил он.

Я была удивлена. И переспросила:

— Правда, не страшно?

— Я тебе прямо говорю, что мне было не страшно, — подтвердил он и улыбнулся.

— Почему?

— Ну, наверно, потому что у меня малых детей нет, как у тебя, — ответил он все с той же улыбкой и стал серьезным. — Но самое главное, чем я живу и что мне в жизни больше всего помогает, — это крепкая вера. Вот и ты тоже живи ею. Если у тебя будет крепкая вера, тебе и умирать будет не страшно, и жить ты будешь полноценно. У тебя не будет возникать лишних вопросов и неразрешимых проблем.

Архимандрит Дионисий (Шишигин) Архимандрит Дионисий (Шишигин)

Ещё говорил:

— Все в Евангелии написано. Открывай — там все ответы.

Для него Евангелие всегда оставалось вечно сияющей новой Истиной

Для нас, воспитанных в храме и каждое воскресенье бывающих на литургии, слушающих проповеди, такое живое и непосредственное восприятие Евангелия с годами точно приглушается: ты уже столько раз все это слышал и читал... А для него Евангелие всегда оставалось вечно сияющей новой Истиной.

В эту последнюю встречу батюшка рассказывал, как он в семь лет потерял свою маму. Она трижды была при смерти и умерла на его руках. Представляете, у семилетнего ребенка на руках! У меня младшему сыну столько же... Я ощутила пронзительную боль. Говорил он в последнюю нашу встречу очень громко — его голос раздавался так, как будто над нами не обычный потолок, а своды огромного собора.

Я бесконечно благодарна моему крестному за всю освященную его присутствием жизнь и за нашу последнюю встречу. Я ходила все эти дни с таким чувством пронизывающей все мое существо признательности. Так хотелось ему позвонить и сказать об этом! Но я не решалась. Все-таки, получая такие подарки встреч, старалась не отвлекать его от его многотрудного, пока он был в силах, служения, в любом случае всегда сосредоточенной, а на одре болезни тем более, молитвы.

Для меня он был и остается ангелом-хранителем, лишь выпорхнувшим за пределы даже этого величественного купола, накрывавшего и венчающего Крестом, где бы он ни находился, его земную жизнь, в то Небо, которое пишут уже не голубой краской, а золотом радости сопребывания со Воскресшим Христом.

Записала Ольга Орлова

5 декабря 2017 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Комментарии
дПавел 7 декабря 2017, 17:19
Помяни, Господи! Хочется помянуть человека добрым словом. Как-то после службы о.Дионисий обратил мое внимание на то, что паримии читаются, звучат по-особому, не так, как шестопсалмие. Я тогда поразился, насколько тонко он чувствует музыку богослужения и как трепетно хочет, чтобы вековая традиция богослужения передавалась из поколение в поколение.
6 декабря 2017, 17:13
Батюшка всегда говорил, что Любовь надо возвращать! Милосердный Господи прими нашу Любовь, наши молитвы и воздыхания и помилуй раба Твоего! Прими его в свои Отчии объятия!
диакон Петр Пахомов 5 декабря 2017, 14:17
..... Помоги Господи
Владислав 5 декабря 2017, 13:31
Никаких человеческих слов не хватит, чтобы выразить восхищение таким путем и благодарность за видимые и невидимые Дела его! Прими, Господи, душу новопреставленного раба Твоего и со святыми упокой...
Вадим 5 декабря 2017, 13:24
Благодарение Господу! Через существование таких людей Бог наполняет нашу жизнь глубоким смыслом и благодарностью. Светлая память нашему батюшке,о.Дионисию!
Екатерина 5 декабря 2017, 13:10
Дорогой и любимый наш молитвенник! Упокой Господи душу усопшего раба твоего архимандрита Дионисия!
Марина 5 декабря 2017, 09:29
Упокой Господи потрудившегося на Твоей ниве новопреставленного раба Твоего Дионисия и упокой в Твоих селениях со святыми!
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×