Лучшие материалы Православия.Ru: Семь лет назад.
Россия никогда не умирала!

Интервью с Марией Георгиевной Жуковой

""""

Интернет-портал «Православие.Ru» представляет вниманию читателей новую постоянную рубрику в которую войдут наиболее интересные материалы, появившимися на нашем сайте семь лет назад. В юбилейном 2000 году, при начале своей деятельности, сайт назывался «Православие 2000.Ru». Вниманию читателей предлагаются новости, ставшие уже исторической хроникой, интервью с известными церковными и общественными деятелями, аналитические статьи, обзоры и другие публикации.

***

"Мария
Мария Георгиевна Жукова
- За последние годы Вы написали две весьма необычные книги, посвященные двум великим полководцам, выдающимся героям русской истории - Вашему отцу, маршалу Георгию Константиновичу Жукову и генералиссимусу Александру Васильевичу Суворову. Книги эти, без сомнения, уникальны. Они показывают жизнь лучших сынов России с неожиданной для нас духовной стороны. Не могли бы Вы рассказать, как у вас возникла идея создания этих книг?

- Образ нашего легендарного Александра Васильевича Суворова привлекал меня давно, тем более, что отец очень его любил, высоко ценил его военный гений. Замысел создать книгу о духовном облике Суворова возник довольно случайно - таких книг до этого в общем-то не было, а необходимость в них назрела, а тут приближались юбилейные даты, связанные с памятью полководца. Мне пришлось работать с книгами XIX века, воспоминаниями современников, письмами. Я поняла, какая удивительно цельная личность была скрыта от нас.

Крайне важным оказалось для меня и то, что работа над образом Александра Васильевича Суворова, знания которые пришли ко мне в это время, позволили мне лучше понять моего отца, маршала Жукова. Я в который раз убедилась, что все в этом мире неслучайно. Обнаружила, что мой отец очень многое перенимал у Суворова. Он почти всю жизнь учился у него и не только учился, но и развивал знаменитую суворовскую "науку побеждать". Ведь Жуков (хотя не мне, конечно, об этом судить - так считают многие военные историки), в ХХ веке, так же как и Суворов в свое время, явился крупным творцом военной науки, стратегии и тактики. Кроме того, они были, конечно, очень близки друг другу по духу. Оба они были настоящими православными русскими людьми и вся их жизнь доказывала это.

В их судьбах много общего. Оба они достигли высот славы, принесли неоценимое благо Отечеству, но потом подверглись опале и последние свои дни заканчивали в изоляции.

Я вспоминаю такой случай, его рассказывала моя сестра Элла Георгиевна. Отец читал книгу о Суворове и вдруг сказал: "Ну-ка запиши!". И прочитал известные слова Суворова: "У этого наемника-историка два зеркала: одно - увеличительное - для своих и другое - уменьшительное - для нас. Но потомство разобьет вдребезги оба и выставит свое, в котором мы не будем казаться пигмеями". Тогда моя сестра не поняла, зачем отец обратил внимание именно на эти слова, но потом, когда прошли годы, и отец пережил много клеветы, унижений, лжи в своей жизни, они стали понятны. Ведь его, да и не только его, старались, да и по сей день стараются сделать пигмеем. Он говорил словами Суворова о себе - верил, что потомки оценят его дела правильно и история все расставит по своим местам.

- Ваши книги, видимо, и являются шагом на пути к этому пониманию...

- В книге о Суворове я в меру своих сил, старалась показать его духовную суть. Александр Васильевич был глубоко верующим человеком, его вера в Бога была несгибаема, он был настоящим отцом солдатам, кроме того скромнейшим и очень оригинальным человеком. Учил солдат молитвам. Строил храмы, собственноручно вырезал для одного из них крест-распятие. Сам служил дьячком, пел на клиросе. В моей книге впервые опубликован его покаянный "Канон Господу Иисусу Христу", написанный Александром Васильевичем незадолго до смерти, - удивительный канон, пронизанный настоящим смирением и глубоким покаянным чувством. Ведь мало кто знает, что Суворов написал такой канон, в свое время готовился стать иноком и подавал об этом прошение на имя государя-императора. Книга выдержала уже несколько изданий. О том, что она необходима, свидетельствует и ее издание пиратским способом на Украине.

Во второй книге "Маршал Жуков. Сокровенная жизнь души" я попыталась показать отца не столько полководцем (об этом написано много книг), сколько показать его душу, душу человека верующего, потому что мало кто знает, что у отца действительно была сокровенная жизнь христианина. Жизнь, которая в ХХ веке была особенно сложна и сокрыта от глаз людских.

Святейший Патриарх Алексий 18 июня 1999 года, в день 25-й годовщины кончины моего отца отслужил (и я очень благодарна ему за это) панихиду по "приснопамятному воину Георгию". В проповеди он сказал: "В те тяжелые годы можно ли было исповедовать свою веру, можно ли было открыто свидетельствовать о том, что человек принадлежит к Святой Православной Церкви? Это был период геноцида против верующего народа..."

Конечно, то, о чем я говорю, - лишь мое прикосновение к духовной жизни отца, и я могу говорить об этом лишь настолько, насколько мне это открыто.

- Как восприняли Ваши книги читатели?

- Меня очень радует, что обе эти книги нашли свою читательскую аудиторию, нашли отклик в сердцах людских, и прежде всего у молодежи. Ведь наша молодежь, которую искусственно отторгают от всего высокого, духовного, сегодня особенно нуждается в таких примерах. И очень много людей самых разных возрастов подходят ко мне и говорят, что после прочтения книги об отце они заново открыли, кто такой был маршал Жуков и молятся о нем. Хотя и до этого, конечно, очень много людей молились об упокоении его души. Особенно важно было для меня, что эта книга нашла свой путь к сердцам наших воинов, которые сейчас сражаются в Чечне.

Недавно я познакомилась с Любовью Васильевной Родионовой, сын которой, Евгений Родионов, погиб, был замучен чеченскими бандитами. Это был удивительный юноша, воспитанный в самой обычной семье на тех самых евангельских идеалах, которыми руководствовался в жизни мой отец. Женя отказался перед издевательствами (телевидение не раз показывало нам эти чудовищные издевательства!), перед пытками, снять с себя крест. Думаю, со мной согласятся все, он настоящий мученик за Христа, настоящий герой. И вот недавно его мать (я преклоняюсь перед мужеством этой простой русской женщины!) уже во второй раз была в Чечне - она собирает и возит туда с помощью военных на грузовых самолетах одежду, продукты, лекарства, которые крайне нужны нашим солдатам. Она сказала, что неверующих там нет: и среди рядовых, и среди офицеров, и даже среди генералов. Они просили привезти в следующий раз Евангелия. Возила она туда и мои книжки об отце и о Суворове. Любовь Васильевна говорит, что они там пользуются спросом, их читают и просят привезти еще. Генерал Владимир Шаманов сказал ей, что будет награждать этими книгами отличившихся.

Буквально на днях ездал в Чечню один мой знакомый генерал, ветеран войны, участник Парада Победы, человек, хорошо знавший моего отца. Зовут его Алексей Митрофанович Зазулин. Он рассказал мне о встречах с солдатами и о том, что они просили его рассказать о Жукове. Никто их не вынуждал задавать вопросы о маршале, он видел их живой, неподдельный интерес.

- Кажется, что в последние годы и даже десятилетия наши собственные герои стали как-то забываться. Молодежь ориентируется на зарубежные, американские образцы. А с другой стороны, например, в церковных магазинах преобладает литература, посвященная монашескому пути, книги о подвижниках, что, может быть, не всем подходит.

- Да, похоже, тут образовался некий вакуум...

- Вы упомянули, что Ваш отец был православным человек. Как вы это чувствовали и какое влияние это оказало на Вас?

- Недавно одна моя знакомая, у которой отец тоже был военный, не маршал, правда, генерал, сказала в разговоре со мной: "Ты знаешь, нас к храму не приучали. Не было ведь в семье настоящей церковной жизни, с молитвой, с иконами, как это мы себе обычно представляем. Но в нашей семье все равно вся жизнь строилась на православных началах". В тот момент я подумала, насколько она права. Это была именно та нить, которая через все ужасы ХХ века незаметно протянулась от того поколения к поколению будущему.

Казалось, что все уже выжжено, вера уничтожена. Известная личность уже грозилась "показать последнего попа". И тем не менее эта связующая нить, очень тонкая, невидимая, протянулась к нам. И тот расцвет, который происходит в духовной жизни России сейчас, думаю, обязан во многом тому, что наши родители смогли в такой форме, которая была приемлема именно тогда, в те годы, передать нам веру. Ведь если подумать, кем был мой отец, какие он занимал посты, станет понятно, как это было сложно. Ведь за ним следили. Я вспоминаю, как он, будучи уже в опале, говорил: "И у стен есть уши". Сейчас опубликованы секретные материалы КГБ - доносы, докладные о том, что говорил Жуков у себя дома, с женой, например. Я не могу в полной мере вспомнить все подробности той жизни, но я прекрасно понимаю, что меня и моих старших сестер Эллу и Эру воспитывала сама домашняя атмосфера, жизнь рядом с отцом.

Тогда даже немыслимо было говорить о том, чтобы перед смертью позвать священника, исповедаться, причаститься. И Вы знаете, это меня потом очень тяготило. С этими мыслями я неоднократно ездила к старцу, архимандриту Кириллу (Павлову), который тоже прошел всю войну и необыкновенно почитает и любит моего отца. Я поделилась с ним своими мыслями: "Мой отец был православным человеком, в детстве пел в церковном хоре, службу знал и воспитание получил чисто православное. А если он пел в церковном хоре, то участвовал в богослужении и причащался наверняка. Не знаю, причащался ли он в течение жизни, но перед смертью, насколько я наблюдала, этого не было и даже немыслимо было говорить об этом". На это отец Кирилл рассказал мне историю о том, как к преподобному Серафиму Саровскому пришла одна женщина и рассказала о своем муже, что он прожил очень честную и благочестивую жизнь, но по каким-то обстоятельствам умер не причастившись, без исповеди. Она очень переживала, из-за этого приехала к отцу Серафиму, чтобы тот посоветовал, как ей молиться, и открыл загробную участь ее мужа. Преподобный Серафим ее утешил и сказал: "Не волнуйся, его ангелы на небесах причастили". Больше на эту тему отец Кирилл мне ничего не сказал, но из рассказа я поняла, что это был его ответ на мой вопрос.

Я размышляла о завещании моего отца. Он просил похоронить его по православным канонам, в землю, ни в коем случае не сжигать. А тогдашние наши правители, несмотря на то, что семья обращалась с просьбой уважить последнюю волю отца, тем не менее сожгли его. Я думаю, это лишний раз доказывает, насколько отца не любили именно те люди, которые были враждебны русскому духу, враждебны Православию. Они хотели как бы совершить какой-то языческий обряд предания огню, отправить отца в некое подобие геены огненной.

После его смерти поэт Иосиф Бродский написал стихотворение, в котором говорится примерно следующее: "Что скажет Жуков своим солдатам, встретившись в адской области с ними?" То есть чем он оправдается? Эти люди заведомо отправляли отца вместе со всеми солдатами, воевавшими с ним, в ад.

И сейчас мне приходится, как это ни больно для дочери, встречаться с такими публикациями и выступлениями в средствах массовой информации. Отец Кирилл мне так и сказал, что в моей жизни, как и в жизни отца, будут встречаться и такие люди, которые будут ненавидеть и всячески злословить нас, но и те, которые будут любить. И таких, к счастью, гораздо больше. Любовь к моему отцу люди переносят и на меня. И мне это очень дорого.

Например, я с радостью вспоминаю письма 12-летнего мальчика Пети Пантюхова, который читал мои книжки, видел передачи и публикации об отце в журнале "Русский Дом". Он написал, что он и вся их семья очень почитает Жукова и просил прислать им фотографию маршала. Теперь мы с ним переписываемся. Такой вот у меня появился маленький корреспондент. Он живет в селе под Волоколамском в семье православных людей. И все время приглашает меня к себе в гости. Пишет, что у них есть корова Зорька и куры, и даже рояль, и еще горки, с которых можно покататься. Но вместе с тем, он пишет и очень серьезные вещи, например, про одного ветерана, всего израненного в годы войны, с которым он дружит. Этот человек говорит, что все ветераны плакали, когда 18 июня 1974 года умер Жуков.

- Мария Георгиевна, расскажите, если можно, как Вы сами пришли к Церкви? Это, вероятно, позже случилось?

- Я уже говорила, что собственно церковного воспитания у нас дома не было. Но один случай особенно заронил в мою душу зерно веры, которое позже, через годы, дало всходы. Это были слова отца, сказанные, когда мне было лет шестнадцать, вскоре после смерти моей мамы Галины Александровны, она умерла молодой, в сорок семь лет, от рака. Отец сознавал, что тоже угасает: он пережил тяжелый инсульт. Я еще "не встала на ноги", и он, конечно, очень беспокоился о моей судьбе. И вот однажды он посадил меня рядом с собой и как-то по-особенному, душевно-доверительно сказал: "Машенька, ты скоро останешься сиротой, я умру, но с того света я буду наблюдать за тобой и в трудную минуту приду". Я пишу об этом в своей книжке. В тот момент я ничего не поняла, подумала, что пошутил. Но когда я вопросительно посмотрела в его глаза, то поняла, что эти слова были сказаны совершенно трезво, спокойно и очень весомо...

Я вспомнила о них, только когда он уже умер. Я была в растерянности. Но позже вспомнила его слова и это зародило в моей душе веру в то, что они с мамой продолжают жить. Это поначалу смутное ощущение укреплялось, и потом уже я постепенно пришла к вере. И позже мне были посланы Богом некоторые уверения. Крестилась я уже потом, во взрослом возрасте, совершенно сознательно. Долго шла к храму, но сейчас, оглядываясь на этот путь, я прихожу к выводу, что зерна, конечно, были посеяны отцом.

 - Скажите, а сейчас, после написания книг о Вашем отце и о Суворове, есть ли у Вас желание продолжить эту тему? Каковы ваши дальнейшие планы?

- Главный вывод, к которому я пришла, это тот, что Жуков и сегодня сражается. К примеру, в Чечне, где сейчас поистине решается судьба России. Казалось, что армия окончательно уничтожена (ведь уничтожали ее за последние годы целенаправленно и упорно) обнаружилось, что дух Жукова в ней жив. Наши солдатики проявляют там чудеса героизма, самоотверженности. Я ведь была там и разговаривала со многими воинами.

Часто выступаю перед военными с воспоминаниями об отце и вижу, насколько важно учиться на примерах лучших сынов России. Ведь что греха таить, колоссальный вред наносит телевидение нашему молодому поколению. Ведется настоящая война против него!

Мне ведь приходится выступать и перед школьниками, и я к ужасу своему обнаруживаю, что преподавание истории постепенно упраздняется в школе. Остаются только какие-то хаотические, разрозненные знания по истории. Недавно я была в одной из московских школ, где мне рассказали, что с учителями истории очень сложно и преподают девушки-студентки. Меня поразило, что ребят учит студентка, которая подрабатывает в ночном клубе и к ним на уроке, по рассказам родителей, обращается в тех же выражениях, к которым она привыкла в этом клубе.

Это единичный случай, а сколько таких по России! Искажение истории, более того, нелюбовь к нашей Родине, к ее истории, презрение к прошлому нашего народа присутствует в большинстве книг, по которым учатся молодые люди.

Мои силы, конечно, очень скромные, и мне самой ничего не изменить. Только все вместе мы сможем помешать тому страшному процессу искажения и забвения истории, который является частью плана уничтожения нации. Нам необходимо осознать глубину и причины той трагедии, которая постигла нашу страну и наш народ. И что касается того вакуума, о котором мы говорили, чтобы его заполнить хоть немного, мне хотелось бы написать книгу о жизненном пути моего отца для школьников средних и старших классов. Такие книги нужны.

Вы знаете, когда, например, я рассказываю, что в жизни моего отца была встреча с последним оптинским старцем, теперь уже прославленным Церковью, преподобным Нектарием, на многих это производит сильное впечатление. И для меня самой тут много удивительного. Дело в том, что в 1993 году я написала "Письмо к отцу", которое было опубликовано большими тиражами. Мне тогда хотелось высказать отцу как живому то, что накопилось у меня на душе - тогда ведь рухнула наша держава и совершилось много страшного. Я начала письмо со слов "дорогой отец". Там я вспоминала, как он взял меня семилетней девочкой в Троице-Сергиеву Лавру, и мы всей семьей пришли к мощам преподобного Сергия Радонежского в Троицком храме, что вызвало, конечно, большой переполох, потому что отца стали узнавать... Тогда отец рассказал мне, что преподобный Сергий благословил князя Димитрия Донского на страшную битву с монголо-татарами, и князь победил в этой битве. В своем письме я ставила риторический вопрос: Кто же был тем Сергием, который шепнул тебе в страшные дни 1941 года "ты победишь"? Это был чисто риторический вопрос, на который я не ждала ответа. И для меня стало настоящим потрясением, когда через несколько лет я узнала о встрече отца со старцем Нектарием, о чем написала в своей книге. Так нашелся тот "Сергий", старец Нектарий, который благословил отца, предрек ему будущую его судьбу и присоединил, конечно, к благословению и свою молитву. Хотя старец и недолго прожил после этого, но такие люди и с небес продолжают помогать.

- Завершая наш разговор, хотел бы спросить: тогда, после победы благоверного князя Димитрия на Куликовом поле и позже, после свержения монголо-татарского ига, началось возрождение России. Возможно ли теперь, в наше время нового ига, новое возрождение? И как Вы думаете, что для этого надо сделать?

- Как и миллионы людей, я всем сердцем желаю этого возрождения и молюсь о нем. Однако многие в понятие возрождения вкладывают чисто земное - могущество нашей страны, экономическое процветание, благосостояние людей, но все это без Бога. Пример тому - Соединенные Штаты Америки, Западная Европа. Забывают они, что Россия - подножие Престола Господня, что она на Голгофе, что крестным путем Господь ведет ее ко спасению, к вечной славе в Царствии Небесном. Поэтому главное для нас возрождение духовное. Только бы нам оставаться всегда со Христом!

Сошлюсь на мнение старцев. Я задавала этот вопрос отцу Кириллу. Столько людей страдает от того, что происходит с нашей державой и жаждет возрождения России, но год от года становится все хуже и хуже. Он мне тогда ответил, что Господь Бог смотрит на наши дела и именно на те конкретные поступки, которые человек совершает в той области, в которой он Богом поставлен.

Недавно этот вопрос, возродится ли Россия, был задан другому старцу, отцу Николаю Гурьянову с острова Залит. Он ответил очень просто: "А она и не умирала!"

С Марией Жуковой беседовал Дмитрий Сапрыкин

Дмитрий Сапрыкин

Мария Жукова

22 марта 2000 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×