Одна семья Христова

Зарисовки из Бостона

Прихожане церкви в Бостоне Прихожане церкви в Бостоне

Наша Бостонская церковь на Троицу становится похожа на райский сад: с обеих сторон лестницы – цветущие гортензии и азалии, а там, за дверями, в таинственном мерцании свечей – церковь-красавица в изумрудном облачении, березовые ветви кланяются Божией Матери, и даже воздух кажется наполненным утренней росой и радостью.

– Это ты всё придумала, – говорит мне дочь друзей. – Не вижу никакой росы. Нет ее.

Машет обиженно рукой на экран компьютера. Маленькая еще, не понимает.

Троица 2020 года. Служба по трансляции из Ютьюба. Прихожан – человек 50, больше впускать нельзя. Все в масках, на расстоянии двух метров друг от друга. А потерянности и тревоги нет: настоятель отец Виктор Болдевскул всю эту странную весну был вместе с нами: утешал, наставлял, советовал, ободрял. «Настоящий пастырь», – говорит мама. Службы начали транслировать сразу же по объявлении карантина, и тотчас воцарилась какая-то спокойная и отрезвляющая бодрость, и вместе с пением хора даже мысли начали выстраиваться стройнее.

В нашем хоре на пюпитрах разложены аккуратные папки с нотами для каждого голоса: «Литургия», «Всенощная», «Двунадесятые праздники». В папке «Литургия» хранятся ноты с двумя десятками Херувимских: сербская, киево-печерская, царская… Перед каждой службой наш регент Николай Георгиевич Гансон сам выбирает песнопения.

Помню, как-то раз на Литургии в день памяти святого праведного Иоанна Кронштадтского регент неожиданно выбрал самую простую Херувимскую – старо-симоновскую, которую в последний раз до этого мы пели лет, может быть, пять назад. После службы я подошла к регенту с круглыми глазами:

– Коля, вы знали, что старо-симоновская была любимой Херувимской отца Иоанна Кронштадтского?!

– В самом деле?

– Ну да! Я читала об этом в воспоминаниях игумении Таисии, настоятельницы Иоанно-Предтеченского Леушинского монастыря.

– Как удивительно… Нет, я об этом не знал.

***

Николай Георгиевич – внук приснопамятного епископа Митрофана (Зноско-Боровского), выдающегося священнослужителя Русского Зарубежья.

Я видела владыку один только раз, когда он был в Бостоне незадолго до своей кончины. После Литургии он остался для пастырской беседы. Я сидела среди наших прихожан, ловивших каждое слово любимого владыки, и витала в облаках. Владыку я совершенно не слушала, потому что напряженно думала о какой-то своей глупой проблеме, разрешения которой нетерпеливо ждала. «Ну когда же, когда? – думала я – Когда же это решится???»

– Когда? – услышала я вдруг громкий вопрос владыки, внимательно смотревшего прямо на меня мудрыми и добрыми глазами. – Когда? Когда Господь соизволит.

Посмотрел, помолчал и продолжил беседу. А я так и осталась сидеть с открытым от изумления ртом.

«Когда? – вдруг услышала я голос владыки Митрофана. Он внимательно смотрел на меня. – Когда Господь соизволит»

– Что это с вами такое? – подошла ко мне наша прихожанка, добрейшая Лиля Финкель.

– Лиля… это… а может наш владыка быть ясновидящим?

– Ну, может, наверное. Мы же подвижников и святых среди живых, увы, не угадываем. Вот я ездила как-то в наш Свято-Троицкий монастырь в Джорданвилле, и архимандрит Киприан сам стал меня по монастырю водить и всё показывать. Ну, ходим мы так час, второй, у меня уже ноги болят. Плетусь за отцом архимандритом и думаю: «Ну ладно, я – молодая, а архимандриту-то далеко за восемьдесят. Неужели он не устал?» А он оборачивается и говорит мне: «Да ничего, я привык».

Отошли уже ко Господу и владыка Митрофан, и архимандрит Киприан – великий иконописец Русского Зарубежья.

***

Лиля Финкель скончалась от рака три года назад. Ей было 52. Неутомимая и милосердная труженица, в Москве она помогала детскому дому, из чего потом стараниями владыки Пантелеимона и самоотверженных работников родится православная служба помощи «Милосердие», а в Бостоне Лиля приводила в церковь своего воспитанника – слепого мальчика с абсолютным слухом, подпевавшего нашему хору чистым и светлым голоском. Для этого мальчика, Мэтью, Лиля вручную набирала шрифтом Брайля инструкции для конструкторов «Лего». Она сама придумала обозначения для каждой из тысяч леговских деталей, а потом вместе с Мэтью создала сайт «Лего для слепых», на котором бесплатно для всех выкладывала свои инструкции.

Мэтью написал в компанию «Лего» о Лиле и ее бескорыстной работе, и через два года после ее кончины компания официально издала инструкции Брайля для слепых. В одном отзыве к статье о Лиле и Мэтью, которую опубликовала газета «Вашингтон Пост», читатель написал:

«Даже невозможно себе представить, сколько времени и терпения потребовалось, чтобы создать самую первую такую инструкцию. Эта женщина – просто святая».

Кто они – люди вокруг нас?

Матушка Ирина Лукьянова, к которой, когда я увидела ее в самый первый раз, захотелось прижаться как к родной, столько в ней было теплоты. Профессор университета Леонид Херетц – наш церковный староста, образец выдержки и рассудительности. Его мудрой и чуткой жене Саррочке можно позвонить в любое время дня и ночи, и она найдет, как поддержать и утешить. Вера Митрофановна Гансон, дочь владыки Митрофана, помнящая дни ангела, кажется, всех наших прихожан и успевающая каждому сказать доброе слово. Ее скромные и милосердные невестки Мишель, Наташа и Катя.

А приснопамятный архимандрит Иоасаф (Маклеллан)… Начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме, американец, прекрасно знавший русский и церковнославянский языки. Блестящий профессор Принстонского университета, в 2009-м, незадолго до своей кончины от рака в возрасте 47 лет, писавший:

«По принятии монашества самый плохой день в Джорданвилле или Иерусалиме был для меня несравненно прекраснее, чем самый лучший день в Принстоне, Брауне или где бы то ни было еще…»

Архимандрит Иоасаф регентствовал одно время в нашей бостонской церкви. Светло-рыжий, с сияющим от радости лицом, на стихирах Пасхи, когда мы доходили до «Что ищете Живаго с мертвыми; что плачете Нетленнаго во тли?», он вскидывал изумленно руки, искренне дивясь через 2000 лет неведению мироносиц. Мы в хоре и теперь – в память о нем – делаем так же.

***

Люди вокруг нас… Память скачет из Бостона в Москву, в храм, где крестились и мама, и я, к другому приснопамятному и горячо любимому пастырю – протоиерею Владимиру Романову, настоятелю храма Воскресения Словущего в Брюсовом переулке, моему первому духовному отцу, удивительному батюшке, чьи советы по сей день помогают мне в жизни:

  • «Что значит: зачем исповедь? Вы же вещи стираете, в химчистку сдаете? А ведь душу тоже надо стирать и в химчистку сдавать».
  • «Стоите ждете исповеди – читайте про себя 50-й псалом».
  • «Искушения, обиды, разочарования – усилить молитву нужно. Возьмите Псалтирь, по ней молитесь».

Благодаря отцу Владимиру я встретила митрополита Питирима (Нечаева). Какой это был благородный, мудрый и светлый пастырь! Помню, я спросила владыку, как изменить свою жизнь, и он ответил, что если мы хотим, чтобы обстоятельства нашей жизни изменились, нам вначале нужно измениться внутренне.

Митрополит Питирим наставлял: если хотите, чтобы обстоятельства жизни изменились, сначала внутренне изменитесь сами

Как-то раз я пришла к отцу Владимиру, начитавшись «современной духовной литературы», с восторженно горящими глазами и приобретенной от «мудрости» мигренью. Отец Владимир только покачал головой:

– Не надо вам это читать. Читайте беседу преподобного Серафима о цели жизни христианской.

Я попросила брата найти для меня эту беседу. Павел, мой брат, в 1990-е помогавший в восстановлении Марфо-Мариинской обители и первым из нашей семьи крестившийся, принес мне брошюрку.

– Вот читайте и думайте, – сказал отец Владимир. – Книги нужно выбирать внимательно, чтобы душу свою хранить спокойной и светлой, как чистое озеро.

Протоиерей Фома Реске Протоиерей Фома Реске

А нынешние мои пастыри, дорогие бостонские отец Виктор и отец Фома Реске. Отец Фома и матушка Ирина как-то неожиданно навестили меня на Пасху, когда я заболела. Стук в дверь – на пороге отец Фома и матушка с огромной корзиной пасхальных вкусностей.

***

Скольких замечательных людей встретила я и в московском храме, и в бостонском! Недавно ушедшие от нас Евгения Димитриевна и Владимир Павлович Руденко, на своем примере показавшие, как может и в наше время прожить жизнь настоящая православная русская семья. Анна Александровна Бардова, когда-то учившаяся в консерватории в Париже, исключительно подтянутая и собранная, одним, кажется, взглядом поддерживающая в церкви образцовый порядок, невзирая на свои 90 с лишним лет. А ее ровесница добрейшая Тамара Павловна Ползик?..

Глядя на эту интеллигентную даму с неизменно ласковой улыбкой, даже и не подумаешь, какая у нее невероятная судьба и как в этой судьбе отчетливо виден спасительный и непостижимый Промысл Божий.

Тамаре Павловне было 13 лет, когда ее чудесным июньским днем 1941 года отправили из родного Ленинграда погостить на лето у бабушки и дедушки в Белоруссию, в городок Чаусы. Война началась через две недели. Бомбежки, обстрелы. 15 июля в Чаусы вошли немцы. Бабушке и дедушке Тамары Павловны фашисты велели пришить к одежде желтые звезды, а вскоре всех евреев собрали и объявили им о переселении.

– Я держалась за бабушку, – вспоминает Тамара Павловна, – но вдруг к нам подошел полицай – я до сих пор помню его фамилию: Киселёв – и сказал оставить меня здесь: «Ведь она русская». Бабушка, услышав, что я могу остаться, обрадовалась: будет кому написать и сообщить новый адрес. Бедная… Так их и увели в обшей колонне из 600 человек, стареньких и испуганных, и в ту же ночь всех расстреляли на берегу реки Прони…

Их увели, стареньких и испуганных, и в ту же ночь всех расстреляли. Девочка осталась одна

Тамара осталась одна. Пожалев, ее взяла к себе соседка Вера Перцева-Богданова. Тамаре изменили документы, чтобы скрыть еврейское происхождение, и вместе с несколькими малышами ее крестили в соседней избе. Наступила зима. У Тамары не было теплой одежды. Ее привели к полицейскому участку и велели что-нибудь взять из горы сваленных вещей, принадлежавших расстрелянным.

– Я взяла белый шерстяной платок: мне показалось, что он бабушкин…

Полтора года девочка прожила у чужих людей, ежечасно опасаясь ареста и расстрела. А потом ее – худенькую, маленькую, тихую ленинградскую школьницу – угнали на работу в Германию. Местные жители, увидев, как Томочку увели в жандармерию, решили, что ее расстреляли, и так и сообщили на запрос, пришедший из Ленинграда после освобождения Чаус от фашистов. А девочку угнали в Эльзас-Лотарингию, а еще через год – в соседний Саарбург.

Тамара Павловна Ползик в Богоявленском храме г. Бостона Тамара Павловна Ползик в Богоявленском храме г. Бостона Ничуть не обозленная, не ожесточившаяся, Тамара Павловна, всю жизнь хранившая бумажную иконку Одигитрии (Путеводительницы) – Божией Матери Тихвинской, которую нашла в раннем детстве, зла не помнит, но помнит каждого доброго человека, которого Господь посылал на ее пути.

– Добрая женщина средних лет, Анна Ивановна, с которой мы жили в одном бараке, делилась со мной едой и всячески опекала меня. А потом случилось чудо, и Господь послал мне моих спасителей. В один из дней, когда немцы гнали нас ранним утром на работу на железнодорожный вокзал Саарбурга, ко мне вдруг подошла девушка и украдкой сунула какую-то еду. Позже я узнала, что эта девушка – Франс – помогала многим пленным. Ей удалось как-то договориться с охранником, и она увела меня из лагеря и спрятала в бомбоубежище, а потом привела в дом, где она жила с семьей своей сестры. Семья Лонсдорферов приютила меня, и целый год я жила у них как член семьи. Обед начинался с молитвы. А по воскресеньям мы всей семьей – девочки обязательно в шляпках и перчатках – ходили в собор. Это было торжественное событие. Помню, Малю Лонсдорфер сказала мне, что если помолиться, то желание обязательно исполнится. Я молилась о возвращении домой, к маме…

Вернуться было непросто. Отношение к угнанным после войны было подозрительным и предвзятым. Тамаре объявили, что таким, как она, в Ленинграде не место, и потому высадили ее на железнодорожной станции в Луге, что в 140 км от Ленинграда. Растерянная семнадцатилетняя девушка вышла на станции, совершенно не понимая, что делать и куда идти: въезд в Ленинград был разрешен только тем, у кого был паспорт с ленинградской пропиской.

– Господь меня хранил. Совершенно незнакомая добрая женщина, у которой в паспорте была прописана дочь одних со мной лет, которой не было в тот день с матерью (!), привезла меня в Ленинград, в дом моих родных на улице Радищева. Встреча с мамой была удивительной. Я не помню слез. Помню только, что мама, которая единственная из всей семьи не верила, что меня расстреляли в Чаусах, как вошла, так и села на пол у дверей…

На маму Тамары Павловны вскоре поступил анонимный донос, что ее дочь была в немецком плену, и маму тут же уволили из Военно-медицинской академии, где она работала.

– Удивляюсь сейчас, что только уволили. Господь сохранил нас обеих. Я начала ходить в храм. Ничего еще не знала, ничего не читала, всё пришло откуда-то изнутри.

Так началось Тамарино воцерковление. Не вступившая в комсомол девушка закончила 2-й Ленинградский медицинский, поступила на работу в Институт Пастера, вышла замуж, и вскоре у них с мужем родился сын Женечка, которого крестили втайне от коллег и знакомых.

– Время было опасное, а с моим прошлым мне приходилось быть очень осторожной. Как-то я встретила в церкви нашу уборщицу. Мы молча посмотрели друг на друга и потом никогда об этом не говорили.

Сын Тамары Павловны стал большим ученым. В Америке, куда они все вместе эмигрировали в конце 1980-х, Тамара Павловна начала ходить в антиохийскую православную церковь, а потом уже в русскую.

«Главное – надо заглядывать в себя. Может быть, ты обидел кого-то и не заметил? Не винить никого, а заглядывать в себя нужно»

– Я думаю, милая, что Церковь и благодать Божия смягчают и удерживают нас. От злобы, раздражения, зависти. Главное – надо заглядывать в себя. Может быть, ты обидел кого-то и не заметил? Не винить никого, а заглядывать в себя нужно. А по жизни идти по совету святителя Филарета Московского:

«Памятуй бывшее, положись на Господа в будущем, употребляй во благо настоящее».

***

Служба Троицы. Вглядываюсь в компьютерный экран, где звенит под нашим голубым со звездами церковным небом-куполом ликующее «Кто Бог велий яко Бог наш?», и вспоминаю всех, живых и ушедших, бостонских, московских, петербуржских, самарских… Мы все вместе, все, живые и отошедшие ко Господу, здесь мы или нас не видно, – мы все вместе в церкви, одна семья Христова.

Елена Зубарева
Бостон, Массачусетс, США

3 сентября 2020 г.

Псковская митрополия, Псково-Печерский монастырь

Книги, иконы, подарки Пожертвование в монастырь Заказать поминовение Обращение к пиратам
Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Американская жизнь глазами иеромонаха из Киева Американская жизнь глазами иеромонаха из Киева
Иеромонах Анатолий (Кимбирский)
Американская жизнь глазами иеромонаха из Киева Американская жизнь глазами иеромонаха из Киева
Иеромонах Анатолий (Кимбирский)
В Штатах нет такого полуобожествления фигуры священника, которое иногда встречается в России и на Украине.
«Об Америке нельзя судить по крупным городам» «Об Америке нельзя судить по крупным городам»
Протоиерей Петр Перекрестов
«Об Америке нельзя судить по крупным городам» «Об Америке нельзя судить по крупным городам»
Беседа с протоиереем Петром Перекрестовым (Сан-Франциско)
Порой американцы, перешедшие в Православие, выглядят более русскими, чем неправославные русские в России.
Как Катя Форрест приехала из Вашингтона в Москву иконописи учиться Как Катя Форрест приехала из Вашингтона в Москву иконописи учиться Как Катя Форрест приехала из Вашингтона в Москву иконописи учиться Как Катя Форрест приехала из Вашингтона в Москву иконописи учиться
Изобразить вечное… Иконопись нас связывает не только с прошлым, но и с настоящим, и с будущим. Когда первую икону писала, каждый шаг завораживал.
Комментарии
Иеромонах Макарий21 сентября 2020, 13:23
В этом храме меня крестил приснопамятный о. протоиерей Роман Лукьянов на Богоявление в 1987 году, и прихожанином его я оставался до сентябрьского вечера 2000 года, когда я оставил машину во дворе у храма, и будущий дьякон о. Александр отвез меня в аэропорт на московский рейс. - Спасибо!
Елена Зубарева18 сентября 2020, 10:10
Дорогие читатели, Спасибо Вам ОГРОМНОЕ за тёплые слова. Очень-очень греет!!!
Юлия 4 сентября 2020, 00:13
Да, правда, очень светлая статья! Храни Вас Господь! Мы тоже начинали ходить в храм Воскресения Словущего в Брюсовом! И о. Аркадия, теперь владыку Пантелеимона, очень любим!
Татьяна 3 сентября 2020, 23:58
Спасибо за светлую, очень хорошим языком написанную, статью. Тронула до глубины души...
Лариса_ 3 сентября 2020, 09:29
Какая светлая статья - глоток воды из чистейшего родника. Воспоминания о простых, но дивных в своей чистоте людей, которые свою душу смогли сохранить "спокойной и светлой, как чистое озеро". Огромное спасибо за публикацию этих зарисовок, низкий поклон автору.
Виктория 3 сентября 2020, 06:14
И еще дорогие братья и сестры! Заметьте, что в статье упоминаются люди разных национальностей. Это не мешает им быть братьями и сестрами во Христе!
Виктория 3 сентября 2020, 06:03
Большое спасибо автору Елене Зубаревой за прекрасный рассказ. Я не могу писать, потому что катятся слезы.Спасибо за радостное восприятие жизни!Люди и судьбы...Какие тяжелые и трагические судьбы и какое восприятие жизни. Какая полнота жизни во Христе! Усопшим -Царствия Небесного, здравствующим - спасения души.Христианин и бескорыстное служение людям - это синонимы.Любви и терпения всем нам.
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • Православный календарь на каждый день.
  • Новые книги издательства «Вольный странник».
  • Анонсы предстоящих мероприятий.
×